Вторая семья генерала дракона - Кристина Юрьевна Юраш

Мои эскизы. Месяцы работы. Планы на магазин, расчеты площади, полные расчеты затрат, чертежи шляпок, которые должны были стать моим билетом в мир моды, в жизнь вне этого золотого клетки. Всё это осталось лежать в грязи, под дождем, рядом с телом убитого человека.

Глава 55

Глава 55

Я почувствовала, как внутри что-то надламывается. Тихо, беззвучно, как трещина в фарфоре.

— Понятно, — произнесла я. Голос был ровным, но внутри выла буря. — Спасибо. Можете идти.

Они выскочили из комнаты так быстро, словно за ними гнались черти. Дверь захлопнулась, оставляя меня одну в огромной, холодной спальне.

Я подошла к зеркалу. Из отражения на меня смотрела женщина с бледным лицом и темными кругами под глазами. На ключице алела ссадина. Не помню, где я ее посадила. На плече проступали синяки от грубого захвата. На пальце — царапина от ножа. Глубокая, зараза! Я быстро взяла салфетку и перемотала палец.

А потом снова посмотрела на свое отражение в немного запотевшем зеркале.

Красивая. Да, теперь он видит меня красивой. Теперь я его «пара». Дракон почувствовал свою собственность.

Но он не почувствовал боли, когда грязь размывала чернила на бумаге. Он не понял, что для меня тот альбом значил больше, чем все его земли и титулы. Там была я. Настоящая. Не жена генерала, не обладательница редкой внешности, а мастер. Человек, который создает красоту.

И он не выполнил мою просьбу. Он не развернулся, не взял его. Он так и оставил его лежать в грязи на дороге.

Так же, как и мои мечты о семейном счастье. Все в грязи, все под ногами.

Мои губы задрожали. В этом альбоме было шесть месяцев моей жизни. Готовый бизнес-план.

И вот я его потеряла. Теперь мне нужно время, чтобы все просчитать, нарисовать первые модели, просчитать себестоимость…

Я едва не заплакала при мысли о предстоящей работе.

Ради чего? Чтобы спасти мое тело? Чтобы я могла родить ему наследника и сидеть в этом доме, пока он будет убивать следующих «друзей» и врагов?

Я вспомнила его глаза на дороге. Золотой огонь, в котором не было ничего человеческого. В тот момент я хотела прижаться к нему. Почувствовать защиту. Его руки были такими надежными, его крылья укрыли меня от смерти. Инстинкт кричал: «Он твой! Он спас тебя! Люби его!». И тело жаждало его так, как не жаждало никого.

Но разум холодным лезвием резал эту иллюзию.

Он убил друга. Холодно. Расчетливо. И даже не моргнул.

А потом не вернулся за моими мечтами.

Для него я — трофей. Ценный, красивый, требующий защиты. Но трофей. У трофея не спрашивают, хочет ли он, чтобы его эскизы остались в грязи. Трофею покупают новые платья, трофей держат под замком, с него сдувают пылинки.

Я надела ночную сорочку, которую принесли служанки. Шелк был холодным и скользким, неприятно прилипал к влажной коже. Я забралась под одеяло, но сон не шел.

За стеной дом молчал. Но я знала, что он не спит. Я чувствовала его присутствие, как чувствуют приближение грозы. Давление в воздухе, статика, от которой волосы на руках вставали дыбом.

Глава 56

Глава 56

Он придет. Я знала это. Он захочет проверить, на месте ли его собственность. Захочет убедиться, что я не сбежала снова.

Я сжала простыню в кулаках.

Уехать. Нужно уехать утром. Пока он не решил, что может владеть не только моим телом, но и душой.

Слезы подступили к горлу, но я не дала им воли. Плакать было бесполезно. Слезы не вернут и не высушат размокшие страницы альбома. Слезы не вернут жизнь человеку, которого он убил. И слезы не заставят его понять, что я — не просто кукла с красивым лицом. Я — человек, личность, у которой есть мечты и цели.

Я перевернулась на бок, подтянув колени к животу. В темноте комнаты мне мерещились тени. Они шептали мне о том, что я слабая. Что я хочу его. Что запах его кожи все еще на мне, въелся в волосы, в поры.

Да, я хотела его. Это было самое страшное. Мое тело предавало меня, отзываясь жаром на воспоминание о его прикосновениях. Но я не могла позволить этому чувству победить.

Если я останусь, я стану такой же, как Донна. Вещью. Красивой, любимой вещью, которая не имеет права голоса. Любимой кошкой на коленях хозяина.

Нет.

Я закрою глаза. Я притворюсь, что сплю. А утром… Утром я потребую карету. Пусть он называет это глупостью. Пусть угрожает. Я видела, на что он способен. И именно поэтому я не могла остаться.

А еще я понимала, на что способна я. И предательский жар внизу живота.

И рано или поздно близость случится. Я знаю это. Так вот, я хочу уехать отсюда, пока есть шанс ее избежать.

Любить чудовище — значит стать соучастником. А я не хотела, чтобы мои руки когда-нибудь испачкались в крови его врагов. Или его друзей.

Ой, куда меня понесло! Спать надо! Всё! Спи!

Я лежала в темноте, слушая тишину дома, и чувствовала, как внутри застывает решение. Твердое, как камень. Как лед.

Завтра я уеду. Даже если мне придется идти пешком. Даже если он пойдет следом. Я не могу быть женой человека, для которого мои мечты — пустячок.

Слеза все-таки скатилась по щеке, впитываясь в подушку.

Он спас мое тело. Но мою душу он даже не заметил.

И за это я никогда ему не прощу.

В коридоре скрипнула половица. Тихий, почти неслышный шаг.

Я замерла, выравнивая дыхание. Притворилась спящей.

Тень скользнула по стене. Он вошел. Я чувствовала его взгляд на своей спине. Тяжелый, собственнический, горячий. Он стоял долго. Я слышала его дыхание. Сдерживаемое. Напряженное.

Потом он коснулся моих волос. Легко. Почти невесомо.

В этом прикосновении было столько боли и желания, что у меня перехватило дыхание. Но я не шелохнулась.

Глава 57. Дракон

Глава 57. Дракон

Я закрыл альбом.

На столе остались чернильные пятна — следы моей попытки исправить неисправимое. Я не закончил. Рука дрожала, и линии становились рваными, теряя ту легкость, что была в её оригиналах.

Я посмотрел на свои пальцы. Они были черными от чернил. В тусклом свете свечи это выглядело так, будто я вымазал их в засохшей крови.

Кайл.

Его кровь еще не отошла от моих ногтей, сколько бы я ни тер их щеткой. Вода смыла видимое,