В 45 я влюбилась опять - Ольга Тимофеева

Но все заканчивается хорошо. Дровина расколота. Мишка довольный, как слон.

— Ну все, Миш, хватит.

— Еще одну, мам.

— Давай, иди, — забирает у него топор Иван и убирает повыше, без меня не трогать, а то мама переживает. Женщинам надо информацию дозированно преподносить, — учит его, как будто тут меня нет.

Накладывает еще дров.

— Ничего, что твою одежду и обувь взяла? А то у меня все парадное.

— Бери, — кивает, — может, тебе еще одеться? Тут не так и жарко, если стоять.

— Нормально, — пожимаю плечами.

Глаза прячу. Обнимаю себя.

Солнце хоть и светит, но не греет.

— Я сейчас, Мишань, за огнем посмотри, — дает ему палку.

Я бы не доверила.

Пока девчонки лепят снеговика, я одним глазом слежу за Мишкой, как ковыряется и ворочает дровишки, и подхожу к Косте. Тот, замечая меня, отворачивается и снова чистит снег там, где уже вычищено все в принципе.

— Кость, что-то случилось?

— Нет, — бурчит.

Я-то вижу, что не так что-то.

— Кость?

— Что? — огрызается в ответ.

— Что случилось?

— Ничего, — обходит меня и втыкает лопату в сугроб. — Я уроки делать! — не оглядываясь.

Иван что ли сказал что-то? Утром же все нормально было?

— Кость, подожди, — иду за ним, но нам навстречу Иван, с казаном и свитером в руках.

— Идем, со мной, — кивает мне Иван.

А Костя уже скрывается в доме.

— Как тут дрова? — Иван интересуется у Мишки.

— Надо еще!

— Ясно, — смеется в ответ, — Маш, держи еще свитер.

Протягивает темно-зеленый свитер крупной вязки, судя по размерам, свой. Вроде как и нет последствий того поцелуя утреннего. Шутка была.

Проехали.

Так и лучше даже.

— Надевай.

Снимаю жилетку и ныряю в огромный свитер. Хочу-не хочу, но вдыхаю мужской аромат. Будоражит.

Такое что-то грубое и глубокое.

Иван помогает надеть наверх жилетку и протягивает мне огромные вязаные носки.

Обалдеть.

Обычные вязаные носки. Сорок какого-то там размера.

— Надевай, надевай, а то отморозишься.

— Отморозишься, — хохочет Мишка. — Мама отморозится. Мам, ты тогда отмороженная будешь?

— Миша!

— Мишань, — басит, не улыбаясь, Иван, — нельзя так на маму.

Мишка притухает и косится на Ивана.

— Прости, — шепотом.

Киваю ему, улыбаясь.

Достаю ногу из ботинка и, как цапля балансируя на одной ноге, пытаюсь надеть носок. Баланс — это определенно не мое, потому что начинаю раскачиваться.

Носок надеваю, но от падения Иван спасает в последний момент. Поддерживает за руку.

Второй носок уже забирает у меня.

— Держись за меня, — командует, сам присаживается на корточки.

Достаю ногу из валенка.

Сначала Иван трогает мои пальцы в тонких трикотажных носках. Сильно их растирает и разминает.

Я едва касаюсь плеча, чтобы не упасть. Для баланса.

Пока он, присев, растирает уже мою стопу.

Приятно так. Аккуратно.

Очень даже приятно. Как массаж.

С подтекстом массаж. Хочется лечь, глаза закатить и… расслабиться…

— А можно еще дров кинуть, дядь Вань?

Хочется по щекам себе надавать, чтобы в чувства привести.

— Давай, еще две, — надевает на ногу мне носок.

Я не хочу смотреть на Ивана, но вежливость мое все.

— Спасибо, — опускаю на него взгляд.

Полуулыбка на губах, от которой жарко становится даже.

Я прикрываю губы и тихо выпускаю воздух.

— Теперь не замерзнете, Марья Андреевна.

