Игла. Сказ о сердце Кощеевом - Елена Анатольевна Кондрацкая

рода магические безделушки помогают колдовать, и дом набит ими под завязку. А с собой, как ты можешь догадаться, много не утащишь. – Он продемонстрировал руку с перстнями, и Игла впервые рассмотрела их внимательно. – Знаешь, что это? – Он указал на крупные розово-фиолетовые и красные камни.

– Багрец! – воскликнула она. И как прежде не заметила? Багрец накапливал и сохранял магию. Очень дорогой и крайне редкий камень. Похожие камешки нашлись и в массивных серьгах Дара, браслетах и даже в фибулах, которыми были скреплены края его меховой накидки. – Как много!

– Но магии в них помещаются крохи, так что это на крайний случай.

– Так значит, ты не только читать, но и колдовать не можешь, – разочарованно протянула Игла и вызывающе прищурилась. – Какая же от тебя польза?

– Мой острый ум. И волшебная красота. Разве ты о них забыла? – улыбнулся Дар, а Игла прыснула и закатила глаза.

– Ну да, конечно. Как я могла позабыть, что мы обречены.

Дар с самым оскорблённым видом приложил руку к груди и склонил голову набок.

– Позволь-ка, разве не я расшифровал написанное и указал нам путь к Инежским горам?

– Мы ещё не знаем, прав ли ты.

– Разумеется, прав. – Золотые серьги надменно звякнули.

Игла прищурилась.

– Знаешь, ты мне нравишься больше, когда просишь прощения.

– Да? А я думал, тебе нравятся неотёсанные грубияны с чувством такта, как у пьяного медведя.

– А кто сказал, что мне есть дело до того, какой ты мужчина?

– А разве не ты раздевала меня на полу гостевой избы?

– Ты был весь в крови!

– А тебе такое нравится? Я, конечно, догадывался, что ты со странностями, но…

Огненная вспышка пронеслась над головой Дара и вгрызлась в обивку кареты.

– Совсем сдурела?! – в ужасе воскликнул Дар, сбивая пламя. Но Игла напрыгнула на него дикой кошкой, руки её пылали и только каким-то чудом не выжигали ему лицо.

– Извинись! – крикнула она, хватая его за ворот накидки. Завоняло тлеющим мехом, во все стороны повалил густой чёрный дым.

– За что?! – Он попытался её оттолкнуть, но Игла вцепилась в него мёртвой хваткой. Похоже, изначально не самая удачная шутка зашла слишком далеко. – Слезь с меня!

– Извинись! – взревела она, и её рыжие волосы взметнулись подобно языкам пламени, отражение которого буйствовало в их с Даром глазах. Гнев застилал Игле взор, и она с трудом сдерживалась, чтобы к чертям не сжечь всё вокруг. – Извинись!!!

– Хорошо-хорошо! Извини! Боги! Ты ненормальная!

Ненормальная. Странная. Малахольная. Сколько раз она это слышала, но никогда эти слова не причиняли ей столько боли, как те, что были сказаны Даром. Нравится? Как такое может нравиться! Она показала ему свою слабость, она испугалась за него, она думала, что он умирал, а он… Как он может так легко смеяться над этим! Прикрывает свою никчёмность, насмехаясь над слабостями других. Вот и всё, что он может! Игла дёрнула Дара на себя, сходя с ума от злости. Кольцо на груди раскалилось добела, боль пронзала грудь.

– Ты – жалкий, никчёмный кусок чубасьего дерьма, – с ненавистью, которой сама не могла найти объяснения, прошипела она. – Всё, на что ты способен, прикрывать своё уродство блестящими цацками и глупыми колкостями. Ты никто, пустое место, настолько никому не нужный, что даже старый Кощей выбрал запереть тебя в ящике, чем оставить при себе!

Лицо Дара вытянулось, глаза поблекли, Игла поняла, что попала точно в цель, но не испытала удовлетворения, наоборот, разозлилась ещё сильнее. Зарычала, оттолкнула его от себя, ни мига больше не желая смотреть на это смазливое лицо, и почти вывалилась из кареты, даже не заметив, что та остановилась. Ноги по колено утонули в снегу, и Игла побежала, куда глаза глядят. От кожи шёл пар, ладони продолжали пылать, а с ними – горело и всё тело. Игла упала на колени и опустила руки в снег. Пламя протестующе зашипело, не желая сходить, но всё же потухло. Игла, тяжело дыша, расстегнула душегрею и сорвала с шеи кольцо. Кожу пекло, Игла с ужасом увидела круглый, вспухающий на груди ожог. Кольцо продолжало жечься, металл дрожал, и Игла испугалась, что оно расплавится.

– Что с тобой? – прошептала она. Кольцо раскалило цепочку, Игла вскрикнула и уронила то в снег. – Нет!

Она принялась разгребать его, влажный, липкий. Рукава тут же промокли, гнев схлынул вместе с пламенем, и Игла тут же продрогла. Она и не заметила, какой вокруг стоял морозный ветер. Неужели они высоко в горах? Да где же колечко! Волосы застилали обзор, и Игла то и дело раздражённо отбрасывала их за спину. За холодом пришёл такой же пронизывающий страх – а вдруг она его не найдёт?! Где же! Где! Пальцы нащупали влажную почву и холодный металл – колечко расплавило снег до самой земли. Игла с облегчением выдохнула, сгорбилась, а потом и вовсе согнулась пополам, прижимая драгоценную находку к груди.

Что-то упало совсем рядом. Игла вздрогнула и распрямилась. В снегу лежали её сапоги. Рядом стоял Дар. Лицо его выражало абсолютное ничего, золотые глаза ровно горели на фоне ночного неба.

– Обувайся, дикая, – сказал он и кивнул на чёрную гряду впереди, посреди которой острой пикой мрачнела высокая гора. – Мы приехали.

Глава 12

С перевала они спустились к Белому озеру – оно занимало почти всю долину и никогда не покрывалось льдом. Озеро искрилось и переливалось в свете звёзд, и Кощей чувствовал, как пульсирует багрец, насыщаясь его магией. Он протянул руку к воде, чтобы впитать сил из Источника. Они теплом легли в ладонь, жаром пробежали по венам, но не задержались и сошли с тела, словно пар. Кощей разочарованно вздохнул и покосился на Иглу. Если она и почувствовала безграничную силу этого места, то не подала виду. Она молча шагала рядом, глядя себе под ноги, полностью погружённая в свои мысли. Неужели её так сильно обидели его слова? Это было на неё не похоже. Прежде она никогда не воспринимала его глупые колкости всерьёз. Что же изменилось? Может… Кощей одёрнул себя. Да какое ему до неё дело. Почему он вообще об этом думает? Читать для него книги она сможет и будучи не в духе. Или, может, всё же стоит вести себя с ней повежливее, чтобы не сбежала? Вдруг поиски Кощея нужны ей не столь сильно, как ему кажется? Если она будет улыбаться, ему будет спокойнее. Только и всего. Да, пожалуй, при случае стоит сделать ей что-нибудь приятное…

– Думаешь, нам сюда? – вдруг нарушила молчание Игла. Она уже довольно долго рассматривала гору, к которой они направлялись, совершенно не замечая пристального взгляда Кощея.

– Чёрная гора