Фамильяр — изгой - Джеффи Кеннеди

Если он и вправду был всего лишь грудой исковерканной плоти у подножия скалы, смогут ли его фрагменты собраться воедино? Возможно, он просто останется в сознании в таком раздробленном состоянии. Если только его не съедят дикие животные. Неужели он окончательно умрет, если его раздерут на мелкие кусочки и переварят?

Как бы то ни было, казалось, что он очнулся в месте вечных мучений, независимо от реальности. Именно этого он и заслуживал, и, похоже, он сделал это сам. Он желал смерти, и на этот раз она могла наступить. Только вот на это уходило мучительно много времени.

Это очень, очень плохой знак.

Глава 7

Селли опускалась как в замедленном действии, сохранив достаточно сообразительности и хитрости, чтобы держать закрытыми глаза и рот. На болотах было полно таких воронок, и эта была не первая. Хотя ей следовало бы помнить об этом.

Вейл издалека тревожно заржал, и она поняла, что конь не упал вместе с ней в трясину. И это хорошо, поскольку она не знала, смогла бы вытащить Вейла оттуда.

Глупо было продолжать путь так поздно, шагать в темноте по незнакомой земле.

— О чем ты думала, сумасшедшая? — язвительно спросил призрачный голос Джадрена. — О, подожди… Дай угадаю… Ты не думала.

— Заткнись, я справлюсь. — Она не могла потерпеть неудачу. Раньше, когда она бродила по болотам не в своем уме, ей было все равно, что с ней случится, и эта беспечность, казалось, защищала ее. Теперь же ей было не все равно. Волновало так яростно, что пронзало сердце, словно нож, точно так же, как меч Габриэля пронзил Джадрена. Джадрен. Он нуждался в ней, и она должна была добраться до него.

Ее ноги коснулись дна, и камень, на который она рассчитывала, попался ей под ноги. Хитрость была в том, чтобы не среагировать слишком быстро. И не поддаться желанию перевести дух.

Позволяя своему весу осесть, а телу — сжаться, она думала о своих мышцах, о текстуре грязи, о том, что Вейл зовет ее, — о чем угодно, только не о воздухе и его отсутствии. Она не смела надеяться, что у нее хватит сил на второе медленное погружение, на еще один отчаянный рывок вверх.

У нее будет один шанс на это.

Согнув колени, напрягая икры, бедра, всю нижнюю часть тела, она ждала еще один мучительный удар, а затем оттолкнулась.

Подниматься вверх было быстрее, чем спускаться вниз — такое бывает только в карстовых воронках на болотах. Грязь опускалась, вода поднималась. Ее запрокинутое лицо вынырнуло на поверхность раньше, чем ожидалось, и она сделала большой вдох, стараясь не задохнуться от комков грязи и растений, которые появились вместе с благодатным воздухом.

Не теряя времени, она поплыла вбок. Неважно, в какую сторону, — воронки никогда не были такими большими — и все, что ей было нужно — это одна маленькая точка опоры на твердую землю. Без этого она снова могла уйти под воду.

Ее дрожащая рука упала вместе с самообладанием.

— Уже сдаешься? — спросил Джадрен, качая головой. Гениальная метафора.

— Метафора работает, — яростно подумала она, глядя на него. Вот увидишь, ты, слабонервная Селли!

В ее воображении он рассмеялся. От души. Совсем не мертвый и не раненый.

— Нервничаешь, Селли? — изумленно повторил он. Ты все-таки близка к двенадцати годам?

Не обращая на него внимания, она заставила себя двигаться медленно. Плыть, а не барахтаться. Она потянулась, пытаясь разглядеть что-нибудь в темноте.

— Не туда, — нетерпеливо сказал Джадрен. Туда. На расстоянии вытянутой руки справа от тебя. В следующий раз, Селли, подумай о том, чтобы использовать свою магию.

Не смея надеяться и верить в то, что все это реально, она решила, что следовать советам будет практично. Ведь лучшего плана у нее не было. Осторожно, стараясь сохранить хрупкую плавучесть, она переместилась на расстояние вытянутой руки вправо.

И положила руку не только на твердую землю, но и на грязное копыто и конские волосы над ним. Вейл опустил голову и понюхал ее волосы. Всхлипывая от благодарности и облегчения, Селли вытащила вторую руку из грязи и обхватила обеими руками ногу Вейла. Обучение мерина оказалось верным — еще одна причина поблагодарить Габриэля — и Вейл начал медленно отступать, не стряхивая ее с себя, а увлекая за собой.

Селли рухнула на мокрую, но вполне твердую землю, и перевела дыхание. Ей нужно было встать, привести в порядок себя и коня, согреть их обоих, но не было смысла снова нарываться на неприятности. Она ждала сардонического согласия Джадрена, но ничего не услышала. Казалось, он снова оставил ее. Если он вообще был чем-то большим, чем плодом ее воображения.

Вейл хмыкнул, ткнув ее мордой в плечо. Да, ей нужно встать и разобраться с этим, и она должна быть в состоянии это сделать. Она благополучно пробиралась по болотам, когда была не в себе; она сможет сделать это, не теряя самообладания. Не исключено, что придется сочетать и то, и другое.

— В следующий раз, Селли, подумай о том, чтобы использовать свою магию. — Она не была уверена, слышала ли она это тогда или сейчас, но это был хороший совет, тем более что она знала о своей магии гораздо больше, чем когда-либо прежде. Конечно, все было бы лучше, чем «вообще ничего», но все же…

Поднявшись на ноги, она прислонилась к массивной фигуре Вейла и вытерла грязь с глаз. Ник говорила, что Селли почти наверняка черпает свою магию из воды и лунного света: по теории, фамильяры черпают свою внутреннюю магию из окружающего их мира и могут питаться магией так, как не могут волшебники.

В отличие от них, волшебники в некоторой степени генерировали собственную магию, но не так, как это делали фамильяры, особенно такие сильные, как Селли, пояснила Ник.

Когда Селли спросила, не является ли загадочная штука в мозгу, из-за которой они не могут пользоваться магией, быть не столько дисфункцией, сколько талантом в другом направлении — генерировать магию, а не выплескивать ее, — Ник на мгновение растерялась. Затем она объявила Селли такой же пессимисткой, как и ее брат, и продолжила лекцию.

Помня уроки Ник о пассивных полях магии и доверяя своим инстинктам, отточенным за годы самостоятельного выживания, Селли на ощупь пробиралась сквозь тени. Позволив своей магии воздействовать на окружающую воду, она мысленно