Иван поднимается, с Мишкой занимаются огнем. Нагревает казан, наливает масло.

Проснулся внутренний повар в нем. Я и не мешаю.

Правда, приятно смотреть, когда готовят другие. Особенно мужчины. Особенно, когда это выглядит так залипательно.

Как перемешивает кипящие в масле овощи. Не спешит никуда. Все так расслабленно, но уверенно.

Запах горящих дров, жареного лучка и морковки. У меня уже слюна собирается.

Свитер еще этот ароматный.

Стопы взбудораженные.

Что-то слишком много эмоций для одного приготовления плова.

Остановите это кто-нибудь.

Есть у меня потому что один фетиш. На мужчин-поваров. Разные там кулинарные шоу. Мужчина да еще и готовит — это любовная любовь.

Как они ножами этим большими, мелкий укропчик чик-чик. Огурчик.… там…

Стопы еще горят. Точнее одна горит, вторая мерзнет, что ее так не отмассировали.

Приплачивать ему, что ли, за такую опцию?

Пиу-пиу.

За воротами сигналит кто-то.

— У нас опять гости, — откашливается Иван.

Глава 26

Надеюсь, это не Наталья, потому что становиться свидетелем семейной драмы не хочу. Ивану бы с Полей сначала самим разобраться.

Иван мне вручает ложку для перемешивания. Сам идет проверять, кто там.

— Бабушка! Это Бабушка! — Виолетта узнает первой голос за воротами.

Я поправляю жилетку, стягиваю рукава свитера. Уместно ли вообще сейчас в его одежде их встречать? Думала, что позже придут, я успею переодеться.

Но теперь уже поздно.

Приглаживаю волосы.

Маленькая Виола уже виснет на шее у бабули, а Мила обнимает деда.

Иван следом пожимает руку отцу, обнимает маму. Видно, что он в отца. Андрей Станиславович такой же высокий и статный, хоть уже и с сединой в волосах. А Вера Николаевна ему до плеча едва достает.

Я отворачиваюсь к мангалу. Перемешиваю овощи, обжариваю мясо.

— Крошки, привет, — за спиной слышу взрослый женский голос, оборачиваюсь, — Вань, привет.

Высокая, стройная брюнетка в короткой белой шубке и обтягивающих лосинах сама делает к нему шаг. Вжимается в него, крепко, по-домашнему, закрывает глаза и сжимает пальцы на спине его куртки.

— Привет, Том.

Сестра, может? Я-то не знаю все их генеалогическое древо.

— Как у тебя дела?

— Нормально, — кивает ей и отстраняется.

Хоть не Наташа… и то спасибо.

Пока я молча фиксирую факт, она уже осматривает дом, нахваливает что-то, шутит с девчонками. Они ее давно знают. Это видно.

И как будто их тетя по логике, а как будто что-то не то.

— Ты тут какими судьбами?

— Так Вера Николаевна сказала, что к вам едут в гости, а я же давно не была. Вот тоже попросилась. Ты не рад?

— Рад.

— Марья Андреевна, здравствуйте.

Я так сосредотачиваюсь на их разговоре, что не замечаю, как ко мне подходит мама Ивана. Окликает.

— Вера Николаевна, добрый день.

— Как ваши дела? Не обижают они вас тут?

— Спасибо, все хорошо.

— Я тут уж не заходила, Ваня сказал, что не нужна моя помощь. Уроки проверять не надо.

— Не надо, — смеюсь в ответ, — с уроками порядок.

— А то они то не понимают, то забывают, что задали. А вы плов готовите?

— Да, Полина захотела, — к нам подходит Иван. Один.

Тамара эта что-то девчонкам рассказывает. Они счастливые, улыбаются.

— Я тоже наготовила, привезла вам. Ванюш, давай ты с папой закончите с пловом, а Марью Андреевну заберу, поможет мне сумки разобрать.

Соглашается.

Я передаю ложку руководителя Ивану.

— Мам, — шепчет Иван, но я слышу