Целительница для дракона. Доказать невиновность - Злата Уютная

никуда не делся, он сидел где-то глубоко внутри холодной змеей, но на смену ему приходило звенящее упрямство. Я не собиралась так просто сдаваться на милость этим инквизиторам! Я была намерена доказать им, что я не воровка, не шарлатанка и уж точно не заслуживаю отправляться на рудники!

Но время шло, а ничего не менялось. Я уже начала свыкаться с мыслью, что нам предстоит провести здесь ночь, а может, и не одну, как вдруг в коридоре послышались шаги.

Тяжелые, уверенные шаги.

За решеткой появился Архилекарь Морган. Вид у него был все такой же мрачный и непреклонный. Увидев его, я почувствовала новый прилив упрямого возмущения, смешанного с отчаянной надеждой.

Может, он одумался? Может, пришел извиниться и отпустить нас?

Я тут же кинулась к решетке.

— Господин Архилекарь! Наконец-то! Выпустите нас! Это же какое-то недоразумение! Все эти обвинения — полная чушь и глупость! Особенно то, что касается кражи зелий из аптеки этого, как его… Мольца! И уж тем более кражи рецепта!

И тут меня осенило! Я вспомнила слова Лиры!

О том, что Эликсир Серебряного Корня и другие сильнодействующие препараты просто так в аптеках не продаются, их поставляют только в лечебницы! Эта мысль вспыхнула в голове, как спасительный маяк!

— Да вы сами подумайте, господин Архилекарь! — воскликнула я, цепляясь за эту идею. — Как мы могли украсть или скопировать рецепт лекарства, которое даже не продается обычным посетителям? Его же поставляют только в лечебницы, по специальным контрактам! Мы бы просто физически не смогли получить к нему доступ, даже если бы очень захотели! Это же очевидно!

Морган слушал меня, и на его лице отразилось что-то похожее на… болезненную гримасу? Он поморщился, потер переносицу. А потом неожиданно произнес то, от чего я впала в ступор.

— Ты умная девушка, Зоряна, — сказал он тихо, и в его голосе не было привычной стали, скорее какая-то усталость. — И я допускаю, что ты действительно неплохо разбираешься в лекарствах. Возможно, даже лучше некоторых наших так называемых «магистров».

Я ошарашенно смотрела на него. Похвала? От Моргана? Да еще и такая? Срочно ущипните меня кто-нибудь!

Я не знала, что и думать. Может, он все-таки решил разобраться в ситуации?

— И не надо держать меня за идиота, — продолжил он, и в его голосе снова появились жесткие нотки. — Я и так понимаю, что с показаниями этого Мольца, скорее всего, не все так просто. По крайней мере, наши инквизиторы будут проверять их отдельно и очень тщательно. Но, — он сделал паузу, и его взгляд снова стал холодным и тяжелым, — слишком уж часто ты, Зоряна, в последнее время оказываешься в эпицентре подобных обвинений и скандалов. Не говоря уже о том, что мой главный запрет ты все-таки нарушила. А значит, это заключение ты более чем заслужила.

— Но это же не повод сажать нас в тюрьму! — возмутилась я. — Я всего лишь осмотрела пациентку! Пациентку, от которой отказались все ваши лекари! Ее же даже ни в одну лечебницу брать не хотели, хотя дело очень серьезное! Как я должна была поступить? Пройти мимо?

— Ты должна была выполнять мои приказы! — отрезал Морган. — В королевстве существуют правила и законы, Зоряна! И они едины для всех! Я не просто так ввел эти ограничения на лечебную практику! И делать ради тебя исключения я не намерен! Пока идет следствие по обвинениям, выдвинутым Мольцем, и по делу об отравлении Арнольфа, вы останетесь здесь. А если все подтвердится… — он сделал паузу, и его взгляд снова стал ледяным, — …то ваше положение еще больше ухудшится. И я вам не завидую.

Я смотрела на него, и во мне снова смешивались гнев, отчаяние и какое-то странное, почти болезненное недоумение. Он признает, что я разбираюсь в лекарствах, но при этом держит меня в тюрьме из-за нарушения какого-то дурацкого правила! Где логика?!

Я не знала, что еще сказать, что делать. Казалось, все аргументы исчерпаны.

В камере повисла тяжелая пауза. Казалось, разговор окончен, и сейчас Морган просто развернется и уйдет, оставив нас гнить в этой сырой камере. Но в этот момент в коридоре послышался какой-то шум, торопливые шаги, и в камеру буквально влетел запыхавшийся Асмодей Браун, тот самый лекарь, который помог с испытанием наших опытных образцов.

— Господин Архилекарь! — выдохнул он, едва переводя дух. — Прошу вас! Вы должны немедленно освободить госпожу Зоряну и ее помощника!

Глава 24

Я ошарашенно смотрела то на Асмодея Брауна, то на Моргана. Вот это поворот! Уж кого-кого, а этого лекаря я здесь увидеть точно не ожидала, тем более в роли нашего защитника! В груди шевельнулась слабая, почти неправдоподобная надежда на то, что дело удастся решить в нашу пользу, но я тут же постаралась ее подавить. Рано радоваться.

Морган тоже выглядел удивленным. Он смерил Асмодея холодным взглядом.

— Это с какой такой радости, Браун? — процедил он. — Неужели вы так быстро забыли о всех прегрешениях этой парочки?

Асмодей Браун шагнул вперед, и в его голосе, несмотря на явное волнение, звучала твердость.

— Господин Архилекарь, если речь идет о тех лекарствах, которые они предоставили для моей лечебницы… то я готов поклясться на чем угодно, эти снадобья во много раз эффективнее всего, чем мы пользовались до сих пор! Мои пациенты идут на поправку буквально на глазах! И мне, как лекарю, трудно поверить во все эти россказни о том, что госпожа Зоряна и господин Тода якобы у кого-то украли рецепт!

Я слушала его, и у меня на глаза навернулись слезы благодарности. Вот это человек! Не побоялся вступиться за нас перед самим Архилекарем!

— И даже если это действительно так… — продолжал Асмодей, и в его голосе появились стальные нотки, — …если вдруг они действительно украли этот рецепт, тогда нужно спросить у того, у кого они его украли, какого демона он до сих пор не выпускает по нему лекарства такого высокого качества?! Почему он травит людей неэффективными подделками, когда существует такое действенное средство?!

Морган нахмурился еще больше.

— Браун, сейчас речь не о том, какие лекарства приготовили эти двое, — оборвал он его, — а о том, что они в очередной раз нарушили мои прямые запреты! Чтобы ты понимал, речь идет о третьем запрете лекарского кодекса. И за это они должны понести наказание!

Асмодей