Сплошная непредсказуемость - Кендалл Райан

И вот так просто они находят общий язык.

Эмми рассказывает о своих книгах: о домашней еде, о готовке для тех, кого любишь, о том, как сделать здоровое питание приятным удовольствием, а не наказанием. Маргарет задает десяток вопросов, искренне заинтересованная. Мой босс слушает с удивленным выражением лица, время от времени встревая, чтобы пожаловаться на попытки жены ограничить потребление красного мяса.

— Эмми готовит такую курицу с лимоном, — слышу я собственный голос. — Это, эм… очень вкусно.

Все оборачиваются и смотрят на меня.

Эмми ухмыляется, встретившись со мной взглядом, а Дэниелс и Маргарет переглядываются — так переглядываются женатые пары, когда общаются без слов.

— Вы двое такие очаровательные, — заявляет Маргарет. — Как давно вы вместе?

— Несколько месяцев, — гладко отвечает Эмми. — На самом деле, сначала мы были соседями по квартире. Он дал объявление, я на него откликнулась, и… — Она пожимает плечами, прижимаясь ко мне. — Вот так все и закрутилось.

— Это лучшее решение, которое я когда-либо принимал, — говорю я, с удивлением осознавая, что это правда.

Рука Эмми крепче сжимает мою.

— Что ж, думаю, это нужно отпраздновать, — объявляет Маргарет. — Вы двое должны прийти на ужин в следующие выходные. Я приготовлю свое знаменитое тушеное мясо, а Эмми даст мне пару кулинарных советов.

— О, мы бы не хотели навязываться…

— Глупости. Я настаиваю.

Эмми бросает на меня взгляд, в ее глазах читается вопрос. Мы этого не планировали. Мы не предполагали, что фальшивые отношения выйдут за рамки сегодняшнего вечера, гала-вечера, и перерастут в настоящие социальные обязательства перед моим боссом и его женой.

Но Эмми уже улыбается, уже кивает и уже говорит: — Знаете, а почему бы вам не прийти к нам? Я приготовлю ужин. Я настаиваю.

Маргарет в восторге.

— Ричард, ты слышал? Домашний ужин от профессионального автора кулинарных книг.

— Слышал. — Дэниелс смотрит на меня с выражением, которое я не могу расшифровать. — Похоже, у нас появились планы.

Разговор продолжается — сравниваются расписания, предлагаются даты, обсуждаются предпочтения в вине, — но я застреваю на двух словах.

«К нам».

Она сказала «к нам» так, словно это самая естественная вещь в мире. Словно мы действительно строим что-то вместе, а не играем в притворство.

Остаток вечера сливается в одно размытое пятно. Еще больше светских бесед, еще больше закусок, еще больше руки Эмми в моей руке. Она уговаривает меня попробовать морские гребешки, завернутые в бекон, и какую-то штуку с тунцом на крекере. Я приношу ей бокал из бара — «Маргариту» по ее сложному рецепту, который я уже выучил наизусть, — и она смотрит на меня так, словно я только что вручил ей бриллианты.

— Ты запомнил, — говорит она.

— Я же говорил. У меня хорошая память.

— На заказы напитков?

— На все, что имеет значение.

Она замолкает, в выражении ее лица что-то меняется. Прежде чем я успеваю понять, что именно это значит, рядом со мной появляется Дэниелс.

— Дженсен. На пару слов?

Я иду за ним в более тихий угол бального зала, оставляя Эмми болтать с Маргарет о разнице между французскими и итальянскими кулинарными техниками.

Босс поворачивается ко мне лицом, засунув руки в карманы.

— Должен признать, я не думал, что ты на такое способен.

— Сэр?

— Девушка. Отношения. — Он медленно качает головой. — Я знаю тебя шесть лет, Дженсен. Ты всегда был закрытым. До крайности профессиональным. Я думал, ты умрешь в одиночестве в той самой квартире с тем самым котом, на которого вечно жалуешься.

— Мерфи технически не мой кот.

— Я к тому, что… — Дэниелс делает паузу, бросая взгляд через весь зал на Эмми, которая смеется над чем-то, сказанным Маргарет. — Она идет тебе на пользу. Я это вижу. Сегодня вечером ты другой. Более легкий.

Я не знаю, что на это ответить.

Я нахожу Эмми в толпе и наблюдаю, как она оживленно жестикулирует, пока Маргарет ловит каждое ее слово. Изумрудное платье искрится на свету. Ее улыбка — яркая, искренняя — озаряет все лицо. Она ни в чем не притворяется. Она просто такая и есть — теплая, открытая и невероятно очаровательная. Эмми вошла в зал, полный незнакомцев, и заставила их полюбить себя меньше чем за час.

Она вошла в мою жизнь и сделала то же самое.

Я направляюсь обратно к ней, когда чья-то рука хлопает меня по плечу.

— Так-так-так.

Это Фостер. Конечно.

Он в костюме, с бокалом в руке, ухмыляется так, словно Рождество наступило раньше времени. Его взгляд скользит мимо меня туда, где Эмми болтает с Маргарет.

— Черт возьми, чувак, — произносит он. — Платье просто… вау.

— Фостер.

— Это просто наблюдение. Объективное. — Он делает глоток из своего бокала, продолжая пялиться. — Знаешь, когда Эмми появилась в баре, я подумал: ладно, она милая. Но это? — Он неопределенно машет в ее сторону. — Это совершенно другой уровень.

Я слежу за его взглядом: изумрудный шелк, изгиб талии, то, как озаряется ее лицо, когда она смеется. Он прав. Сегодня она великолепна. Я понял это, как только она вышла из своей спальни и у меня отключился мозг.

И мне не нужно, чтобы Фостер на это указывал.

— Хватит пялиться на нее.

Его губы кривятся в ухмылке.

— Я восхищаюсь. Есть разница.

— Нет.

Он ухмыляется, явно наслаждаясь происходящим.

— Расслабься. Я не собираюсь уводить твою фальшивую девушку. — Пауза. — Если только ты сам этого не захочешь. Потому что если она для тебя слишком хороша…

— Это не так.

— …я с удовольствием избавлю тебя от нее. Знаешь, по-дружески. Окажу услугу.

Моя челюсть сжимается.

— Это не смешно.

— Вообще-то немного смешно. — Фостер снова хлопает меня по плечу. — Да ладно. Пойдем поздороваемся. Я хочу посмотреть, как ты пытаешься вести себя как нормальный парень в присутствии нашего босса.

Прежде чем я успеваю его остановить, он уже направляется к ней.

Эмми поднимает взгляд при нашем приближении, и ее улыбка становится шире, когда она видит меня. Затем она замечает Фостера и машет рукой.

— Эй! Парень с бара.

— Это я. — Фостер ухмыляется. — Хотя я бы предпочел, чтобы меня называли «умопомрачительно красивым напарником по работе», если уж на то пошло.

— Я подумаю. — Она уже смеется, расслабившись в его обществе так, как мне пришлось добиваться днями.

— Знаешь, — говорит Фостер, доставая телефон, — нам стоит обменяться номерами. На случай, если этому… — он указывает большим пальцем в мою сторону, — …когда-нибудь понадобится помощь. Или если тебе нужно будет на кого-то пожаловаться.

— Мне не понадобится помощь, — бормочу я.

Эмми фыркает, уже вбивая свой номер в телефон