Во власти обмана - Джей Эл Бек

Я выбрасываю руку и сильно хватаю её за подбородок, а затем притягиваю лицо к себе, её голова едва касается подола рубашек, под которыми она прячется.

— Я скажу, когда будет достаточно. До тех пор ты будешь слушать, что я говорю, и делать это без вопросов.

Её глаза сужаются, но она ничего не говорит и не отстраняется.

Я наклоняюсь вперед, пока наши губы почти не соприкасаются, и шепчу:

— Хорошая девочка. А теперь давай посмотрим, есть ли у тебя трекер, чтобы мы могли немного отдохнуть, пока нас не беспокоят.

Она торопливо вскакивает на ноги, стремясь осмотреть себя даже сильнее, чем я. Мы направляемся на кухню, и я хватаю сканер RFID из ящика, предназначенного для этих целей. Я сканирую её тело с головы до ног, и сканер издает сигнал на мягком изгибе её правой груди. (RFID-считыватель, или ридер — это устройство, которое использует радиоволны для бесконтактного считывания, записи или обновления данных на специальных RFID-метках / микрочипах. Он является ключевым элементом системы радиочастотной идентификации, позволяя быстро идентифицировать и отслеживать объекты или людей.)

— Черт, — выдыхает она.

Я опускаюсь на колени и задираю её огромную белую футболку, чтобы она могла придержать её руками. На нижней части её полной груди крошечный шрам. Она даже не заметила бы его, так как, вероятно, не видит под своим углом.

— Мне придется его вырезать.

Я осторожно обхватываю её мягкую плоть, сосредотачиваясь на задаче, несмотря на яростный стояк. Прямо под кожей есть крошечный комок. Вынимать его будет неприятно, но это не должно быть больно. Бывают места и похуже, где можно найти что-то подобное.

Я встаю, хватая аптечку и острый нож.

Она садится за стол, пока я раскладываю инструменты.

— Просто сделай это быстро.

Я опускаюсь на колени рядом со стулом, лицо почти на одном уровне с маленьким комком.

— Это будет больно. Ты не собираешься упасть в обморок?

Её раздраженного взгляда достаточно, чтобы подтолкнуть меня. Я быстро делаю неглубокий разрез и использую пинцет, чтобы извлечь крошечный трекер. Он крошечный, меньше, чем я когда-либо видел. Я обрабатываю порез, а затем смываю трекер в унитаз, пока она, надеюсь, надевает одежду, чтобы отгородить свою обнаженную кожу от меня. Еще секунда, и я, возможно, не смогу контролировать то, что произойдет.

Глава 15

СИЛЛА

Они вживили что-то в моё тело. Я даже не знала об этом. Как я могла не знать? Не чувствовать это под кожей, скрывающееся, как бомба замедленного действия, готовая меня погубить? Я натягиваю футболку, чтобы прикрыть заимствованные боксеры и обнаженную кожу. Слёзы льются по щекам, и я не могу их остановить. Будто они образуются во мне, вырываясь из неиссякаемого источника гнева, страха и предательства.

Что я сделала, чтобы заслужить такую жизнь? Я рыдаю, и эти звуки кажутся мне громкими и резкими. Тихий голосок внутри велит взять себя в руки, успокоиться, потому что я всё ещё в опасности. Но это не имеет значения. Я сейчас не в том состоянии, чтобы кого-то слушать. Я едва могу стоять прямо, мысли путаются, пока я опираюсь боком о столешницу.

Чья-то рука хватает меня за подбородок, и я, не думая, пытаюсь оттолкнуть её. Из-за слёз я ничего не вижу, только его тёмный силуэт. Рационально я понимаю, что это Иван, но одна мысль о том, что кто-то прикасается ко мне прямо сейчас, вызывает тошноту. Желудок сводит, грозя выпустить наружу лишь желчь.

Хватка на подбородке не ослабевает, и я, моргая сквозь пелену слёз, сверлю его взглядом.

— Отпусти меня.

Он опускается на колени одним плавным движением, хотя его тело наверняка избито куда сильнее моего, и он несколько дней был прикован к стене.

— Следи за тем, как со мной разговариваешь, Malyshka. Тебе не понравится, если я решу, что ты не стоишь того, чтобы оставлять тебя в живых.

Я напрягаюсь и продолжаю смотреть на него в упор.

— Значит, ты такой же, как и они? Считаешь меня не более чем лёгким развлечением? Средством для достижения цели? Чем-то, что нужно выбросить на помойку? — Я вытираю глаза и нос. — Приятно знать.

Его хватка становится настолько крепкой, что я пытаюсь вырваться. Но он не отпускает меня так просто. Его рука обвивает мою талию, и он одним рывком притягивает меня к себе, вставая на ноги. Я поднимаю руки, чтобы расцарапать его и заставить отпустить. Заставить увидеть во мне человека, пусть даже это будут последние мгновения моей жизни.

Я не осознаю, что мы движемся, пока не оказываемся в спальне, и падаем на кровать, где я оказываюсь под ним. Его вес вдавливает меня глубоко в матрас, накрывая каждый возможный дюйм своим тяжелым телом.

— Прекрати, блядь, бороться со мной, Присцилла. Я не из тех, кто легко сдается, и чем больше ты сопротивляешься, тем больнее я сделаю, заставляя тебя поработать со мной. Блядь, перестань.

Я не замираю, хотя какой-то давно спящий инстинкт самосохранения шепчет мне сдаться, обмякнуть, позволить ему делать то, что он хочет. Но я устала позволять всем вытирать об меня ноги, забирать всё больше и больше, пока от меня ничего не останется. Я толкаю его в грудь, пытаясь сбросить, но он кажется мне тяжелым, как тонна, и у меня нет ни единого шанса.

Когда я прекращаю попытки, он перехватывает мои запястья, обездвиживая их, всем своим весом давя мне на грудь и живот.

— Я, блять, не как они, Силла! — ревет он мне в лицо, и я, зажмурившись, отворачиваюсь, словно пытаясь защититься от удара.

Но он не бьет меня.

— Посмотри на меня. Сейчас же.

Я сглатываю, замирая с закрытыми глазами и лицом вверх. Когда я не отвечаю, он, кажется, давит на меня ещё сильнее, каким-то образом вытесняя воздух из моих легких.

— Блядь, посмотри на меня, — шипит он.

Он двигается, и его зубы вонзаются с боку моей шеи так сильно, что я всхлипываю. Это движение не призвано причинить боль. И не причиняет. Какая-то извращенная часть моего тела и разума воспринимает это совершенно иначе, посылая горячую волну тепла под мою кожу.

Он смягчается и отпускает меня, оставляя меня в холоде, дрожащую от адреналина и потери его тепла.

— Я сказал, что я, блять, не как они. Ты знаешь, что я не они. Так почему ты ведешь себя