Мой ручной Дракон Бездны - Элайра Вэлморн

Именно здесь, в самой невинной части рынка, случилось то, чего я так отчаянно пыталась избежать.

Я стояла у прилавка, выбирая Корень Ледяного Лотоса, когда позади меня раздался знакомый, самоуверенный голос:

— Какая неожиданная встреча! Ученица Сунь Цзиньси. Неужели мусор Внешнего двора скопил пару медных монет на покупку сушеной травы?

Я замерла, холодок пробежал по позвоночнику. Это был Линь Сюэ, ученик шестого уровня Конденсации Ци, один из самых заносчивых юношей в нашем потоке. Он славился не только своим состоянием, но и тем, что любил приставать к слабым ученицам. И он всегда смотрел на меня с тем сальным, неприятным интересом, от которого хотелось смыть с себя кожу.

Линь Сюэ подошел ближе. На нем были дорогие белые одежды, а в руке он покачивал веер. За его спиной хихикали двое прихвостней.

— Я слышал, к тебе вчера ночью заходил надзиратель Чжао Мин, а потом его нашли в лесу с раздробленной рукой, — Линь Сюэ склонился ко мне так близко, что я почувствовала приторный запах его одеколона. — Что ты с ним сделала, крошка? Позвала на помощь дикого зверя? Или... просто слишком сильно брыкалась?

Он протянул руку и нагло, уверенно коснулся кончиками пальцев моей щеки, собираясь ущипнуть меня.

Время вокруг нас словно остановилось.

Шэнь Лохао, стоявший в двух шагах, до этого момента был неподвижен как статуя, но стоило пальцам Линь Сюэ коснуться моей кожи, как статуя ожила.

Это не было движением человека. Это был бросок тени.

Никто не успел даже моргнуть. Я лишь почувствовала порыв ветра, а в следующую секунду Линь Сюэ сдавленно хрипел, оторванный от земли.

Высокий, затянутый в черный шелк мужчина держал его за горло одной рукой. Пальцы Лохао, бледные и безжалостные, сомкнулись на шее культиватора, перекрывая ему доступ к кислороду и ци одновременно.

Бамбуковая шляпа Лохао слегка съехала, и из-под черной вуали на Линь Сюэ уставились два горящих, сузившихся до тончайших игл вертикальных зрачка.

Аура Бездны, которую Лохао так тщательно сдерживал всё это время, вырвалась наружу. Она не затронула меня, но для всех остальных на рыночной площади мир погрузился во мрак. Воздух стал тяжелым, как гранит. Торговцы попадали на колени, не в силах вынести давления. Прихвостни Линь Сюэ упали в обморок, пуская пену изо рта. Небо над долиной мгновенно затянуло черными, грозовыми тучами.

Лохао не рычал, он не издавал ни звука. Дракон Бездны просто смотрел на человека, посмевшего прикоснуться к его Жене, и в этом молчании читался смертный приговор.

Глава 14

Время остановилось.

Шумный, многоголосый Вольный Рынок погрузился в мертвую, звенящую тишину. Исчезли крики зазывал, смолк звон медных монет, умолкли даже прирученные духовные звери.

Всё живое в радиусе ста чи инстинктивно замерло, раздавленное обрушившейся на площадь аурой. Это не было обычным духовным давлением сильного культиватора, которое заставляет кровь стынуть в жилах. Это был первозданный, хтонический ужас. Давление самой Бездны, вырвавшееся из-под контроля.

Небо над ущельем, до этого затянутое обычной серой дымкой, стремительно чернело. Густые, похожие на клубящуюся смолу тучи закручивались в гигантскую воронку прямо над нашими головами. Воздух пропитался резким, кисловатым запахом озона и пролитой крови, хотя ни одной капли еще не упало на землю.

Я стояла в двух шагах от Шэнь Лохао, не в силах даже вздохнуть. Меня его аура не давила — она обтекала меня, словно речная вода огибает гладкий валун, благодаря той связи, что установилась между нами. Но я видела, что происходит с остальными.

Торговцы, хваставшиеся своими уровнями Возведения Основания, с хрипом оседали на пыльные камни мостовой, хватаясь за горло. Из их носов и ушей тонкими струйками текла кровь — их меридианы не выдерживали близости чистого разрушения. Прихвостни Линь Сюэ, два рослых парня с мечами, валялись у моих ног в глубоком обмороке, их глаза закатились, обнажив белки.

А сам Линь Сюэ...

Высокомерный юноша, привыкший смотреть на всех свысока, сейчас болтался в воздухе. Лохао держал его за горло одной вытянутой рукой. Пальцы Владыки Бездны, бледные, с чуть заостренными ногтями, неумолимо смыкались на шее культиватора.

Линь Сюэ не мог даже кричать. Его лицо, еще недавно лоснившееся от самодовольства, приобрело синюшный оттенок. Глаза выкатились из орбит, полные такого нечеловеческого, животного ужаса, что мне на секунду стало его жаль. Он отчаянно скреб ногтями по руке Лохао, пытаясь разжать хватку, бил ногами в воздухе, но с тем же успехом он мог бы пытаться сдвинуть с места горный пик.

Лохао не обращал внимания на его жалкие трепыхания. Из-под съехавшей бамбуковой шляпы на Линь Сюэ смотрели два узких, полыхающих расплавленным золотом зрачка. В них не было гнева в человеческом понимании. Там была абсолютная, ледяная пустота и инстинкт хищника, уничтожающего насекомое, которое посмело сесть на его сокровище.

— Твоя рука, — голос Лохао прозвучал не вслух, а раскатился телепатическим громом прямо в головах всех присутствующих. От этого звука камни мостовой пошли мелкими трещинами. — Грязный кусок мяса. Она коснулась того, что принадлежит мне.

Пальцы Лохао дрогнули, сжимаясь сильнее. Я услышала влажный, тошнотворный хруст хрящей. Еще мгновение, и он просто оторвет Линь Сюэ голову прямо посреди рыночной площади.

И тогда за нами придут.

Осознание этого ударило меня, как разряд молнии, вырывая из оцепенения. Я не могла позволить ему убить ученика Внутреннего Двора на глазах у сотен свидетелей. Это был конец. Конец нашим пряткам, конец моей относительной безопасности. Высшие Старейшины почувствуют этот всплеск демонической ци уже через несколько вдохов.

Я бросилась вперед.

— Лохао, стой! — мой голос сорвался на отчаянный крик.

Я вцепилась обеими руками в его предплечье — твердое, как сталь, обжигающе горячее даже сквозь дорогой шелк новой одежды.

— Отпусти его! Немедленно! Ты обещал мне!

Лохао даже не взглянул на меня. Его челюсти были крепко сжаты, а аура продолжала сгущаться, высасывая свет из окружающего пространства.

— Он посмел, — мысленный рокот дракона ударил меня по вискам. В его телепатии билась первобытная, слепая ревность. — Его кожа коснулась твоей. Я должен выжечь это место на твоей щеке. А его — стереть в пыль. Таков закон.

— Это не Бездна! — я встала на цыпочки, перехватывая его руку выше, у самого плеча, и с силой дернула на себя, хотя с тем же успехом могла бы пытаться сдвинуть скалу. — Посмотри на меня! Лохао, посмотри на меня!

Мой отчаянный тон, полная слез мольба