Все дело в кузнеце - Кристина Шефер

— Хорошо, — закивал он. Отпустил меня и отошёл к столу, записал что-то в своих пометках в вездесущем блокноте.

Я же стояла и анализировала. Получается, именно такого эффекта граф и добивался столько лет. А ритуал не приводил к нужному результату, так как он его использовал не в то время суток. Мило.

Пока я размышляла, отчим продолжал быстро что-то записывать. А в следующую секунду уже большой кинжал прошел меня насквозь в районе живота. Я опустила взгляд. Платье быстро заливала кровь. Зачем? За что?!

Граф рывком вытащил кинжал, с которого капала моя кровь, и встал передо мной, чего-то ожидая. А я стояла ни жива, ни мертва и боялась дышать. Через минуту поняла, что боль прошла. Стало любопытно. Я сама руками чуть надорвала ткань платья в месте пореза, затем нижней рубашки, пока не дошла до кожи. Она была цела и чиста. Ни шрама, ни раны, только размазанная кровь сверху.

— Свершилось! — взревел граф Антуан де Монсель, вскинув руки вверх, размахивая кинжалом. — Я это сделал! Свершилось!

У меня отлегло от сердца. Значит, это всё. Я свободна. Я ему больше не нужна. И тоже счастливо засмеялась, кружась.

Эйфория продлилась минут десять. А затем, посерьезнев, граф сказал, привалившись к столу позади себя:

— Теперь мне нужно провести ещё ряд экспериментов, но основной этап преодолен.

— И потом, вы меня отпустите? — не задумываясь, спросила я, всё ещё пребывая в эйфории. Отчего его взгляд изменился. Стал острый, цепкий такой, как будто у него сокровищницу украли и пол графства в придачу. Ничего не будет.

— С чего ты такое взяла? — сдерживая нрав, обманчиво спокойным и тихим голосом спросил он.

— Но вы же достигли, чего хотели. Сейчас ещё сделаете, что хотите, и я больше не буду вам нужна.

— Глупая девчонка. Ты сама по себе доказательство моего триумфа. Результат моей работы. Ты мое творение! Моя собственность! — орал он. А затем, выдохнувшись, чуть отступил, завязал резинку на блокноте и снова повернулся лицом к ошарашенной мне.

— Теперь я буду искать способ, как передать твою новую способность другим, более приемлемым способом. На это могут уйти годы. А затем и новые цели появятся.

И в моей голове щелкнуло. И появилось четкое понимание — мне никогда не быть от него свободной. Все, что я могу — это сражаться за свою жизнь здесь каждый раз. И этому не будет конца. Или бежать. Бежать так далеко и долго, как только смогу. Какая же он сволочь!

Приняв решение, я взмахнула рукой, призывая магию, чтобы обрушить на него шкаф и запустить колбами в лицо. Может, если его лицо будет все в шрамах, люди увидят его гнилую натуру.

Но ничего не произошло. Я взмахнула ещё раз, черпая больше силы. И ничего. Пробовала ещё и ещё. Я ее чувствовала. Она клубилась и как вода в кувшине переливалась во мне. Но это все. Я не могла вообще ее никак использовать. Ужас сковал меня. Что же он сейчас со мной сделает? Граф ведь точно понял, что я сейчас пыталась сделать. Подняла глаза.

Его лицо потемнело. Граф подобрался и пошел на меня, печатая шаг. Мне не оставалось ничего, как отступать назад. Так и шли, он наступал, я отступала. Пока я не упёрлась в стену. Такого выражения лица я у него еще не видела. Тихая ярость. Ему бы к нимфам. С их зубами он бы точно стал там королем. Сердце ухнуло в пятки, и когда он подошел на расстояние пару шагов от меня, я закрылась руками в попытке обезопасить себя. Но и оторвать взгляд от него не получалось.

На его лице расцвела какая-то странная, страшная улыбка. Я бы сказала, безумца. Рука графа загорелась пламенем. Он призвал свою силу! Сформировал из нее шар. Я икнула. Нет. Не может быть. Но может, очень даже может. Граф размахнулся и запустил его в меня.

Вспыхнула я, как спичка. Горела долго. А догорев, восстановилась.

Очнулась, прикрытая сверху рабочим передником графа.

— Отлично! Час с момента «смерти», — прозвучал голос сбоку.

Сознание восстанавливалось. Я вспоминала, что было до этого. Осознала, что умерла в огне. И чувствовала все, что со мной происходило. Каждую клетку. А он ещё и оформил это, как очередной эксперимент. Не растерялся.

Я подтянулась и села.

Отчим снова увлекся, что-то записывая, так, что даже не повернулся на шелест ткани, пока я вставала и повязывала его передник. Это дало мне возможность оглядеть себя.

Я была вся в саже, но не было ни одного повреждения. Даже длина волос прежняя. Разве что мои амулеты, которые подарила мне леди Мариетта, валялись в ошметках моей обугленной одежды. Что заколка, что кольцо. Граф даже не обратил на них внимания или ему было неважно.

Я их подобрала и прямо так надела кольцо и, собрав волосы, защелкнула заколку.

Вот на звук щелчка он застыл и повернулся. Снова зажег огонь в руке. Поднялся со стула.

Я уже поняла, что будет дальше, и не стала ждать. Схватила первое, что попалось под руку — это оказалась какая-то книга — и швырнула в него, зажмурив глаза. Хоть бы это его отвлекло, пока я спрячусь за столом. Что будет потом, я не думала.

Раздался звон, словно разбилось стекло, затем шипение, а следом грохот, от которого задребезжали стены.

Что это было?

Когда я открыла глаза, всё помещение оказалось затянуто дымом. Я боялась пошевелиться, затаившись у ножки стола. Только спустя пару минут, когда дым начал рассеиваться, я осознала: во-первых, шар врезался куда-то сбоку от того места, где я стояла; во-вторых, дальний шкаф, что был за графом, исчез. Точнее, его завалило.

Я подождала ещё немного, набралась храбрости и встала. Неровной походкой, готовая в любой момент сорваться с места, обошла стол, чтобы понять, что же произошло.

Первое, что я увидела, — шкаф. Он рухнул. Графа нигде видно не было, и я рискнула подойти ближе. Но как только заглянула за завал, меня вывернуло прямо на месте.

Я до сих пор не понимаю, как это вышло. Не иначе как сами боги вмешались.

Когда я кинула книгу, даже не думала, куда целюсь. Просто метнула её в сторону графа — наугад. Конечно, промахнулась. Но, видимо, случайно попала в одну из колб с реактивами, которые он хранил в шкафу. По следам хорошо видно, как жидкость, вылившись из разбитой колбы, прожгла бок шкафа, а