Хейд - Анастасия Уайт

До сих пор я игнорировал этого парня, но теперь у меня нет другого выбора, кроме как поздороваться с ним. — Привет, Ник.

Его взгляд опускается на мою руку на талии Райли, а затем поднимается обратно на моё лицо.

— Давно не виделись, — говорю я, игнорируя то, как он нас разглядывает. — Как у тебя дела?

— Вы двое знакомы? — спрашивает она, переглядываясь между нами, с глубокой морщиной между бровями.

— Да, — подтверждаю я.

Он потирает затылок. — Я не знал, что вы двое знакомы, но да, мы с Хейденом встречались несколько раз. Если бы я знал, я бы об этом упомянул. — На его лице появляется смущённая улыбка. — Я держал это при себе, потому что хотел произвести хорошее первое впечатление и не выглядеть как придурок, гоняющийся за славой.

Она поворачивается к нему, и от этого движения моя рука соскальзывает с её бедра. — Ты, безусловно, произвёл хорошее впечатление.

Что за нахуй?

— Рад это слышать, — бормочет он, не отрывая от неё взгляда.

Он рад это слышать? А я — нет. В животе бурлит раздражение, но я засовываю руки по самые локти в карманы и крепко стискиваю губы. Чёрт, я ревную. Не то чтобы я мог что-то с этим поделать. Я уже испортил ей один весёлый вечер. Не хочу повторять свои ошибки.

— Наверное, мне стоит оставить вас вдвоём? — Почему я это спрашиваю? Это не должно было быть вопросом.

Она оглядывает меня, но её внимание быстро переключается на что-то за моей спиной.

— Уверена, твои поклонники будут рады провести побольше времени со своей любимой звездой.

Я выпускаю безрадостный смешок. — Наверное. Если я понадоблюсь, я буду поблизости. — Я делаю один шаг назад, потом ещё один.

Прежде чем я успеваю развернуться, Ник зовёт меня по имени, останавливая. — Мне очень жаль, что случилось с Оуэном, — говорит он. — Мои соболезнования тебе и его семье. Он был очень талантливым парнем, ушёл слишком рано.

Сердце болезненно стучит в груди, а живая музыка превращается в белый шум. Руки дрожат, и я снова засовываю их в карманы. Его слова искренни, но они ударили меня как кулаком в живот. До сих пор этот вечер был приятным небольшим перерывом от моего горя и депрессии, а потом, несколькими простыми словами, он в одиночку бросил меня обратно в океан печали и сожалений. Не специально, но всё же…

— Спасибо, — бормочу я. — Мне лучше пойти. — С этими словами я резко поворачиваюсь и направляюсь к туалетам.

Несколько минут я смотрю в зеркало, изучая своё отражение, как будто оно изменится теперь, когда вновь открылись бездны моего собственного ада. Я тихо считаю до ста. Я хочу домой, но Райли хорошо проводит время, и я не могу снова подвести её.

— Соберись, чувак, — шиплю я своему отражению. — Хватит быть таким занудой. Пусть девчонка развлекается. Она не заслуживает того, чтобы её втягивали в твой беспорядок.

Когда мои пальцы наконец перестают дрожать, я возвращаюсь в хаос. С трудом вдыхая и выдыхая воздух, я направляюсь обратно к бару. На полпути я нахожу Райли, но на этот раз она одна. Я резко останавливаюсь и оцениваю её. Она стоит спиной к бару, её осанка напряжена.

Не успеваю я снова заставить ноги двигаться, как она замечает меня и направляется ко мне. — Готов пойти домой? — спрашивает она.

Я провожу рукой по лицу, сбитый с толку.

— А ты? Я думал, ты хотела остаться.

Она пожимает плечами. — Уже не в настроении.

Должно быть, что-то произошло, пока я был в туалете, но, честно говоря, я слишком хочу убраться отсюда, чтобы спрашивать.

Не говоря ни слова, я переплетаю пальцы с её и тяну её к выходу. Она легко следует за мной, её рука комично мала в моей. Ти Джей хлопает меня по плечу, когда мы проходим мимо, громко выражая своё одобрение. Я машу рукой, но не замедляю шага, слишком отчаянно жажду свежего воздуха.

Слава богу, я попросил Уайатта отвезти нас сегодня вечером. Мои мысли слишком хаотичны, чтобы я мог ясно мыслить. Как только мы устраиваемся на заднем сиденье, я поворачиваюсь к Райли.

— Что случилось с Ником?

Она пожимает плечом. — Ничего.

— Ты с ним флиртовала...

Она фыркает. — И что? Ты флиртовал со всеми, кого обслуживал.

Я сжимаю челюсти и с трудом выдыхаю воздух через нос. Если я не успокоюсь, скажу что-нибудь, о чём потом пожалею.

— Я не это имею в виду, — говорю я, стараясь говорить ровным тоном. — Ты можешь делать всё, что хочешь, флиртовать с кем хочешь. Но ты, похоже, была им увлечена, а когда я вернулся из туалета, ты была одна и готова уходить. Что случилось?

Она не моргает, не отводит взгляд. — Ничего не случилось.

В животе у меня закручивается от беспокойства. — Рай?

— Ник — хороший парень. Просто… я уже не была в настроении. — Она скрещивает руки на груди и устремляет взгляд вперёд, ставя точку в разговоре.

Сейчас я ни за что не вытяну из неё ответ.

Как только мы входим в пентхаус, она бросается в свою комнату, оставляя меня одного в полной тишине.

Приняв душ, я натягиваю спортивные штаны и иду на кухню за стаканом воды.

В голове у меня полный хаос, и не только из-за замечания Ника про Оуэна. Нет, во мне бушует целая дюжина противоречивых эмоций, и большинство из них связано с Райли. Желание убедиться, что с ней всё в порядке, мне знакомо, но ревность? Это желание «пометить» её, чтобы никто другой на неё не смотрел?

Что, блять, со мной не так?

Опустив голову, я ставлю пустой стакан в раковину и возвращаюсь в спальню. Проходя мимо её двери, я останавливаюсь.

Что ты делаешь? Мой мозг понимает, что я должен уйти, но тело не соглашается.

Как только я делаю ещё один шаг вперёд, она издаёт звук. Тихий, почти не слышный. Что...

Это стон? Чёрт возьми. Когда она стонет во второй раз, у меня сердце останавливается. Я прижимаю ухо к её двери, и, конечно же, она делает это снова. Слышен ещё один звук — тихое гудение. Чёрт. Она мастурбирует, используя свой розовый вибратор. Трахает себя в моём пентхаусе. Доставляет себе удовольствие, когда между нами нет ничего, кроме стены.

Задыхаясь, я прижимаю лоб к дверному косяку и закрываю глаза. Её следующий стон громче. Мне не следует здесь находиться, но я приклеился к этому месту. Всё, чего