Ведьма и драконий военачальник - Алекс Найт

и поднял меня на руки. Снова деликатно, осторожно, исключая двусмысленность и слишком тесное соприкосновение тел. Он практически поднял меня на вытянутых руках. Но так я как раз испугалась упасть, поэтому вцепилась в его плечо. Лишь тогда он привлёк меня ближе к груди. Короткий вдох коснулся моей макушки. И сердце затрепетало в груди.

— Не страшно? — спросил он чуть сипло.

— Не страшно, — подтвердила я.

В этот миг и вовсе не могла вспомнить причину своих страхов. Слишком взволновалась.

Аарон принялся подниматься по лестнице. Дышал ровно, словно и не замечал подъёма по ступеням и ноши в моём лице. Но мы зря понадеялись на отсутствие свидетелей.

— О, мисс Санглер, вас выписали? — доброжелательно уточнил спускающийся со своего этажа Келли.

И как в разговоре с Соней, я ощутила, словно из ушей валит пар.

— Нет, она чувствовала себя некомфортно в лазарете после покушения, поэтому проведёт ночь в своей комнате, — спокойно ответил Сеймур. — Еле уговорил позволить мне хотя бы поднять её по лестнице, — посетовал с упрёком.

— Наша Рени упрямица, — рассмеялся Келли. — А жнец Сеймур на самом деле добряк, — произнёс зловещим шёпотом, будто делясь со мной секретом.

Переглянувшись, мы рассмеялись.

— Отдыхайте. Аарон, ваши комнаты я только что проверил, а у меня ещё есть дела, — Келли посторонился, пропуская нас на лестнице.

Сеймур продолжил подъём.

— Мне повезло с заместителями. Благодаря переводу Никоса я и вовсе могу позволить себе отлучку, — признался Аарон, и на его губах появилась добрая улыбка.

— Да, клирик Келли и легат Никос замечательные, — подтвердила я.

Когда я закапризничала в лазарете, они взяли на себя все дела, позволяя Аарону остаться со мной. Надо бы как-то их отблагодарить. Может, усилить защиту в их комнатах или подарить ещё по оберегу?

А Аарон добрался до нашего этажа и замер перед дверью моей комнаты.

— Ты позволишь к тебе зайти? — мягким тоном спросил он.

А я почему-то ещё больше взволновалась. Правда, теперь — о беспорядке и о том, как он воспримет моё жильё.

— Конечно. Можно попить чай с вареньем. Ой… я и так тебя… заставила сидеть со мной…

— Мне было очень приятно, когда ты попросила остаться с тобой, — прочистив горло, словно в смущении, признался он.

— Правда? — обрадовалась я.

— Правда. Я рад, что твои страхи уходят.

Ну да… Ведь дело только в них…

Аарон вошёл в мою комнату, зажёг свет и отнёс меня к кровати, на которую осторожно посадил.

— Лежи. Я сам заварю чай. Только скажи, где что лежит, — попросил он.

— Хорошо. Но… мне надо в ванную.

В конце концов, после покушения и дня в лазарете я наверняка выгляжу ужасно. Нужно хотя бы смыть грязь с лица. Да и не помешает сменить одежду.

— Тебя отнести? — встревожился он.

— Нет-нет, я дойду! — Замотав руками, в подтверждение я поднялась с кровати. — Да и нога почти зажила. Я же ведьма воды, — глуповато рассмеялась я и поспешила спрятаться в ванной комнате.

Здесь стянула с себя пыльную одежду, нырнула в домашнее платье и проковыляла к зеркалу. Из отражения действительно глядело страшилище.

«И как Аарон выдержал это зрелище?» — подивилась я, принявшись смывать с лица пыль.

Потом расчесала волосы, собрала их в свободный хвост. Теперь из зеркала смотрела бледная девушка, но хотя бы не такая страшная, как раньше. Я похлопала себя по щекам, чтобы добавить румянца, но сразу же внутренне обругала себя. И так весь вечер только и делаю, что краснею.

— Намного лучше, — заключила я, улыбнувшись своему отражению, после чего поспешила покинуть комнату.

Сеймур сразу поднялся из-за стола. На его губах появилась мягкая улыбка. И я замерла, любуясь искрящимся в его глазах теплом.

— Немного привела себя в порядок, — рассмеялась, проведя рукой по волосам.

Снова краснела и смущалась, и всё из-за присутствия Аарона. Будто… он мне нравится. Эта мысль одновременно напугала и загорелась вспышкой озарения. Так вот что со мной происходит. Вот откуда трепет в груди, румянец на щеках и постоянное смущение. Похоже, я по неопытности перемахнула за границу дружбы и заступила на территорию симпатии.

Идиотка! Кто угодно, но только не он. Ведь Аарон обручён, и его невеста — моя подруга. О нём нельзя мечтать, в нём нельзя видеть мужчину.

— Рени, всё в порядке? — встревоженно спросил Аарон, приблизившись ко мне, и протянул мне руку.

— Конечно, — чуть нервно улыбнулась я и без раздумий за неё взялась.

Нужно это прекратить, нужно провести черту, чтобы не влюбиться. Вот только как теперь остановиться и какую придумать причину⁈ Ведь я не могу рассказать Аарону о своих чувствах!

Три дня спустя.

«Ой, дура, какая же ты дура, Рени!» — проорала я на себя мысленно, пока пыталась не смотреть ежеминутно на сидящего за столиком командования Аарона.

Близкое общение, его покровительство, покушение на мою жизнь и просто время подёрнули дымкой забытья тот ужасный день. Я ещё помнила мгновения боли и своей беспомощности, но перестала ассоциировать их с Аароном. Потому что это был не он. Он бы никогда не смог сознательно навредить кому-то. В этой ситуации он такая же жертва.

Как только осознала это, как только перестала видеть в нём чудовище, умудрилась рассмотреть нечто большее: привлекательность, силу духа, доброту, исходящее от него ощущение безопасности. Я так желала с ним подружиться, но оказалось, совершенно не умею дружить с мужчинами.

Вздохи Сони и моё собственное стремление к Аарону вылились в симпатию. Пару дней я ещё пыталась убедить себя в обратном, но сердце продолжало стучать неровно в его присутствии, дыхание — сбиваться, а попытки не думать, наоборот, выливались в стыдные размышления.

Я не знала, что мне делать. То есть знала! Мне стоит увеличить дистанцию между нами, а для этого прекратить неформальные встречи. Но пока не удавалось придумать внятных причин. Да и в глубине души я не желала завершать наше общение, ведь мне слишком нравилось проводить время с Аароном. Он сам нравился.

— На коменданта поглядываешь? — сидящая рядом со мной Лизбет ткнула меня локтём в рёбра.

— Опять ты за своё, — я смерила подругу обиженным взглядом. Мне и так тяжело, ещё она со своими шутками. Но я сама виновата, ведь действительно «поглядываю на коменданта». — Он пока не рассказал о результатах расследования, — сказала я, чтобы объяснить внимание к начальнику.

— А, да, — Лизбет встревоженно нахмурилась. — Кому же надо вредить тебе и всему городу? Мы же здесь защищаем весь мир.

Я знала ответ: среди своих затаился асатру, житель другого мира, но не могла рассказать подруге.

— Политика, — пробурчала я. — Либо я сама кому-то не