Проданная генералу. Второй шанс для дракона - Сима Гольдман

Ему нравилось то, что он видит.

Бретелька легко соскользнула с плеча и замерла на локте, согнутом, чтобы рукой прикрыть грудь.

Рука потянулась ко второй бретели и снова шаг вперед. Теперь я стояла впритык к мужчине. Между нами было расстояние в полшага.

Я посмотрела в его глаза. Это не было заигрыванием. Я хотела, чтобы он наслаждался… Пока может.

С каждым сантиметром обнажённой кожи его дыхание становилось тяжелее, а взгляд становился всё более жадным.

Когда бретелька была уже готова сорваться вниз, а грудь полностью обнажиться, я взмахнула рукой.

Звук пощечины разрезал тишину комнаты. Его голова дёрнулась в сторону, на щеке мгновенно проступил красный след от моей ладони.

Аэрон замер. В его глазах вспыхнуло пламя…

— Ты… — прохрипел он.

Не давая ему времени на реакцию, я отступила назад, быстро натягивая сорочку на плечи.

Я не ответила, лишь крепче прижала сорочку к груди.

Это было опасно. И, возможно, будет стоить мне жизни, но нервы сдали. Снова.

Он сделал шаг вперед, но я отступила ещё дальше.

К моему удивлению, Аэрон не взорвался от ярости. Наоборот, его губы медленно растянулись в хищной улыбке.

— Ах ты маленькая дерзкая кошка, — прошептал он, не сводя с меня взгляда. — Люблю необузданных.

В его глазах не было гнева. Только восхищение и… желание. Он наслаждался этой игрой, наслаждался моей дерзостью.

Аэрон сделал ещё один шаг вперёд. Ему нравилась эта охота.

Проклятый извращенец.

Его рука потянулась к моей щеке, но я отпрянула.

— Не трогай меня, — прошипела я.

— Твоя ненависть, твой страх, твоя дерзость… — усмехнулся он. — Всё это так возбуждает.

Он остановился в шаге от меня, наслаждаясь моментом.

Самое страшное, что я не чувствовала ненависти.

Он был сумасшедшим, и я сходила с ума вместе с ним.

Адреналин пульсировал в венах, словно жидкий огонь. Каждая клеточка тела была напряжена до предела. Я чувствовала, как колотится сердце. Так громко, что, казалось, он тоже слышит этот бешеный ритм.

Его близость парализовывала, но в то же время будила что-то тёмное внутри меня. То, чего я боялась даже больше, чем его гнева.

Я боялась себя.

Аэрон наклонился ко мне, его дыхание обжигало кожу. Я замерла, чувствуя, как по спине стекает холодный пот. В его глазах плясали искры безумия, и я знала, что он наслаждался этой ситуацией не меньше, чем своей властью надо мной.

— Ты боишься, — прошептал он, почти касаясь губами моего уха. — И это прекрасно.

Его рука медленно поднялась, пальцы едва коснулись моей шеи. Я затаила дыхание, ожидая, что он вот-вот сожмёт их, сломает мне хребет. Но вместо этого он лишь провёл по коже, оставляя после себя огненный след.

— Ты даже не представляешь, насколько сильно ты меня манишь, — его голос стал низким. — Такая хрупкая, но с таким характером…

Я с трудом сглотнула, чувствуя, как подкашиваются ноги.

Его пальцы скользнули ниже. К ключицам.

Я забыла, как дышать.

— На сегодня я тебя оставлю. Но не думай, что победила, — его губы изогнулись в усмешке. — Нет, ты только что подписала себе новый приговор. Более интересный.

Он отступил, но я не почувствовала облегчения. Напротив, напряжение только возросло.

— Я в соседней комнате. И если тебе вдруг захочется поплакаться в чье-то плечо… Сама понимаешь. Я всегда к твоим услугам, кошка.

— Уж лучше умереть! — выплюнула я прямо ему в лицо.

Храбрилась — да. Отчаянно, но глупо и опасно.

— Ты мне живая нужна. К тому же, сдается мне, что твой Эйнар скоро нас посетит. Кстати, насколько мне известно, он сейчас как раз в поисках своей пропавшей супруги, — бросил он, не оборачиваясь. — Не знаешь, чего он хочет?

Я даже растерялась такой быстрой смены темы. Дверь за ним закрылась, а я упала на кровать, дрожа всем телом и глядя в потолок.

— Меня? — спросила я темноту, поглаживая живот.

Мы сильные и все выдержим, не так ли, малыш.

36

Я лежала неподвижно, но сон не шёл. После всего произошедшего ночь превратилась в бесконечную череду кошмаров и пробуждений.

Тело казалось чужим, тяжёлым, словно налитым свинцом.

Беременность и так отнимала много сил, а после такого стресса я чувствовала себя совершенно опустошённой.

В горле пересохло, а голова кружилась. Я попыталась подняться, но тут же схватилась за живот, ощутив слабость.

Медленно, стараясь не делать резких движений, я села на кровати. Комната кружилась перед глазами. В зеркале напротив отразилось моё бледное лицо с тёмными кругами под глазами. Волосы спутались, а губы пересохли и потрескались.

С трудом поднявшись, я подошла к окну и отдёрнула штору. Первые лучи солнца коснулись кожи.

В животе заурчало, напоминая о том, что я не ела почти сутки. Но мысль о еде вызывала лишь тошноту. Я опустилась в кресло, обхватив себя руками.

В голове был вакуум. Я не могла ни о чём думать. Просто пустота.

Дверь приоткрылась, и в комнату заглянула служанка. Увидев меня, она поспешно вошла.

— Госпожа, вы не спали? — в её голосе слышалось искреннее беспокойство. — Я принесла вам завтрак.

Я слабо улыбнулась, благодарная за заботу, но понимая, что есть не смогу.

— Спасибо, но я не голодна.

Служанка покачала головой, но настаивать не стала. Вместо этого она помогла мне умыться и привела в порядок волосы.

Не успела служанка покинуть комнату, как дверь снова распахнулась. На пороге стоял Аэрон, а за его спиной маячил хмурый Матью с тарелкой дымящейся каши в руках.

— Смотрю, моя кошка совсем расклеилась, — протянул Аэрон, окидывая меня насмешливым взглядом. — Неужели моя маленькая выходка так тебя подкосила?

Матью протиснулся мимо него, поставил тарелку на столик и принялся расставлять столовые приборы.

— Тебе надо поесть, — шепнул мальчик, слабо улыбнувшись. — Мы уже позавтракали.

Я была немало удивлена.

Даже представить страшно ребенка наедине с этим монстром.

Аэрон неторопливо приблизился, остановившись в шаге от меня. Его взгляд скользнул по моему лицу, задержавшись на бледных губах и тёмных кругах под глазами.

— Ешь, — приказал он, кивком указывая на кашу. — Тебе нужно набираться сил. И не только тебе.

Его взгляд опустился на мой живот, и я инстинктивно прикрыла его руками.

— Не бойся, — усмехнулся