Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

— Не тебе одной… — низким голосом говорит Терренс. — Сегодняшний день был просто кошмарным.

— Согласна… Но для меня – не только сегодня… Но и последние несколько месяцев… Эти четыре дня, которые я проторчала взаперти… В той маленькой комнатке… Из которой меня выпускали лишь для того, чтобы я сходила в туалет.

— Я понимаю тебя. Понимаю, насколько тебе плохо. Ибо и сам чувствую себя ужасно. Такое впечатление, что из меня выжали все соки.

— Поверь, приятель, не ты один себя так чувствуешь. Нам всем пришлось не только пережить много всего… Да еще и узнать много нового. Что… Было скрыто от нас…

— Это точно… — Терренс тихонько стонет, сгибается пополам и наполовину закрывает лицо руками. — Черт, не могу поверить… Поверить не могу, что меня столько лет водили за нос и заставляли верить, что мой отец был ужасным человеком. Я всю жизнь верил лжи и отказывался слышать что-либо об этом человеке, которого буквально вычеркнул из своей жизни.

— По крайней мере, теперь ты знаешь правду. Понимаешь, почему твоя мама так хотела этой встречи.

— Да… Понимаю.

— И согласись, что сегодня он вел себя достойно , — задумчиво отвечает Наталия. — Был готов перегрызть Майклу глотку за все, что он от него натерпелся. За то, что посмел покушаться на тех, кто не был виноват в его бедах.

— Отец и правда был великолепен, — бросает мимолетную улыбку Терренс. — И… В глубине души я благодарен ему за то, что он вовремя появился. Дядя уже давно бы прикончил нас, не появись этот человек в его кабинете.

— Мы определенно так достали его, что он решил не ждать и прикончить нас собственными руками.

— Захотел бы прикончить – гонялся бы за нами до тех пор, пока не выбился бы из сил. Мы бы ни за что не поддались.

— Он выглядел настолько слабым, что не выдержал бы долгой борьбы с вами двумя и вашим отцом. Этот мужчина казался намного крепче и сильнее своего брата.

— Я тоже так думаю. И дядя это прекрасно понимал. Поэтому и поручал делать все своим более молодым дружкам.

— Однако твой отец здорово проучил его, — скромно отмечает Наталия, переведя взгляд на Терренса. — Показал, где раки зимуют.

— Да, он хоть уже и в возрасте, но дерется вполне себе неплохо. Определенно имеет более-менее хорошее здоровье…

— Думаю, он пошел на все это ради своей семьи, — начинает рассматривать свои руки Наталия. — Чтобы доказать, что ему очень жаль. В его голосе можно было заметить огромное сожаление. Обо всех поступках, которые он совершил.

— Сомневаюсь, что он пришел бы в дом дяди Майкла, если бы не жалел обо всем, — предполагает Терренс. — Надо отдать ему должное. Отец показал себя с наилучшей стороны и сделал все возможное, чтобы спасти и защитить нас.

— Повезло, что он обо всем знал.

— Да уж… Желание доказать свое сожаление заставило его пойти на многое.

— Ты все еще злишься на него? — переводит грустный, усталый взгляд на Терренса Наталия.

— Ах, Наталия… — тихо выдыхает Терренс и устало смотрит на Наталию. — Честно говоря, я не знаю… Сложно сказать, злюсь ли я или нет…

— Но ты ведь начал задумываться?

— Да, однако некоторым вещам я пока не могу найти оправдание.

— Имеешь в виду то, что он ужасно поступил с твоей матерью?

— Да… — неуверенно отвечает Терренс и складывает руки перед собой, иногда рассматривая линии на ладонях. — С одной стороны, отец поступил отвратительно, когда он бросил нас с мамой на произвол судьбы. Сбежал, как подлый трус. И лишь через несколько лет соизволил объявиться и войти в нашу жизнь с мыслью, что его здесь ждут.

— По крайней мере, мистер МакКлайф и сам признает, что это было омерзительно с его стороны.

— Поэтому я так или иначе верю в его раскаяние. И к тому же, я и сам не лучше него, так как когда-то совершил что-то подобное с твоей подругой. Да, я не сбегал. Но все равно посмел ударить ее. И сказал ей убираться из дома, который я тогда считал только своим.

— Самое главное – что и ты, и твой отец жалели об этом, — с грустью во взгляде говорит Наталия. — И в итоге вы оба были прощены: Ракель вернулась к тебе, а твоя мама тепло отзывается о твоем отце и не винит его в том, что случилось.

— Мне всегда казалось странным, что она смогла просто так забыть все его издевательства. Но сейчас, когда мне все стало явно, я начинаю понимать ее. Понимать, что на самом деле никаких издевательств не было.

— Раз они жили очень бедно и постоянно нервничали, то причина могло стать именно безденежье. Домашние заботы. Усталость. Стресс. Все это наслоилось одно на другое – и вот получился такой итог! Думаю, любой сошел бы с ума, если бы у него на руках было двое маленьких детей, которых было не на что кормить и одевать.

— Звучит как попытка оправдать их. Но это правда. Не отец такой ужасный. А ситуация была напряженная и нервная. Точнее, он не идеален. Я не собираюсь закрывать глаза на его недостатки. Но не настолько ужасный, чтобы так низко опускаться.

— Мне кажется, он боится смотреть нам в глаза. Он так незаметно ушел, когда Майкла увели полицейские. То был в кабинете и боролся с братом, а то вдруг будто испарился в воздухе.

— Даже если бы он остался, то мы вряд ли бы о чем-то говорили. Сейчас не время разговаривать о чем-то серьезном и решать личные проблемы.

— Ты прав…

— Думаю, когда пройдет немного времени, я смогу найти в себе силы поговорить с ним.

— Уже хочешь сделать это?

— Да, теперь мне и самому хочется поговорить с ним. Но только не сейчас. Сейчас я не готов ни о чем разговаривать. Мне нужно время, чтобы все это принять.

— Я понимаю.