Драконье счастье - Марина Ефиминюк

Да что ж всех так удивляет это слово?

— Именно, — кивнула я.

Он почесал бровь, словно пытался выудить из головы маршрут, и начал объяснять дорогу, показывая направление рукой. На третьем повороте я уже безнадежно запуталась. Казалось, меня отправляли в пресловутую библиотеку через портальную башню. В общем, проще вернуться к первоначальному плану: выйти к нормальным людям и попросить довести до дверей.

— Спасибо, — прервала я. — Хорошего дня.

— Госпожа Йорн, разрешите вас проводить? — вдруг позвал меня мужчина на валлейском языке с сильным акцентом.

— Вы говорите на валлейском? — Я не стала скрывать удивление.

— Простите.

Он изобразил фальшивое раскаянье, сдобрив его очаровательной улыбкой, которая никого в принципе уже не могла обмануть.

— Кстати, не уловила: вы представились?

— Ульвин Тьер. — Он протянул руку. — Друг вашего драгоценного мужа.

Я решила ответить на приветственное рукопожатие, раз не надо напрягаться и выговаривать длинные фразы про ветер, крылья и все такое прочее. Ульвин внезапно попытался изобразить манеры по-валлейски и поцеловать мне пальцы.

— Стоп, — резковато отсоветовала я, и он мгновенно отступил на шаг. — Ведите, господин Тьер. Надеюсь, вы действительно в курсе, как выбраться из этого лабиринта.

Мы энергично шагали в обратном направлении и преодолевали повороты.

— Вы хорошо знаете дворец, господин Тьер.

— Можно просто по имени, — любезно предложил он. — Я практически вырос во дворце рядом с Кианом, и мы вместе учились в академии боевых искусств. В общем, давние друзья.

— Я не помню, чтобы вы были на свадьбе.

— Меня не пригласили, — с легкостью признался он.

— Похоже, друзья вы не близкие, — с иронией протянула я.

Последовала выразительная пауза. Ульвин кашлянул в кулак и пробормотал:

— А вы прямолинейный человек.

— Только, когда не высплюсь.

Внезапно вокруг стало людно: нам наперерез выкатился переполошенный Вигдис, за ним мои испуганные горничные, оставленные в покоях разбирать возвращенные из Башни невесты сундуки, заодно несколько стражей. Такой переполох начался, словно на дворец напала стая диких виверн.

— Вас все ищут! — воскликнул смотритель.

Тут он обнаружил рядом со мной сопровождение. Лицо окаменело, взгляд потяжелел, словно молодую супругу будущего владыки не провожали в библиотеку, а пытались похитить и спрятать в катакомбах.

— Эфейр Тьер меня увидел… — попыталась я подобрать слова на эсхире, — и привел.

Они перебросились парой трескуче-холодных фраз.

— Он будет тебе не рад, но я передам, что ты здесь, — сказал смотритель, и я внезапно поняла его речь.

— Для меня честь познакомиться с вами, госпожа Йорн, — попрощался со мной Ульвин и добавил на драконьем диалекте: — Спасибо.

— Пожалуйста, — ответила я на эсхире, но, видимо, лучше бы промолчала и просто кивнула, потому как на коридор опустилась звенящая тишина. Дыхание затаили даже фрески на потолке. Стало ясно, что вежливое слово снова волшебным образом превратилось в ругательство.

У нового знакомого слегка вытянулось лицо.

— Зря я это сказала? — по-валлейски вкрадчиво уточнила у него. — Видимо, теперь мы должны перейти на «ты». Попроси Киана принять тебя в качестве моральной компенсации. Скажи, что его супруга неудачно поговорила на эсхире.

Когда я вошла в библиотеку, вся свита из смотрителя, горничных и стражей отчего-то вдвинулась следом, видимо, намеревались передать счастливо обнаруженную супругу хозяина из рук в руки. С профессором Сиан я познакомилась еще перед венчанием. Она выступала в роли переводчицы во время репетиции свадебных ритуалов и пару раз с непроницаемым видом изображала жениха.

Резковатыми манерами преподавательница неуловимо напоминала моего куратора по реставрационной магии, вызывала во мне душевный трепет и взглядами умела препарировать. Стоило ей поджать губы, посмотреть над стеклышками строгих очков, как свита замерла и шустро втянулась обратно в двери. Да мне самой захотелось вернуться в коридор, постучаться и спросить разрешения войти.

— Устраивайтесь, госпожа Йорн. — Она указала на письменный стол, перед которым на треноге установили маленькую грифельную доску.

Я поспешно села в кресло и взглядом уперлась в оживленные картины, висящие на стене. Бестии находились в непрерывном движении: выпускали сердечки, косили глазами и вид имели карикатурно придурковатый. Тут я поняла глубину коварного плана! Киан забрал картины, но любоваться ими по-прежнему предстояло мне. Четыре раза в неделю. В общем, не избавилась от художественного безобразия, а нашла надежные гвоздики.

Преподавательница проследила за моим взглядом.

— Вас тоже возмущает, что кто-то не постеснялся испортить чудесные картины мастера Подлунного?

— Ужасное варварство, — поддакнула я и с деятельным видом пододвинула кресло поближе к столу.

— Давайте начнем, — предложила она. — Если что-то будет непонятно, задавайте вопросы.

— Вообще, у меня уже есть один вопрос, но не по теме.

Профессор доброжелательно улыбнулась:

— Не стесняйтесь.

— Как переводится слово «пожалуйста»?

На лице мадам, в отличие от остальных, теряющих дар речи от моей вежливости, не дрогнул ни единый мускул. С монументальным спокойствием она поправила пальцем очки и четко проговорила на валлейском отборнейшее ругательство, а сверху досыпала парочку синонимов с богатым содержанием. Оказалось, что с неуемной вежливостью я отправляла всех на… сильных крыльях в густой туман без права возвращения.

— Ясно, — через задумчивую паузу пробормотала я. — Это многое объясняет.

— А теперь приступим к изучению алфавита. — Она хлопнула в ладоши, словно привлекала внимание первоклассницы.

Но следующие два часа я ощущала себя именно ученицей младших классов. И не самой смекалистой. Пока разбирали гласные и согласные, было терпимо, но потом начались слоги… Вот когда открылись ворота в персональную преисподнюю человека без особенного таланта к иноземным языкам!

— Еще раз, — резковато скомандовала профессор, и крышка стола внезапно куснула мой локоть магическим разрядом.

Уронив чернильное перо, я подпрыгнула в кресле и начала растирать руку. Артефактный стол словно решил принять активное участие в обучении не особенно сообразительной иноземки и способ выбрал изуверский. Акцент уже не казался мне самой большой проблемой, но профессор настаивала.

— Соберитесь, Анна!

— Боже! — снова вздрогнула я, когда руку пробило разрядом до плеча. Видимо, стол был полностью согласен с преподавателем. Фраза «заколачивание знаний» стремительно приобретала новые смыслы.

Через некоторое время, по ощущениям — бесконечное, языковая пытка подошла к концу. Профессор Сиан похвалила меня за старание, велела учить слоги и отправилась обратно в академию, мучить студентов, явно освоивших чтение. Или до завтрашнего дня отпаивать себя успокоительными каплями от осознания, что будущий