Темная сторона равновесия - Ксения Солар

Заметив Еву, Виктор замедлил шаг.

— Снимки сделали? — спросил он у Яны, не сводя с Евы глаз.

— Сделали, — спокойно произнесла Яна. — Переломов нет, только ушиб ребер, ссадины и синяки. Жить будет.

Март хмыкнул:

— Это хорошие новости. У нас и так в штате слишком много людей, которым нужно объяснять, почему нельзя вставать через пять минут после травмы.

Гроз лишь коротко кивнул, словно мысленно оценив ее выдержку: «Держится».

— Как ты? — спросил Виктор Еву. Его голос звучал ровно, без лишних интонаций, но в этом спокойствии угадывалось напряжение, которое он старательно держал под контролем.

— Лучше, — сказала Ева. — Яна меня подлатала. И… мы кое-что нашли.

Виктор приподнял бровь.

— В документах Артура и Марины, — пояснила Ева. — Несоответствия. Занижена сумма в смете, а в переписке указана реальная. И еще один платеж ушел раньше срока.

Яна кивнула, подтверждая:

— Я начала проверку. Ева заметила то, что я могла пропустить. Свежий взгляд.

Виктор перевел взгляд с Яны на Еву. В его глазах мелькнуло нечто похожее на удовлетворение — не радостное, а сугубо деловое: «Ты не сломалась, ты включилась».

— Хорошо, — сказал он. — Покажешь, где именно?

— Сначала еда, — твердо вставила Яна. — У нее сахар упал от усталости. Пусть поест, потом разберем документы.

Март тут же оживился:

— О, еда. Это я понимаю. У меня как раз припасен сэндвич, переживший три смены и один пожар. Возможно, он слегка суров, зато честен.

Ева невольно улыбнулась:

— Спасибо, но, пожалуй, я предпочту что-нибудь менее героическое.

Гроз молча достал из сумки батончик в плотной обертке и протянул ей:

— Орехи, шоколад, щепотка соли. Энергию держит отлично, проверено.

Ева приняла угощение и кивнула:

— Спасибо.

Виктор подошел ближе, оставив ровно столько пространства, чтобы не давить.

— Ты молодец, — просто сказал он. — И спасибо, что не забилась в угол.

— Я не умею прятаться в угол, — ответила Ева, разламывая батончик. — Я умею искать несоответствия.

Направляясь обратно к столу, Яна бросила через плечо:

— Вот это я и люблю. Человек, который не ждет, пока его спасут, а ищет, как помочь себе и остальным.

Март подмигнул Еве:

— Добро пожаловать в клуб тех, кто не сдается просто так. У нас нет футболок, но есть кофе и проблемы, которые мы решаем вместе.

Гроз хмыкнул, едва заметно улыбнувшись, и направился к серверной стойке проверять входящие данные. Яна тем временем открыла ноутбук и принялась за файлы.

— Давай сюда, — позвала она Еву. — Покажу, где я остановилась. Если увидишь еще что-то — говори сразу.

Ева подошла к столу и села рядом. Виктор занял позицию чуть позади, оставаясь частью негласного круга. Март пристроился с другой стороны, заглядывая в монитор поверх плеча Яни, а Гроз, не отрываясь от собственных задач, изредка бросал короткие реплики: «Проверь IP-адрес», «Смотри дату транзакции», «Это может быть прокси». Ева всмотрелась в открытые Яной файлы по «Северному узлу». Знакомые, точные цифры зазмеились по экрану, и мозг мгновенно переключился в привычный рабочий режим: анализировать, сопоставлять, складывать.

Виктор стоял за ее стулом. Она почувствовала его тяжелое и плотное присутствие, на расстоянии вытянутой руки. Плечи едва заметно подались назад, навстречу, прежде чем она успела себя остановить.

Он сократил дистанцию еще на полшага, и воздух между ними наэлектризовался. Кожа на спине отозвалась быстрой волной мурашек от лопаток до затылка. Ева не шевелилась, но тело превратилось в сплошной нерв: каждый вдох, каждый перенос его веса фиксировался автоматически, словно настраивая ее на его частоту.

Яна о чем-то говорила, указывая на экран. Март вставил реплику про IP-адреса, Гроз подтвердил дату. Ева слышала их, отвечала, даже заметила ошибку в строке транзакции — но самая глубокая часть ее сознания принадлежала совсем другому.

До его руки оставалось сантиметра три, не больше. Ева знала это наверняка: кожа на плече горела. Не поворачивая головы, она всем существом ощущала этот невидимый, вибрирующий от напряжения промежуток.

Виктор наклонился ниже, вглядываясь в монитор. Его ровное дыхание коснулось ее волос, оставив легкий шлейф кофе и табака. Ева замерла. Пальцы на клавиатуре дрогнули, и она прикусила губу, возвращая себе контроль.

— Вот тут, — сказал Виктор, указывая на строку. Его голос прозвучал совсем близко, и от этого сердце у Евы сжалось, перехватив дыхание.

Ева кивнула, не доверяя своему голосу.

— Вижу, — ответила она, сама поражаясь тому, как ровно прозвучало слово. Рука, скользившая по экрану, едва заметно дрожала.

Виктор не отстранился. Он по-прежнему стоял за ее стулом, и его левая рука легла на спинку. Пальцы оказались совсем рядом с ее лопаткой, и Ева отчетливо ощущала их сквозь ткань толстовки. Каждое движение его кисти отзывалось легким током — от лопатки вниз, к пояснице, до самых кончиков пальцев.

Она заставила себя всмотреться в экран: цифры, даты, суммы, несоответствия. Это был ее привычный язык, ее оружие, и она не имела права терять контроль. Но присутствие Виктора заполняло собой все пространство — воздух, мысли, реальность. Читая строку за строкой, Ева одновременно чувствовала его ровное, теплое дыхание на своей макушке и то, как напряжение внутри нее постепенно отступает.

Яна, не поднимая глаз от своего монитора, чуть сдвинула стул влево. Ева заметила это движение, но не придал ему значения — решив, что она просто освобождает место для Виктора. Или же — поймав быстрый, скрытый взгляд Яны, — потому что та уже видела то, в чем Ева еще боялась себе признаться.

Виктор положил руку ей на спину. Ладонь легла между лопаток, поверх толстовки — туда, куда Ева обычно прижимала руку, когда ребра ныли особенно сильно. Только его ладонь была больше и тяжелее, и от этого неожиданного тепла боль внутри затихла.

Ева закрыла глаза. Открыла. Продолжила:

— Здесь. Дата перевода — четырнадцатое. А договор утвержден шестнадцатого. Платеж ушел до подписания.

— Это значит, кто-то знал, что договор пройдет, — сказал Март, наклоняясь к экрану.

— Или кто-то торопился закрыть счет, — добавила Ева.

Виктор молчал. Его рука по-прежнему лежала у нее на спине. Возможно, он просто не замечал ее, а возможно — не хотел убирать. Ева не стала гадать и оборачиваться, продолжая смотреть на цифры и чувствуя сквозь ткань тепло его ладони.

Виктор чуть сместился, и его большой палец мимолетно и едва ощутимо провел по ее лопатке. Ева сглотнула. Горло перехватило, и на секунду она потеряла мысль.

— Ева? — Яна вопросительно посмотрела на нее.

— Да, — откликнулась Ева, возвращаясь к реальности. — Я… да. Если сверить получателя перевода с конечным