(не) желанная жена офицера Басманова - Анна Арно

Ох, блядь, как же красиво…

Никогда особо эстетом не был, но Маша… это нечто особенное.

Приподнимаюсь на локте и разбираю пучок ее волос на три пряди помельче.

Моими граблями конечно только танки бы чинить, да автоматы разбирать. Но если сейчас их не заплести, боюсь во сне нехотя потреплю эту красоту.

Удивительно, но пальцы еще помнят, как косы плести. Помниться в детстве не раз приходилось спасать мелкую разбойницу, чтобы она не повисла своими лохматыми кудрями на каком-нибудь ежевичном кусте.

Неумело, но я все же справляюсь с поставленной задачей. Затем подсовываю свою ладонь под ее щеку, приподнимаю и укладываю ее голову на свое плечо.

Ну точно спит. Податливая, как куколка. В сознании разбойница бы мне и близко ничего подобного не позволила бы.

Поэтому я уже смелее возвращаю руку на ее талию, и утыкаюсь носом в ее макушку. Вдыхаю полной грудью, а пальцы как-то неспокойно поглаживают плоский животик под вязанной тканью.

Держись, полковник.

Держись.

Все нужно сделать правильно, чтобы не сорвалась. Никогда не прощу себе, если все испорчу.

— Спокойной ночи, разбойница, — шепчу я рядом с ее ушком.

Странное ощущение. Вот так засыпать рядом с Машей.

Думал мне о таком только мечтать всю жизнь придется. Хотя и такой роскоши я себе никогда не позволял.

Невеста брата. Невеста брата.

Как заклинание. Как клеймо. Как мое собственное проклятье.

Но теперь…

— Спокойной ночи, Бес, — вдруг ее тихий голос будто гром среди ясного неба.

И я снова весь напрягаюсь.

Не спит значит?

А чего тогда притихла?

Испугалась?

Блядь, ну точно.

Конечно она почувствовала, что у меня стоит и теперь просто в ужасе обмерла. А я как идиот… еще все усугубляю!

Черт бы меня побрал.

— Маш, — хриплю, с усилием воли отнимая свою руку от ее талии.

— М?

— Так ты… — прочищаю севшее горло, — не спишь?

— М-м, — мычит она отрицательно.

Вот черт…

Морщусь, борясь с желанием дать самому себе подзатыльника:

— Я это… — сглатываю шумно, пытаясь придумать, как объяснить свои действия, — просто волосы твои в лицо лезли, вот я и…

— Я поняла.

Что она поняла?

Что она могла понять, черт меня дери, в таких-то обстоятельствах?

Что я извращенец? Маньяк, который нюхает ее пока она спит. Гладит, косы ей плетет, упираясь ей в задницу стоящим членом?

Пиздец. Пиздец.

Кажется я только что сделал то, чего больше всего боялся. Выдал себя с потрохами и напугал свою невинную невесту.

— Прости, — хриплю я.

— М-м, — отрезает тут же.

Только ни это.

— Маш, я клянусь, я тебя никогда не обижу и…

Она вдруг приходит в движение и разворачивается в моих объятиях, а я едва удерживаюсь себя от того, чтобы не попятиться и не вылезти из спальника, отчего-то до одури боясь ее реакции.

— Я же вроде просила, — смотрит на меня хмуро.

— О ч-чем? — запинаюсь даже, плохо понимая, о чем мы говорим.

Он вдруг ловит мою ладонь, так и зависшую в паре сантиметров от ее бедра, и… прижимает обратно к своей талии:

— Я попросила не напрягать руку. А ты чем занимаешься?

Смотрю на нее удивленно.

Не собирается отчитывать меня за непристойное поведение?

Может она снова бредит? Или лунатит?

А хотя, она же нехило припила отцовской настойки, видимо это и притупило ее чувства. Тогда есть шанс, что она ничего и не поняла.

У меня аж гора с плеч. Выдыхаю облегчено:

— Ладно, прости, — сдаюсь с удовольствием. — Я больше не буду.

А сам скольжу ладонью по ее худенькой спинке, как бы ненароком задвигая Машеньку обратно в свои объятия.

Она на удивление легко поддается.

Ну точно отцовская настойка виновата.

Маша прижимается щекой к моей обнаженной груди, ведь рубашку я застегнуть так и не успел, чтобы поскорее выполнить приказ этой командирши.

А затем я вдруг чувствую, как тонкие пальчики принимаются вырисовывать узоры на моем плече.

Боже…

Да она просто издевается.

Глава 31. Бесо

Оказывается сложнее, чем спать с Машей в одном спальнике может быть только… не спать с Машей в одном спальнике.

С охмелевшей Машей.

— Ты такой сильный, Бесо, — шепчет она, обжигая мою кожу своим дыханием.

Шумно сглатываю. Сжимаю челюсти и глаза закрываю.

Это не она.

Не Маша, а алкоголь в ней.

Нельзя вестись.

— У тебя плечо болит, а ты меня на руках носишь, — продолжает мурлыкать она, сводя меня с ума одним только ноготком, мягко оцарапывающим мою грудь. — Я так… благодарна тебе за всё, Бесо, — ее пальчики скользят к моей шее. — И я с тобой вообще ничего не боюсь. Даже… тебя.

Шумно сглатываю, чувствуя, как ее пальцы поглаживает мой затылок.

Держись, мужик. Держись, чего бы это не стоило. Не ведись на нее сейчас. Иначе обойдется куда уж дороже.

— Я не боюсь тебя, Бесо, — повторяет она ласково. — Поэтому, если я могу быть тебе полезна, то… используй меня.

Господи помилуй. Что эта бестолковая женщина себе надумала?

Использовать? Ее?

Да как это вообще возможно?

С ума меня сводит. Понятно, что все дело в том пойле. Но это же просто невыносимо.

— Машка, что б тебя, — хриплю я, ловя ее руку на своем затылке, и сжимаю загребущие пальчики в своем кулаке, — ты правда все еще девственница?

— Если это для тебя проблема, то нет, — фыркает.

— Бестолковая девчонка, — жадно целую ее пальцы. — Получить тебя в качестве обычной благодарности — последнее, чего бы я хотел.

— А как… — она поднимает на меня свои глаза, — как бы ты хотел?

Судя по тому, как она медленно моргает, она и правда нехило захмелела. Это обстоятельство вынуждает трезветь меня:

— Я бы хотел… чтобы ты тоже хотела, — отвечаю честно. — Если это не взаимно, то меня не интересует.

— Но это однозначно взаимно! — твердо отзывается она.

И я даже было успеваю понадеяться, что правильно ее понял. Но затем она продолжает:

— Мы ведь можем быть взаимно полезны друг другу: ты наконец получишь разрядку после долгой командировки, а я отомщу этому козлу неверному! Как говорится: глаз за глаз, зуб за зуб, а измена за измену. Хотя с моей стороны уже и считаться не будет изменой, — выдыхает она разочарованно.

Так вот в чем дело? То-то я и подумал, что у меня крыша походу протекать начала. Теперь хотя бы все понятно, хоть и бесит дичайше.

Она решила, что у меня стоит, потому что я голодный после командировки, и она придумала как этим очень хитро