После шторма - Лора Павлов

поговорить со своим сыном о том, как обращаться с ножницами. Он отрезал ей волосы два дня назад. Если бы рука дрогнула, он мог бы ее поранить. И знай: если это повторится, я пойду гораздо дальше, чем просто к директору.

— Ох, Кейдж, дети есть дети. А может, обсудим все это за ужином на неделе?

Плечи у него напряглись, лицо стало еще более раздраженным, чем обычно. Я протянула руку в ее сторону:

— Привет, я Пресли. Думаю, большой парень тут будет занят мной ближайшее время.

— Правда? Не совсем поняла, — сказала она, проигнорировав мою руку и смерив меня взглядом. Я убрала ладонь.

— Думаю, она сказала вполне прямо, — вмешался Кейдж. — И скажу вежливо, но в последний раз: научи своего сына, как обращаться с ножницами.

Ронда резко развернулась, схватила Престона за руку, а тот, уходя, показал Кейджу язык. К моему удивлению, Кейдж тоже показал язык этому мальчишке, и я не сдержалась — откинула голову назад и расхохоталась. Грейси ушла за новыми печеньями, а я внимательно посмотрела на мужчину рядом.

— Ты правда только что показал язык пятилетке?

— А ты чуть не сцепилась с его мамой? — с усмешкой ответил он, и уголки губ впервые за все это время дрогнули. Он наклонился ближе к моему уху, чтобы никто не услышал: — Этот мелкий меня бесит до чертиков.

А ты бесишь меня тоже, Кейдж. Только совсем иначе.

По спине пробежали мурашки, и я попыталась сохранить самообладание.

— Да? А я и не заметила, — протянула я с озорной ноткой.

Следующие полчаса мы сидели, ели угощения и наблюдали, как дети поют песенки. Я давно не получала такого удовольствия. Все малыши хлопали не в такт, Престон испепелял Кейджа взглядом с первой линии, а Грейси энергично повторяла все танцевальные движения, которые выучила — даже если больше никто их не делал.

Это было… освежающе.

Я вдруг поняла, что никогда просто не сижу и не наслаждаюсь моментом. Всегда куда-то мчусь. Исследую, читаю, готовлюсь к презентациям, хожу на мероприятия, покупаю, путешествую — моя жизнь — сплошная гонка. Я уже и не помнила, когда в последний раз так смеялась, так улыбалась… когда чувствовала себя такой умиротворённой.

Когда класс начал понемногу пустеть, Кейдж взглянул на часы и вздрогнул:

— Нам пора выезжать.

Я кивнула, и мы попрощались. Кейдж сказал, чтобы я ехала за ним до дома его родителей — он отвезет Грейси, оставит там грузовик, а потом мы поедем. Когда мы остановились у дома семьи Рейнольдс, меня накрыло волной воспоминаний. Сколько раз я была здесь… Сколько любви я здесь почувствовала.

Они были воплощением той семьи, о которой я всегда мечтала. Я выскочила из машины, а Кейдж обернулся ко мне:

— Надо побыстрее. Тучи сгущаются, — сказал он, неся Грейси по дорожке.

— Я просто поздороваюсь — и поедем.

Он вошел в дом, и следующие тридцать минут мы провели в объятиях и разговорах с Аланой и Брэдфордом. Грейси рассказывала им все про праздник, а Кейдж то и дело косился на часы.

— Ладно, нам пора. Я позвоню, когда мы будем ехать обратно.

— Хорошо, берегите себя, — Алана обняла меня, и мне вдруг не захотелось спешить. — Надолго ты приехала?

— На пару недель, — ответила я.

— Тогда приходи в воскресенье на ужин. Все будут рады тебя увидеть.

Я бросила взгляд на мрачного великана рядом со мной, и он потер шею ладонью.

— Это проблема для тебя? — спросила я, встретившись с ним взглядом.

— Проблема в том, что если мы не выедем прямо сейчас, мы на ужин в воскресенье точно не успеем.

Алана закатила глаза, Брэдфорд расхохотался, а Грейси захлопала в ладоши:

— Пресли придет на ужин!

Кейдж поцеловал дочку, поблагодарил родителей. Я обняла их обоих, а потом присела, чтобы обнять Грейси особенно крепко.

И тут же бросилась догонять мужчину, который уже направлялся к грузовику.

10

Кейдж

Господи, да что же за наказание. Эти люди сведут меня в могилу. Тучи сгущались, и мы должны были выехать еще час назад. С таким темпом домой мы вернемся не раньше восьми вечера.

— Ключи, — буркнул я, протягивая руку.

— А с чего ты решил, что поведешь ты?

Я просто уставился на нее и не двигал рукой, пока она не сдалась и не сунула мне ключи. Сейчас мне предстояло провести с ней в машине несколько часов, а теперь она ещё и на воскресный ужин идет.

Я изо всех сил пытался выстроить хоть какие-то границы, но с каждой минутой это становилось все сложнее — особенно когда каждый из членов моей семьи рассыпался перед ней в любезностях. А настроение у меня и так было хреновое после встречи с этим мелким ублюдком Престоном.

После того, как мы с Грейси вернулись с амбара на днях, она показала мне вырезанный клок волос. У меня потемнело в глазах. А если бы он оступился и пырнул ее ножницами в шею? Или в глаз? А его мамаше, судя по всему, вообще плевать, что ее сын неуправляем. Она вечно клеится ко мне при каждой встрече, и я каждый раз её отшиваю.

С какого хрена мне интересоваться женщиной, которой по барабану, что ее ребенок калечит других?

Я крепко сжал руль, когда мы начали подниматься в гору. Приходилось ехать медленнее, чем хотелось бы — сзади прицеп.

— Почему у тебя такой вид, будто ты готов кого-то убить? — нарушила тишину Пресли.

Сначала я не ответил.

Я плохо спал.

Блядь, с тех пор как она вернулась, я вообще не сплю нормально.

Я столько раз за эту неделю дрочил на нее, что, кажется, заработал себе туннельный синдром. Это было больше секса, чем мой член видел за последние годы, так что теперь он вздрагивает каждый раз, как только я ее вижу.

— С чего ты взяла? — спросил я, бросив на нее взгляд, а потом снова сосредоточившись на дороге.

— Терпеть не могу, когда на вопрос отвечают вопросом.

— Разве ты этим не занимаешься на работе? — попробовал я скрыть усмешку.

— И снова ответил вопросом. Только теперь под прикрытием интереса к моей профессии.

Я тяжело выдохнул, наклонился вперед и глянул в небо — оно темнело с каждой минутой. Я сотни раз водил в снег, так что особо не переживал. Просто не хотелось, чтобы это растянулось на десять часов.

— Думаю о Престоне. Он отрезал клок волос Грейси. А ведь мог поранить ее — у него были ножницы у ее шеи.

— Маленький засранец, — прошипела она. — И яблоко