Без промедления - Лейни Лоусон

Если она и удивлена, то не выглядит так. На самом деле, ее глаза застилает влажная пелена, и она наклоняет голову. Я смотрю через плечо миссис Фэрроу и вижу, как миссис Грант непринужденно отправляет в рот кусочек огурца, наблюдая за нами.

Я начинаю оглядываться, на этот раз отчаянно, ища спасения от Уоррена. Куда, черт возьми, он запропастился?

Мне следует немедленно взять обратно все слова, что я только что сказала, прежде чем слух о том, что мы официально живем вместе, распространится. А в этом городе? Эта сплетня разнесется, как лесной пожар. Но тогда я буду выглядеть еще большей психопаткой, чем уже выгляжу.

— Мама.

Я вздрагиваю от звука его голоса. Не оборачиваясь, чтобы посмотреть на него, я чувствую, как твердая рука ложится на середину моей спины как раз вовремя, чтобы я не вырыла себе еще большую яму своим ртом.

— Не пугай ее, — говорит он. Его пальцы танцуют по моей грудной клетке сбоку, и меня притягивают к нему, я внезапно оказываюсь плотно прижатой под его рукой.

Гейл отмахивается от сына.

— О, пожалуйста. Если она согласилась жить с тобой, и твой храп и грязная комната не напугали ее настолько, чтобы уйти, то она никогда этого не сделает.

Она подмигивает, и я медленно поворачиваю голову, чтобы посмотреть на Уоррена. Его глаза слегка сужаются, челюсть напрягается. Это взгляд, которого можно ожидать от человека, который только что узнал, что у него появился новый и нежеланный сосед по комнате.

Ему еще повезло. Я отличный сосед по комнате. Если вам нравится не разговаривать и иметь безупречный дом, конечно.

— Точно... — протягивает он, а затем косится на меня. Его хватка вокруг моей талии усиливается, и я сглатываю так громко, что группа людей через лужайку может услышать. Еще одна часть уравнения, к которой я не могла подготовиться. Прикосновения.

Чтобы отвести его взгляд от меня, я незаметно пожимаю плечами и переключаю внимание обратно на его маму. Но прежде чем я успеваю что-либо сказать, голос, который я узнаю как голос моего начальника, раздается от гриля у бассейна.

— Стейки готовы!

— Дети, хотите есть? — говорит Гейл через плечо, отворачиваясь от нас, чтобы пойти обратно в дом. Я пользуюсь моментом, чтобы выскользнуть из объятий Уоррена. Рука, которая только что была на мне, засунута в его передний карман, а другой рукой он проводит по растительности на лице над верхней губой. Наконец, он шагает к экранированной двери и открывает ее. Не поднимая глаз от земли, я захожу в дом.

Я выросла в городе, в многоэтажном доме в центре. Моим родителям принадлежало здание, в котором мы жили и где они управляли своей инвестиционной фирмой. Они проводили большую часть времени в офисе и почти никогда не были в пентхаусе на несколько этажей выше, где был наш дом.

Я же, с другой стороны, проводила там большую часть времени, прежде чем меня отправили в школу-интернат. Я ненавидела холодный и монотонный декор, хотя моя мать описывала его как современный и изысканный.

Этот дом — полная противоположность.

Здесь повсюду солнечный свет. Не только в естественном освещении через окна, но и в теплых тонах и мягкой мебели, которые говорят мне, что люди наслаждаются этим пространством как чем-то большим, чем просто эстетика. Это не для показухи, это для семьи. Дружбы. Комфорта.

Гейл ставит миску со свежими фруктами в центр длинного стола. Это не формальная столовая, но она хорошо вписывается в открытое пространство рядом с кухней.

— Уоррен, садись сюда. Нам нужно о многом поговорить, — говорит мистер Грант со своего места во главе стола.

Уоррен направляется к стулу, ближайшему к Генри, но не раньше, чем хватает меня за руку и тянет за собой. Он отодвигает для меня стул, и я убираю юбку моего летнего платья под бедра, чтобы сесть. Можно подумать, он сядет и на этом успокоится, но вместо этого он обхватывает ладонью мой затылок.

Хватка крепкая, и мой позвоночник мгновенно выпрямляется. Я ничего не могу поделать, чтобы остановить его, когда он наклоняется и прижимается губами к вьющимся каштановым волосам над моим ухом.

— Расслабься, — шепчет он.

Я складываю руки перед собой на столе, пока он садится. Мне кажется, что-то не так, поэтому я убираю их обратно на колени. Затем вниз по бокам и снова на стол.

Чтобы отвлечься, я беру ближайшую булочку и кладу ее на тарелку вместе с разными другими свежими и вкусно выглядящими продуктами.

— Мне нужны новости о том, как идут дела с бизнесом, — говорит мистер Грант с набитым ртом.

Уоррен несколько раз кивает. Он ковыряет вилкой еду на своей тарелке и плотно сжимает губы.

— Все еще планирую открыться в августе, — наконец отвечает он. Невозможно не заметить обескураженный подтекст. — Надеюсь, я не ошибся, вложив в это столько средств.

Я не смотрю в его сторону, но мои уши навостряются. Мы говорили об этом вкратце, когда только встретились. Я кружу кусочек стейка по тарелке и мягко улыбаюсь, вспоминая, как очевидно было, что он был чрезвычайно взволнован своим дилерским центром и станцией технического обслуживания. Его улыбка была настоящей, когда он говорил об этом тогда, но сегодня он кажется более неуверенным.

— Нервозность перед стартом? — говорит мужчина, сидящий прямо напротив нас. Его лицо обветренное, что заставляет меня думать, что он много работает на улице. Я узнаю знакомую форму его челюсти, и его правая рука вытянута вдоль спинки стула миссис Фэрроу.

— Не совсем, — качает головой Уоррен. — Просто немного переживаю о том, как все обернется, наверное. Это мой отец, Саванна.

Он указывает на мужчину напротив, чтобы официально представить нас, и тот вежливо улыбается мне.

— Приятно познакомиться, — киваю я.

— Зови меня Уэйд, — говорит он.

— Ты проделал замечательную работу со зданием и подготовкой инвентаря, дорогой. Мы так тобой гордимся, — встревает Гейл, протягивая руку через стол и накрывая ею руку Уоррена. — Как только остальное будет наконец готово, это будет оглушительный успех. Не переживай об этом.

Выражение ее лица — чистое обожание своего сына. Ее рука сжимает его, она наклоняется вперед, уделяя ему все свое внимание, и тепло, которое она излучает, является бальзамом для необычной нервозности Уоррена.

Это завораживает, правда. Дело не в том, что я никогда раньше не видела примера заботливого родителя в действии. Я видела много, и обычно моя первая реакция — отвернуться и сделать вид, что я не была свидетелем чего-то, что могла бы счесть необычным. На этот раз все по-другому. Это вызывающая тошноту