Подарок для рыцаря смерти - Дарья Верескова

— Почему вы спросили о перчатках? — вообще-то мне хотелось предложить ему начать общаться по-человечески, но я не знала, готов ли он к этому. Неужели он всё ещё злился на меня за то, что я продавала те талисманы вместе с Рикой?

Я же искупила свою вину у позорного столба.

— Господин… — мужчина молчал, и я повторила свой вопрос. — Почему вы спросили о перчатках?

— Это твоя обязанность, — обронил он.

Он всё ещё не прикоснулся ко мне — ни единой частью своего тела. Ожидание изматывало, несмотря на то, что всё происходило не впервые, я так и не привыкла находиться рядом с нагим мужчиной.

— Я не знала, что это моя обязанность. Послушайте, сэр… Господин. Меня не учили быть каэри, я не знаю, что от меня требуется, кроме как делиться энергией.

По-моему, он меня не слышал — мужчина за моей спиной замер, не дыша и никак не реагируя. Рывок к нему стал полнейшей неожиданностью, и прикосновение к голой коже его груди обожгло. К моим ногам, согнутым в коленях, снизу прижались его ноги, а ягодицами я почувствовала ткань в районе его промежности.

Тут же навалилась слабость — сэр Гектор давно не пополнял магические резервы. Скорее всего, я скоро усну, совсем обессилев, и я попыталась устроиться поудобнее.

— Не шевелись, каэри, это приказ! — он удержал меня на месте. Я боялась делать уже что угодно.

Слышал ли он вообще мои слова? И могу ли я теперь работать со слугами и получать оплату?

Проснулась я почти через сутки. Сэр Гектор давно отбыл на зачистку лесов от шайки разбойников, о которых ему доложили накануне. Зато рядом с собой на постели я заметила нечто светлое.

Женские перчатки… Из нежнейшей светлой кожи, выделанной так искусно, как я никогда в жизни не видела. Крохотные, почти незаметные швы, а у запястья — изящная вышивка серебряной нитью.

Глава 14. Гектор. Дар во благо

* Сэр Гектор Дастон, первый рыцарь Фердинанда Второго *

Гектор впервые заметил, что каэри не носит перчаток, только тогда, когда она соприкоснулась руками с его оруженосцем. Жан был магом, совсем слабым, но, безусловно, он в полной мере прочувствовал всю силу девушки.

Собственная реакция поразила Гектора — ему немедленно захотелось влезть между ними, отшвырнуть Жана. Что сейчас чувствовал его оруженосец? Гектор и сам помнил эйфорию самого первого прикосновения к каэри, помнил, как после этого буквально подмял её под себя, прижимаясь обнажённой кожей к ней так близко, как только возможно.

Чувствовал ли сейчас то же самое Жан?!

Недоумение на лице девушки, когда он надел на неё перчатки, было настолько легко читаемым, что Гектор сразу же сообразил, что перчаток у неё просто нет. И, кроме того, она не знает, что обязана их носить.

Она не носила их всё это время во дворце, сталкиваясь руками с кем только можно… Неудивительно, что лорд Кранц посчитал её гулящей и решил, что Гектор легко передаст её любому. Неудивительно, что Элоиз до сих пор сомневается, что между ними ничего не было.

Да и можно ли говорить, что между ними ничего не было?

— Извините, сэр Гектор, такого больше не повторится! — горячо воскликнул Жан, когда Гектор окликнул его — второй раз. Невнимательность не была свойственна его оруженосцу.

— Не повторится, — уверенно произнёс рыцарь. — Когда закончишь, пришли ко мне нашего гонца, у меня для него задание.

Жан помог ему снять доспехи, и Гектор сам расседлал Валора.

Имя коня ему не нравилось, он предпочитал более простые, простонародные клички вроде Смолы или Уголька. Но Валор, на взгляд Гектора, был лучшим жеребцом в ближних королевствах и достался рыцарю уже вместе с кличкой.

— Гектор, численность разбойников превосходит нашу кавалерию в три раза, — к нему подошёл Мориц, один из рыцарей, участвующих в этом походе. — Нам следует подождать подкрепления от сэра Винсента из Рошгейта; если мы отправим гонца, они будут здесь уже через три дня.

Гектор в ответ покачал головой. Возможно, именно за это его боялись, но и выбирали лидером походов тоже — потому что он никогда не позволял противнику скрыться.

— Нет, они знают, что мы здесь, к тому моменту они уже уйдут. Они как тараканы или крысы в Альмерэ. Только и ищут возможности напасть ночью и перерезать стражу, украсть у своих же. Наши действия должны быть решительными, мы не можем показывать им слабость. Напуганный враг будет совершать ошибки, и я не собираюсь давать им время собраться с силами.

— Ты сможешь справиться с ними?

Когда Гектор уверенно кивнул, глаза сэра Морица загорелись неверием и торжеством. Почти никто из них не мог привыкнуть к тому, как быстро Гектор теперь восстанавливался.

— После того как мы справимся с этой шайкой, мы воспользуемся гостеприимством сэра Винсента, и все смогут отдохнуть так, как они того заслуживают, — решил приободрить Морица Гектор.

— Ты возьмёшь с собой каэри? Пусть хоть посмотрит, как живут, такие, как она.

— Я пока ещё не решил, — холодно ответил Гектор, чем заставил второго мужчину сразу замолчать.

Все они знали, что Гектор не любил обсуждать свою каэри с ними.

***

Она ждала его в шатре, как он и приказал, хотя послушностью эта каэри не отличалась. Девушка подняла голову, смотря на него осоловевшими сонными глазами — растрёпанная и мягкая, совершенно обнажённая под шерстяным одеялом.

Гектор почувствовал возбуждение от одного её вида, и горячая волна стыда и ненависти окатила его тело.

— Отвернись, — тут же грубо приказал он ей, понимая, насколько недостойно испытывать такие чувства к покалеченной каэри, тем более — к той, кто причинила столько вреда его любимой.

Он ненавидел, что его тело так реагировало на неё. Это чувство было постыдным, животным, не имеющим ничего общего с той светлой идеальной любовью, которую воспевают барды.

Почему, почему это происходит?! Он же не хочет этого, она ему даже не нравится, он готов избавиться от неё в любое мгновение!

— Впредь никогда не смотри на меня, когда я раздеваюсь, перед тем как лечь с тобой в постель. Лежи ко мне спиной.

В её глазах, как и в прошлый раз, загорелась обида, а после она резко отвернулась, вернув ему наконец хоть немного способности мыслить. Гектор разделся, как и прежде, до трусов, но в этот раз