Во власти обмана - Джей Эл Бек

ставлю машину на парковку и глушу мотор. Требуется секунда, чтобы осмотреть зеркала в поисках соседей на улице. Меня, возможно, и не заметят, но полуголую блондинку спрятать будет нелегко.

— Готова? — шепчу я, хватаясь за ручку двери.

Она берется за свою дверь, готовясь распахнуть её.

— Готова к чему?

Я открываю дверь и бегу к передней части дома. Она следует за мной, буквально по пятам. Уходит несколько секунд, чтобы найти спрятанный ключ и открыть дверь. Я с облегчением выдыхаю, как только мы оказываемся, заперты внутри.

Она делает несколько коротких шагов вперед, осматривая дом. Он был тщательно подготовлен и отремонтирован. Мы держим все наши конспиративные квартиры укомплектованными и готовыми к использованию. Кай даже нанял экономку, чтобы та убирала неиспользованные продукты каждую неделю и отдавала их в местный приют, прежде чем они испортятся. Мне на это плевать, но для него это важно, так что никто не возражает.

Я наблюдаю, как она исследует маленькую гостиную.

— Где мы?

Стоит огромных усилий оторвать взгляд от изгиба её спины, плавно переходящего в невероятно сексуальные, пышные полушария её задницы.

— Это конспиративная квартира. Не волнуйся. Я не позволю им снова схватить тебя или меня.

Она поворачивается ко мне лицом, расправив плечи, подняв подбородок.

— Мне нужно, чтобы ты убедился, что внутри меня нет никакого трекера. Делай всё, что нужно, но если есть что-то, что они могут использовать, чтобы найти меня, я хочу, чтобы это извлекли. Прямо сейчас.

Я направляюсь на кухню, по большей части, чтобы увеличить расстояние, и достаю из ящика «одноразовый» телефон.

— Через минуту. Прямо сейчас мне нужно отчитаться и избавиться от машины. — Я указываю на неё пальцем, сжимая телефон в руке. — Оставайся здесь. Не заставляй меня гоняться за тобой сегодня. Тебе не понравится, что произойдет.

Её глаза расширяются, но она кивает и обхватывает себя руками за талию.

— Я пойду посмотрю, найду ли что-нибудь из одежды.

Я борюсь с желанием еще раз взглянуть на её обнаженную кожу и выхожу из дома, запирая дверь за собой.

Улица всё еще пуста, когда я сажусь в машину и направляюсь к озеру. Смеркается, и, к счастью, в прилегающем парке никого нет. Я паркуюсь на берегу и собираюсь с духом, чтобы въехать на машине в воду, понадобится минута, чтобы выбраться из неё, и всегда есть шанс, что я не успею.

Я открываю дверь, бросаю телефон на берегу, а затем захлопываю её. Хватает минуты, чтобы въехать в воду, и еще одной, чтобы выскользнуть из окна, рама царапает и покрывает синяками мои руки и плечи, пока я выбираюсь.

Когда я возвращаюсь на берег, я подхватываю телефон и ухожу. Если кто-то увидит тонущую машину, я не хочу, чтобы они увидели меня рядом с ней.

Путь назад к дому труднее, чем наш побег. Мои мышцы кричат, и кажется, что вся кровь отлила к члену. Рационально я понимаю, что это наркотики и дни заточения, но это только подпитывает мою ярость, раздувая её сильнее по мере того, как я приближаюсь к дому.

Идя по улице и стараясь выглядеть неприметно в одежде, испачканной кровью, я открываю телефон и отправляю закодированное сообщение Каю. Нет сомнений, что они все ищут меня. Теперь он знает, что я жив, в какой конспиративной квартире мы скрываемся и когда я снова выйду с ним на связь. Мне нужно убедиться, что никто не идет по нашим следам, прежде чем мы отправимся в пентхаус. Эпицентр Доубек не секрет, но я не принесу угрозу к нашим дверям. Не тогда, когда могу разобраться с этим сам.

Я скручиваю телефон в руках и бросаю обломки в густую траву, приближаясь к последнему повороту на тихую улицу. Требуется минута, чтобы дойти до двери и проверить соседние дома на предмет зевак, прежде чем войти. К счастью, на улице никого не видно.

Я проскальзываю внутрь и запираю ручку, засов и цепочку, которую обычно оставляют незапертой. Это не удержит решительного злоумышленника, но даст мне достаточно времени, чтобы схватить пистолет и разобраться с ситуацией, прежде чем кто-то доберется до нас.

Поворачиваясь к гостиной, я замираю. Она пуста. Всё чисто и аккуратно, как и в тот момент, когда мы приехали. Самое главное, её здесь нет, и, хотя я не уточнял, куда ей можно пойти, я полагал, что она останется на месте.

Ярость, которую я медленно раздувал по пути, вспыхивает, как лесной пожар, и я направляюсь в спальню в задней части дома. Она тоже пуста. Как и ванная, кухня и маленькая кладовая, занимающая вторую спальню.

— Присцилла! Тебе лучше, блядь, быть здесь, иначе у нас будут, сука, проблемы!

Ответа нет, и я начинаю распахивать шкафы, переворачивать края постельного белья, а затем мне приходится потратить секунду, чтобы унять ярость, прежде чем я разнесу всё в клочья, даже не успев принять нормальный душ.

Я возвращаюсь на кухню, открываю ноутбук на стойке, где выводятся камеры внутри и снаружи дома, и перематываю запись. Я замечаю Силлу, когда она направляется в спальню, но она так и не выходит обратно. Она же не могла вылезти в окно, верно? Зачем ей это, если она могла просто выйти через парадную дверь?

Захлопнув ноутбук, я возвращаюсь в спальню и осматриваю пространство. Оно всё еще выглядит так же, за исключением того, что шторы плотно задернуты, сохраняя в комнате темноту. Я включаю прикроватную лампу и замечаю брошенное нижнее белье, которое было на ней, возле комода.

Мне требуется минута, чтобы отследить пятна от её следов на ковре, ведущие в шкаф. Я распахиваю дверь и вижу её, сжимающуюся в дальнем углу, ноги подтянуты к груди, руки обхватывают их.

— Я знаю, что не уточнил, куда тебе можно идти, но не думал, что мне придется искать тебя по всем углам.

Она дрожит в своем убежище.

— Я же сказала тебе, что собираюсь найти какую-нибудь одежду.

Я сужаю глаза и нависаю над ней. По крайней мере, она больше не съеживается от меня. Если что, она боится своего отца и его охранников. Я приседаю перед ней, моя одолженная форма впивается в ноги.

— Следи за своим сраным тоном. Мне не нравится, когда со мной так разговаривают после того, как я, блядь, спас твою жизнь. Даже если ты этого не заслуживала.

Она моргает, глаза расширены.

— Значит, мы вернулись к этому? Ты тоже собираешься меня наказывать? Ты