Ведунья - Инна Сирин

своих местах. Госпожа Сиур зашла тужа однажды, нахмурилась, но ничего мне не сказала, безмолвно признав тут мой авторитет.Мне предстояло насушить много трав, коры и веточек за этот весенне-летний период, ведь мои запасы сильно поредели за время чумы. Некоторые слуги вернулись в замок и у нас стало оживлённее. Но говорили, что в других землях чума ещё буйствует и забирает целые деревни. Нам даже повезло.В начале мая похолодало, поднялся ветер, зарядили ливни. Я даже велела Дейзи растопить камин на ночь. Руфус снова пришёл, как приходил исправно каждую ночь. Но в этот раз он не лег спать, а сел на краю кровати и смотрел на огонь. Бледность не покидала его лица, а кашель так и не прошёл. Казалось, в эту промозглую погоду он только усилился. Если так продолжится, а я не забеременнею, моя судьба будет незавидна. Можно конечно всю жизнь прожить бок о бок в этой глуши, так и не став матерью. Но тогда и герцогиней мне никогда не стать, титул передадут кому-то из детей моих сестёр. А я пока не готова была к такому варианту.Поднявшись из своего уютного плетеного кресла я подошла к мужу, погладила его рукой по щеке. Он поднял на меня взгляд, как и прежде равнодушный. Почему судьба е нам так жестока? Мы ведь совсем друг другу не подходим. И я ему не интересна, и он мне вообще не нравится. Но теперь мы женаты. Наверное, мне надо постараться чтобы стать ему хорошей женой. Я улыбнулась и склонилась к его лицу, прижавшись губами к его губам. Руфус на мгновение замер, затем чуть приоткрыл губы и вдруг закашлялся.Когда приступ кашля прошёл, он скомкал платок, которым прикрывался, и заявил:– Не делай так больше. Мне не нравится.– Это просто поцелуй. А нам еще предстоит зачать дитя.– Фу. Как подумаю об этом…– Ты ведь не пробовал. Говорят, мужчинам это нравится.– Мне противно даже думать об этом.– Зачем тогда приходишь ко мне?– Отец велел. Он проверяет.– Давай скажем ему правду? Просто мы еще молоды, нам еще рано.– С ума сошла?! Просто скажи, что пока не получается. Если спросит. И больше ничего не говори.После этих слов он лег на свою половину кровати и быстро уснул. А я еще какое-то время наслаждалась теплом камина. Во сне он тоже кашлял. ЧЯ подошла, чтобы укрыть его потеплее и заметила, как из его руки выпал платок. А на нём была кровь.Несколько дней я наблюдала за Руфусом и его состояние меня пугало. Дожди и непривычный холод совсем подкосили его здоровье. Он кашлял сильнее обычного, теперь почти не скрывал, что на его платках появляется кровь и слабел с каждым днём. Я принялась снова готовить ему отвары, заставляла пить или поила с ложки сама. Но ничего не помогало. Граф беспокоился, часто ходил к пастору, вызвал даже лекаря из соседнего города.– Я сделал ему кровопускание, – заявил лекарь после часа в комнате Руфуса. – Говорите, он перенёс чуму недавно?– Мы все переболели, – ответил свёкр.– Я замечал такие симптомы у некоторых переболевших. К сожалению, тут помочь ничем не смогу. Молитесь за его душу. После кровопускания ему стало хуже, значит всё плохо. Ничего другого не поможет. Увы.– Да что вы за лекарь такой?!– Самый лучший в городе. Можете других пригласить, но уверен, они скажут вам тоже самое.– Тогда осмотрите мою невестку. За время их брака она могла уже забеременнеть.Я почувствовала как кровь отхлынула у меня от лица, но противиться графу не могла. Если он узнает, что мы даже не пытались, наверняка взбесится. Ему и без того тяжёлые новости сообщили. Лекарь предложил провести осмотр в моей комнате и мы остались с ним наедине.– Мадам, прилягте и поднимите юбки до колен. Я буду деликатен.– Прошу вас, в этом нет нужды. Умоляю, помогите мне.– Чем, мадам?– Если граф узнает, что я не …– Не обязательно, что вы забеременеете так быстро, но всё возможно.– Нет, понимаете, мы даже не…– Ах вот что… Что ж, боюсь ваш муж не жилец, уж простите мою прямоту. А потому решайте сами, что мне сказать графу.– Можете просто сказать ему, что я не зачала?– Думаете, ему будет легче перенести утрату, зная, что наследника не будет?– А вы считаете, будет лучше, если я скажу, что понесла, а потом сообщу про выкидыш?– А вы не так просты, как кажется.– Пусть он думает, что мы пытались, но слабое здоровье Руфуса не позволяет.– Хорошо. Расскажем такую версию, – согласился лекарь. Видно было, что человек он опытный и на своем веку повидал многое. Да ему и не было дела, как у нас тут всё сложится, поэтому не имело значения, что говорить.От этих известий граф еще больше приуныл, заперся в комнате с Руфусом и молился. Я не хотела смиряться с заключением о том, что мой юный муж – не жилец. Несмотря на то, что он теперь постоянно кашлял кровью, а еще у него из носа иногда она текла. Я решила бороться до последнего. Новые отвары снабдила таким количеством заклинаний, что по моей задумке они мертвого должны были из могилы поднять. Но похоже только улучшили вкус. Болезнь была внутри него и снаружи я никак не могла повлиять на неё.Несмотря на мои усилия Руфус слабел с каждой неделей и в начале июня его не стало. Так в 15 лет я стала вдовой.Свёкр тяжело переживал его смерть. Сначала он винил меня во всём, хотя знал как предано я заботилась о супруге, сколько ночей не спала из-за него, сколько сил отдала ради его исцеления. Теперь я могла просто жить для себя, исполнять обязанности хозяйки и заботиться о стареющем графе. О Руфусе я не тосковала. Мне было его жаль, всё-таки умер молодым, но я не имела к нему чувств, и тем более не любила его.После трёх месяцев траура граф развил бурную деятельность: ездил к своему суверену, месяцами пытался пробиться к королю и я почти не видела его до Нового года. Меня не интересовало, зачем он это делает. Для меня наступило счастливейшее время. Я стала полноправной хозяйкой и отношение слуг ко мне изменилось. Весь замок и окрестности были в моём распоряжении. И больше никто не доставал меня. Одно расстраивало – Гастон так и не приехал на зимовку.Однажды холодным январским вечером лорд Себастьян появился на пороге, пустив стужу в и без того холодную залу и с порога объявил: