Хейд - Анастасия Уайт

Сердце стучит у меня в груди. Нет, он не приглашает меня на свидание, но моё тело уверено, что это именно так.

— Э-э, нет, не особо.

— Отлично. — Он склоняет голову, но не прежде, чем я успеваю заметить облегчение на его лице.

В ответ у меня скрутило живот.

Чёрт возьми, это влечение. Я безнадёжна, когда дело касается его.

Стремясь немного отдалиться от него, я встаю.

— Мне лучше собраться. Не хочу появиться в студии в пижамных шортах и устроить скандал.

Я беру тарелку и кружку и несу их к раковине. Когда я пересекаю кухню, его взгляд на мне ощущается как тяжёлый груз. Не в плохом смысле; просто его трудно игнорировать.

— Могу себе представить, как некоторые мамы будут возмущаться. В этих шортах твои ноги кажутся бесконечными.

Моё сердце замирает, заставляя меня остановиться на месте. Он же не сказал этого, правда?

Не в силах оглянуться на него из-за страха обнаружить, что у меня галлюцинации, я спешу к дверному проёму. — Спасибо.

— Рай? — Вздохнув, я оборачиваюсь. Мгновенно я погружаюсь в его зелёные глаза. — Спасибо за завтрак. Я очень это ценю, — тихо говорит он.

— Не за что.

С этими словами я направляюсь в свою комнату, заставляя себя не придавать этому никакого значения.

14. К моей вине

Хейден

Когда Инес открывает дверь, меня обволакивает пряный травяной аромат. Её глаза загораются, когда я протягиваю ей чашку кофе, которую купил по дороге.

— Привет.

— Привет, — бормочет она. — Огромное спасибо, что зашёл.

— Конечно. — Я протягиваю ей пакет с круассанами. — Специальная посылка для тебя и Санти.

Она берёт пакет, и румянец расцветает на её щеках. — Ты не должен был.

— Глупости. Здесь два шоколадных и два с черникой и маскарпоне. Девушка за прилавком клянётся, что они божественно вкусные, так что я не смог устоять.

Инес хихикает. — Я понимаю, почему ты так хорошо ладишь с детьми. Это потому, что в глубине души ты тоже ребёнок.

— Грубо! — говорю я, притворяясь обиженным. — Но очень точно.

В гостиной Санти занят строительством крепости из декоративных подушек, одеяла и двух стульев. Кончик его языка торчит из уголка рта, а брови сдвинуты.

Он не замечает меня, пока я не приседаю позади него и не говорю: — Привет, дружок.

Он оживает и поворачивается ко мне. Глаза у него готовы вылезти из орбит, он обнимает меня за шею и кричит «Tio!» мне в ухо.

Я обнимаю его в ответ, прижимая к себе. Аромат лаванды в его волосах возвращает меня в моё собственное детство и вызывает тёплое, приятное ощущение. Лаванда была любимым ароматом Пайпер, когда она была маленькой. И до сих пор остаётся.

— Как дела, маленький человек? — спрашиваю я с улыбкой.

— Хорошо! Я делаю дом, — говорит он, гордо выпятив грудь.

— Дом? Я был уверен, что ты строишь крепость. — Напевая, я изучаю постройку. — Тебе нужна моя помощь?

Он кивает, и пока я привязываю одеяло к стулу, появляется Инес с кофе в руке, одетая в тёмно-синие узкие джинсы и белую рубашку.

— Куда-то идёшь?

— Я записалась на маникюр. — Она опускает взгляд на свои ноги, а затем поднимает глаза на меня. — Ты не против? Можешь присмотреть за Санти?

Я провожу пальцами по щеке Санти, прежде чем встать и подойти к его маме. Я наклоняю голову, чтобы мои глаза оказались на одном уровне с её глазами.

— Конечно, я не против. Я же говорил, что присмотрю за ним в любое время.

— Спасибо. — Сжав губы, она оценивает сына. — В час он должен быть готов к обеду, а после обеда он обычно спит. В холодильнике есть суп. Тебе просто нужно…

Я кладу руку ей на плечо, заставляя замолчать. — Иди. С нами всё будет хорошо.

Инес благодарно улыбается мне, затем прощается с Санти, приседая и целуя его в лоб.

— Дядя Хейден немного присмотрит за тобой. Обещай, что будешь его слушать?

— Хорошо. — Он кивает, серьёзно глядя на неё.

— Я не задержусь. После твоего сна я вернусь домой.

— Хорошо.

Она снова целует его, а затем уходит. Когда за ней закрывается дверь, я поворачиваюсь к Санти с озорной улыбкой.

— Так что, может, построим крепость вместо дома?

— Да! Да! Да! — Он прыгает на месте, подняв руки в воздух.

— А потом будем играть. Кем ты хочешь быть? Рыцарем, который защищает крепость, или — я поднимаю с пола игрушечного тираннозавра — динозавром, который хочет её разрушить?

Он поднимает кулак. — Рыцарем!

Я поднимаю динозавра и рычу: — Тогда я буду большим, рычащим динозавром!

Он прижимает ладошки к щекам, глядя на меня с восторгом в глазах. — Tio, ты самый лучший.

Я хихикаю. — Приступим к делу, приятель.

Три часа спустя Инес возвращается и снимает туфли у двери.

— Эй, — шепчу я со своего места на диване. — Санти ещё спит.

— Спасибо. — Она благодарно улыбается мне. — Хочешь попробовать круассаны, прежде чем уйти?

Я вскакиваю и потираю руки. — С удовольствием.

Она жестом приглашает меня сесть за стол, а сама уходит на кухню. — Кофе или чай?

Я провожу рукой по лицу, стирая усталость, которая нахлынула на меня после того, как Санти уснул и в квартире воцарилась тишина. — Кофе.

Пока Инес возится на кухне, я не могу не думать о Райли, которая была у меня на кухне сегодня утром. Аромат ванили, блинчики и вид… Чёрт, этот вид почти разбил меня и исцелил одновременно.

С зачёсанными назад волосами её изящная шея была полностью обнажена, а соски проступали сквозь ткань свободной футболки, так что было трудно не смотреть на её грудь. А эти крошечные пижамные шортики, чёрт возьми, должны быть запрещены законом. Изогнутая линия её задницы и подтянутые ноги так сильно подействовали на меня, что мне пришлось сесть за барную стойку, чтобы скрыть эрекцию, пока она не ушла с кухни.

Буквально за неделю, стены, которые я воздвиг между нами, начали рушиться.

— Хейд?

Я моргаю и снова сосредотачиваюсь на Инес.

Приподняв бровь, она изучает меня.

— Всё в порядке?

— П-прости. Я отвлёкся. — Я облизываю губы. — Что ты сказала?

— Хочешь молоко или сахар в кофе?

Я качаю головой, надеясь прийти в себя. — Нет, спасибо. Просто чёрный.

Она наливает две чашки кофе, а затем садится напротив меня.

Я вдыхаю, наслаждаясь ароматом тёплой жидкости, и подношу кружку ко рту. — Большое