Девушка бандита. Без права на любовь - Злата Зорич

немного размять затекшие ноги, старуха-соседка уловила движение на своем балконе, и потом долго рассматривала его, прижавшись лицом к стеклу. Выходить в такой холод ей, к счастью, не захотелось.

Потом начался сильный снегопад — редкие мелкие хлопья сменились тяжелыми, мокрыми. Они начинали таять, едва опустившись на поверхность. Толстовка на мне была уже насквозь. Я сидела, не шевелясь. В голове странно пусто — как будто выплеснули всё, что я когда-либо думала и чувствовала.

Очнулась я от своего спасительного забытья только когда услышала шаги и голоса внизу. Я подползла к краю, осторожно выглянула из-за перил.

Ник. В наручниках. За ним двое его друзей. Их загнали в чёрную машину, дверь захлопнулась. Увязая в снежной грязи, колонна автомобилей начала свое путешествие.

Их увезли.

Я долго не решалась пошевелиться — мне казалось, что в квартире все еще кто-то остался. Когда холод сделался невыносимым — я действительно рисковала замерзнуть здесь на смерть — всё-таки начала понемногу двигаться.

Ноги и руки не слушались, чудовищно кружилась голова. Тем не менее я перелезла обратно. С предчувствием еще худшего внутри.

Квартира встретила звенящей тишиной и полной разрухой. Всё было перевёрнуто вверх дном, мебель вывернута, матрасы порваны, посуда разбита. Всё, что можно было тронуть, тронули. Всё, что можно было уничтожить, уничтожили.

Даша сидела на полу в своей разоренной комнате. Она собирала чемодан.

— Я сваливаю, — заметив меня, она всхлипнула. — Прямо сейчас. Ни останусь здесь ни на секунду. Все, хватит с меня.

Я стояла в дверях, промокшая, мёрзлая, вся в грязи и пыли, и не могла произнести ни слова. Даша закидывала вещи быстро, не глядя. Было заметно насколько сильно ей хотелось уйти. Если бы не необходимость забрать одежду, она бы выскочила из квартиры не глядя.

— Ну так что? Ты со мной? — бросила она, вытирая слезы.

Я молча прошла в коридор за своим чемоданом. Оставаться в квартире было не только бессмысленно. Это было опасно.

Но мой заранее аккуратно собранный чемоданчик тоже был разворочен. Молния сорвана, одежда вывернута, разбросана на полу. Среди вещей я нашла свою маленькую сумочку, залезла рукой в боковой карман — пусто. Конверт с деньгами исчез.

— Их… нет… — прошептала я, не в силах в это поверить. Мой билет в свободную жизнь был у меня в руках, но я променяла его на несколько минут близости с Ником. Я могла бы сейчас быть на полпути к спасению, с кучей денег в кармане…

— Их больше нет… — сумка выпала из моих ослабевших рук.

— Думаешь, у тебя одной? — снова всхлипнула Даша. Она, уже полностью собранная, подкатила ко мне свой чемодан. — Надо было на карточке держать, как все нормальные люди.

Она посмотрела на меня, потом на развороченный чемодан.

— А почему твой был собран? Ты… Ты что, собиралась уйти? И ничего мне не сказала?

Я молча посмотрела на неё. Слишком устала, чтобы что-то объяснять, слишком убита морально, чтобы что-то придумывать.

— Ничего не скажешь?

Я покачала головой.

— И то, почему вы с Ником были полуголые тоже?

— Тоже.

Мы больше не разговаривали. Распихали остатки моих вещей в сумки, молча выбрались из руин квартиры, спустились вниз и сели в такси.

Даша уткнулась в окно невидящим взглядом.

— Куда мы? — тихо спросила я. Не то что мне было какое-то дело до того, куда меня теперь забросит судьба, просто хотелось поддержать разговор. Избавиться от тягостного молчания, от которого веяло чем-то трагическим.

— В «Зажигалку», — бросила Даша сквозь зубы.

— В стриптизклуб?!

— У тебя есть идеи получше? — Даша повернула голову, подождала ответа.

Его не последовало. Мне нечем крыть. У меня снова ничего не было. Снова нужно было начинать жизнь с абсолютного нуля. Но в этот раз все гораздо сложней.

— То-то же, — хмыкнула подруга. — У нас забрали деньги. Ник слил в унитаз весь товар, он теперь торчит серьезным типам кучу бабок. Еще неизвестно отпустят ли его вообще или сразу впаяют срок… Нам нужно зарабатывать. Хотя бы для того, чтобы ему передачки в тюрьму носить.

Даша приоткрыла окно, впустив немного морозного воздуха в душный салон, и закурила.

— Кроме того, там есть свободная комната. Хозяин согласился приютить нас.

Она немного подождала реакции, потом бросила взгляд на мое лицо.

— Что, не нравится? — усмехнулась она, заметив тень возмущения. — Какие еще у тебя есть варианты?

Никаких. Никаких у меня вариантов не было.

Я отвернулась, чтобы скрыть слезы, которые набежали на глазах, когда Даша сказала про Ника.

Ехать было некуда. Некуда бежать. И ничего не осталось.

Только холод. И пустота внутри. Я во всем виновата.

Глава 30

Крохотная каморка над стриптиз-клубом казалась ещё меньше в тусклом свете настольной лампы. Воздух был спертый, пропитанный старым табаком и сладковатым запахом дешёвых духов, словно это помещение хранило в себе следы всех тех, кто прятался здесь до нас. Лампа мигала, будто дразня, и каждое её раздражающее мерцание било по усталым глазам.

Мы с Дашей сидели на полу — на полу, потому что старый диван с рваными подлокотниками внушал только брезгливость и недоверие. Где-то там, внизу, в колонках играл глухой бас, от которого вибрировал пыльный воздух.

Даша обняла колени, спрятав лицо между ними.

— Мы все потеряли. Из-за него, — прошептала она. — Какого хрена он держал дома свой товар? Почему вообще влез во все это дерьмо

— Раньше ты не сильно противилась, — буркнула я. — И даже помогала ему… Он платил хорошие деньги.

— Если бы я знала, что это так кончится…

— Никто не знал.

— Ник должен был. Он обязан был просчитывать риски и не вмешивать семью в темные дела.

— Невозможно все просчитать.

— Тогда нахрен вообще браться за такое?

Я почувствовала, как внутри всё сжалось. За целый день, что мы провели в нашем убежище, мне пришлось выслушать целый поток обвинений, который изливался из Даши в сторону ее брата. Я не спорила, понимая, что ей надо выговориться, выплеснуть негатив, чтобы справиться с чудовищным стрессом. Но мне было невыносимо слышать, как она обвиняет моего любимого во всех смертных грехах. Я сжала кулаки, стиснула зубы.

— Ник ни в чём не виноват! — мой голос сорвался. — Ты рассуждаешь о том, чего совсем не знаешь!

Даша вздрогнула.

— Ну, конечно, вы же такие скрытные, ничем не делитесь, откуда мне знать? — парировала подруга. — Может, тогда все-таки объяснишь, что произошло?

— Ник ни в чем не виноват. И точка.

— Это все? — Даша фыркнула. — Вы оба мутили там что-то за моей спиной, а мне теперь расхлебывать. Тебя-то там не было! Тебе