Единственная для Бога войны - Наталья Викторовна Косухина

Я хочу, чтобы она думала обо мне как о мужчине. И сегодня еще этот Ройк. Нет ни малейшего сомнения, он намерен за ней ухаживать, и при одной мысли об этом мне хочется его убить. Я едва сдержался на приеме – семья наверняка заметила.

Сердце мое наполняла глухая тоска. Я понимал: даже если она выберет не меня, я все равно буду оберегать ее. Смотреть на ее счастье и делать для нее все, что могу, – как верный пес.

Вздохнув, я посмотрел на маленькую коробочку, что она мне подарила. Остальные дары я раздал приближенным, а этот не смог. Ведь она подарила. Конечно, это от рода, но я уверен, что именно этот артефакт она купила на аукционе за большие деньги – вся столица это обсуждала. Вроде бы он неисправен?

Нажав на крышечку, я открыл футляр и увидел магический накопитель и тонкую, как волосок, иглу. Использовать непроверенный артефакт – настоящая дурость, я прекрасно это понимал. Но отдавать его магам не хотелось. Это все равно что позволить им залезть в мое личное пространство. А если она узнает?

Протянув руку, я коснулся иглы кончиком пальца – и в тот же миг острая боль пронзила все тело. Я вскрикнул и упал на пол, не в силах пошевелиться. На мой крик вбежала охрана, слуги, поднялся шум. К тому моменту, как я уже встал и вполне нормально себя чувствовал, моя комната была полна лекарей, магов и членов семьи. Шуму навели столько, что аж тошно стало. А со мной, между тем, все было в порядке. Чувствовал я себя даже лучше, чем раньше.

– Ты в своем уме?! – гремел отец, пока лекарь проверял мое состояние. – Использовать артефакт, даже не проверив его? Не понимая, для чего он предназначен?!

Маги корпели над моим подарком, пытаясь разобраться в его структуре.

– Сын, тебе есть что сказать в свое оправдание? – бросила на меня острый взгляд матушка. Братья лишь щерились, на их лицах явно читалось, что они считают меня влюбленным идиотом. И они были правы.

– Ваше величество, – наконец произнес лекарь, отступая на шаг. – С его высочеством все хорошо. Я не нашел ничего, что угрожало бы здоровью или магии.

Император махнул рукой, и лекаря отправили прочь. Маги с неохотой отлепились от коробочки.

– Это несомненно защитный артефакт, – начал доклад главный из них. – Но свою службу он уже сослужил. Оболочку можно выкинуть, защита перешла на принца.

Все как по команде посмотрели на меня.

– И в чем она выражается? – усмехнулся младший брат и, схватив подушку с моей кровати, швырнул ее в меня. В этот момент из воздуха появился магический защитник – похожий то ли на лысую небольшую собаку, то ли на химеру – и разорвал подушку на мелкие клочья за долю секунды. Никто даже среагировать не успел.

Теперь окружающие притихли, их лица стали настороженными.

– Насколько оно опасно? – поинтересовался император, хмурясь.

– Защитника можно настраивать, – ответил маг, побледнев и чуть подавшись назад. – Но это может сделать только сам принц, договорившись с магической сущностью. Это древний редкий артефакт, я о таком лишь читал. Он может стать сильнейшим защитником, как сейчас, или смертоносным оружием, если бы был направлен против его высочества, что уже невозможно. Также артефакт имеет сильную составляющую магии жизни – думаю, это большая, я бы сказал, очень большая часть силы мага, который напитал артефакт, пробудив в нем защитные функции.

– То есть это хорошо? – настороженно уточнила матушка.

– Иметь такую защиту – огромное везение и редкость, – подтвердил маг. – Теперь принцу ничего не страшно. Вред ему может причинить только тот, кто напитал артефакт своей магией.

В комнате наступила оглушающая тишина. Маги не знали, чей это подарок, а моя семья знала. И теперь в воздухе повис невысказанный вопрос: что делать с этим знанием?

Я почесал химеру за подбородком, и она издала тихое, довольное мурлыканье, ласково потеревшись о мою ногу. Я улыбнулся, чувствуя, как внутри разливается тепло. Она хочет меня защитить. Как защищала раньше, так и сейчас делает для меня слишком много. Может, я надумываю и род Вейлин просто хотел произвести впечатление… Если так, им удалось. Самый лучший день рождения за все время.

А между тем все продолжали молчать. Отдав мысленный приказ спрятаться, я увидел, как защитник легко прыгнул мне на плечо и в следующий миг полностью исчез.

– Думаю, пора расходиться, – намекнул я, обводя взглядом толпу народа в своей комнате. Магам повторять дважды не пришлось – они поспешили ретироваться. Кажется, теперь меня начнут бояться еще больше. Но не все. От моей семьи так просто не избавишься.

– Что теперь делать? – спросила императрица у мужа.

– Ничего, – устало ответил император. – Артефакт от него не отделить. Да никто и не осмелится.

– Я с братом больше не тренируюсь, – сказал, как отрезал, старший принц. – К нему и раньше страшно было подходить, а теперь так вообще.

– За Вейлин наблюдать, – продолжил император, не обратив на брата никакого внимания.

– Я с ней беседовала на приеме, – добавила матушка. – Очень необычная девочка, сильная. Пока ничего не говорит о том, что она желает сыну зла, как и о том, что она на нашей стороне. Нужно познакомиться поближе, почаще приглашать во дворец.

Я непроизвольно улыбнулся. У меня появилась надежда, что я не один из многих, а тот, кто нужен Сиэль. Даже если у нее есть расчет на меня, даже если это политика – я согласен.

– А ты чего обрадовался? – строго спросил отец, нахмурившись. – Тебя мы отправим на север. Там неспокойно в последнее время, бесчинствуют бандиты, волнения среди народа. Разберись.

– Еще недавно ты считал это простым делом, с которым может справиться любой командующий отряда, – заметил я иронично. – А теперь посылаешь меня?

Я прекрасно понимал: это направлено против моих встреч с Сиэль. Не семья, а кучка недоброжелателей.

– Последние дни показали, что все серьезнее, чем я думал, – невозмутимо парировал император. Но мы оба понимали: он хочет отослать меня из столицы на пару месяцев.

– Раз его величество обеспокоен, мой долг разобраться с этим, – склонил я голову, не скрывая своего ехидства.

Императрица снова вздохнула, а братья начали потихоньку разбредаться, чтобы и их не привлекли к чему-нибудь неприятному.

– Сын, я прошу тебя быть благоразумным, – начал отец и хотел продолжить, но матушка мягко положила руку ему на плечо, и он смолк. Она понимала, что все увещевания бесполезны.

– Отдыхай. И еще раз с днем рождения, сынок, – мягко промолвила ее величество и, взяв отца