Цвет греха. Белый - Александра Салиева

На контрасте с жаром вокруг, он чувствуется очень холодным, наверное, потому я и вздрагиваю, едва моя частично обнажённая спина его касается.

— Да что ты? — не сдаюсь и тогда. — А ты не перегибаешь? На ровном месте придумываешь!

— Придумываю? — отзывается блондин. — Не-ет… мне и придумывать не обязательно, у него на физиономии и без моих фантазий всё прекрасно написано!

Хочется побиться головой об всё ту же стену. А ещё лучше побить об эту стену череп того, кто очевидно, начинает сходить с ума. Но вместо этого я тоже заражаюсь его яростью, начинаю слетать с катушек:

— И что, по-твоему, у него там такого написано на его физиономии? Что, по-твоему, если бы ты не появился, он бы сделал со мной? — бросаю с вызовом.

Вызов на то и вызов, его невозможно игнорировать. По крайней мере, не тогда, когда из разумного в нас ни черта не остаётся. Принят. В считанные доли секунды.

— Хочешь знать? — отпускает мои плечи Айзек, но лишь для того, чтобы перехватить за горло, склонившись ближе ко мне. — Я покажу…

Воздуха резко становится меньше. И вовсе не потому, что моё горло находится в чужом плену. Захват совсем не причиняет дискомфорта. Шероховатые пальцы скользят по моей шее и удерживают предельно аккуратно, ровно так, чтоб я не смела отвернуться, была вынуждена снова и снова смотреть в его глаза. В них бушует настоящая буря. Не уверена даже больше в том, действительно ли ярость и злость тому виной, ведь помимо них существует и другое.

Обещание…

То самое, что озвучивает Айзек. Не только вижу. Чувствую. Не могу не почувствовать и проигнорировать. Слишком явно упирается во внутреннюю сторону моего бедра бугор в мужских штанах.

Когда и как наша поза становится столь интимной?

Не важно. Я слишком сосредоточена на том, чтоб вспомнить, как надо дышать. Весь кислород из лёгких вышибает. Вместе с ощущением горячего и твёрдого как камень тела, к которому меня неумолимо прижимает одним уверенным и властным жестом, пока лично я всё ещё не в силах перестать смотреть в небесные глаза, до судорог в пальцах цепляясь за широкие мужские плечи.

Что же он творит?

Мы посреди улицы…

И пусть рядом нет никого.

Пока нет.

А если станет?

Кажется, лишь одну меня нечто подобное волнует. Уж точно не того, кто впивается в мои губы с такой силой, словно этот одержимый поцелуй — как та самая непреложная истина, которую никто и никогда не сможет оспорить или осудить. Я и не пытаюсь. У меня нет такой возможности. В голове буквально меркнет вместе с первым прикосновением между моих ног. Подол платья задран выше. Белья на моих бёдрах больше нет. Зато становится чертовски влажно. Возможно, слишком быстро. Возможно, слишком пошло и развратно — всё то, что происходит.

Но…

В пекло все приличия.

Резкий разворот…

Пауза — совсем короткая.

Она заканчивается вместе с первым срывающимся против воли полустоном с моих губ. И даже его присваивает Айзек. Новый поцелуй на этот раз совсем неторопливый. Отныне наш воздух — один на двоих. По жестокому медлительно, безумно-сладко и порочно. Всё. Я безнадёжна и обречена. Хотя тот, чьё обручальное кольцо на моём безымянном пальце, совсем так не считает.

— Ты восхитительная, знаешь?

Мне не нужно отвечать. Хриплый шёпот в мои губы не намерен ждать ответ. Как и сам его обладатель не собирается оставить мне ни шанса на то, чтобы сообразить возможные слова. Мои глаза расширяются в некотором шоке, когда мужские пальцы скользят между моих бёдер к ягодицам и глубже между ними, неспешно давят, проникают, а затем растягивают совершенно непривычно для меня. Поразительно, насколько легко и просто. С ума сойти, насколько умопомрачительно и хорошо. Я может я просто-напросто слишком возбуждена, чтобы не поддаться или испугаться. Быть может, я была создана для того, чтобы всё это принять. От него. Никогда и не с кем прежде я бы и не подумала что-то такое сотворить и уж тем более, так отчаянно тем наслаждаться, сбивчиво отсчитывая каждый последующий рваный выдох-вдох. Не свой. Его. Вместе с гулким частым бешеным ударом сердца.

Сколько их я успеваю насчитать?

Не так уж много.

Проходят считанные секунды, а меня захлёстывает нахлынувший оргазм. Так остро, что почти смертельно.

Разрушило…

В ошмётки.

Разнесло.

И собрало заново.

Так вообще бывает?

Прежде со мной точно ничего подобного не случалось.

Но с ним…

С ним всё по-другому. Иначе быть не может.

А ещё…

— Мне кажется, он в любом случае не зашёл бы так далеко, — едва ли слышу саму себя, когда запоздало вспоминаю то, с чего всё началось.

Ритм сердцебиения до сих пор стучит в моей груди слишком громко, перебивая весь остальной шум мира. Ноги едва держат. Хорошо, что основная моя опора совсем не в них, а в том, кто и тогда продолжает удерживать около себя. Я пользуюсь тем без малейшего зазрения совести.

— Определённо, — соглашается со мной Айзек.

Он дышит до сих пор рвано и тяжело. Уткнувшись носом мне в макушку. Практически не шевелится. Подозреваю, чтобы окончательно не сорваться. Стояк в его штанах по-прежнему твёрд как камень. А я… а что я?

Кажется, я уже вообще ни за что не отвечаю…

Глава 11

Нина

День наконец-то заканчивается. За пределами виллы Янг сгущаются сумерки. После развратного надругательства над моими нижними девяносто проходит приличное количество времени, а моя задница кажется до сих пор не в порядке. Проблема даже не в боли. Наоборот. Если бы это была она, я бы так не страдала. Купленные мне вещи давно разложены. В моих новеньких наушниках, купленных вместе с телефоном, который час звучит урок сицилийского, и я честно пытаюсь его воспринять, но из моей головы никак не уходят мешающие образы всего того, что сделал Айзек, и, кажется, мне понравилось настолько, что хочется повтора.

Докатилась…

Так и становятся шлюхами и нимфоманками?

Надеюсь, что нет. Иначе со мной всё потеряно. Мне уже ничем не помочь. И это с учётом, что сам уже-почти-смирилась-ведь-всё-таки-супруг-раз-уж-дерьмо-в-жизни-случается выходит на пробежку около часа назад и до сих пор не возвращается, так что у меня имеются все шансы вернуться на путь истинный. Вот только вместо этого я безучастно брожу по спальне, снова и снова обследуя смежные комнаты, в поисках… и сама не знаю, чего именно. В одном из ящиков находятся