Платиновый Достал! - Мира Грозова

не появлялось, кофе в кафе он покупал реже, а когда она предложила заплатить за него — не отказался.

— Демид.

— Что?

— Ты мне не договариваешь.

Он помолчал.

— Отец лишил меня доступа к счетам.

— Когда?

— После того видео. В тот же день.

— И ты молчал?

— Не хотел, чтобы ты знала.

— А надо было.

— Зачем?

— Чтобы я понимала, чем ты жертвуешь.

— Я не жертвую. Я выбираю.

Она смотрела на него.

— Ты невозможный.

— Знаю.

— Идём. Кофе за мой счёт.

— Я не…

— Не спорь. Я тебя угощаю.

Он улыбнулся.

--

В пятницу Ари вызвали к декану.

— Мисс Громова, — сказал он, не глядя на неё. — К нам поступил запрос из министерства о пересмотре вашего гранта. Оснований пока нет, но… бывают разные обстоятельства.

— Это из-за моего отчисления?

— Я ничего не говорю. Просто предупреждаю.

Ари сжала кулаки.

— Спасибо. Я поняла.

Она вышла. Демид ждал в коридоре.

— Что он сказал?

— Отец добрался до декана.

— Я разберусь.

— Не надо. Я сама.

— Ари…

— Я сказала — сама.

Она ушла.

Демид смотрел ей вслед, потом достал телефон и набрал отца.

— Сын, — голос Владислава был ледяным. — Ты передумал?

— Нет.

— Тогда зачем звонишь?

— Чтобы напомнить: я учусь. Закрыл сессию без троек. И закончу академию, как мы договаривались.

— Ты думаешь, что диплом что-то решит?

— Я думаю, что слово надо держать.

Владислав усмехнулся.

— Держи. Посмотрим, как у тебя получится без денег.

— Получится. У меня есть она.

— Она тебя погубит.

— Она меня спасла. Ты — губил.

— Сын…

— Всё, пап. Я не за этим звонил.

— А зачем?

— Чтобы ты знал: я не сломался. И не сломаюсь.

Он сбросил вызов.

--

Вечером они поднялись на крышу. Город внизу мерцал огнями. Ари смотрела на звёзды, потом полезла в карман куртки и достала золотую звезду. Долго держала в руке, смотрела на неё.

— Не хочешь надеть? — спросил Демид.

— Не знаю.

— Я бы на твоём месте надел.

— Ты не на моём месте.

— Знаю.

Она сжала звезду в кулаке, потом убрала обратно.

— Не сейчас.

— Я подожду.

Она повернулась к нему.

— Я боюсь.

— Чего?

— Что ты передумаешь.

— Не передумаю.

— Докажи.

— Как?

— Обещай, что не пропадёшь.

— Обещаю.

Она сжала его пальцы. Крепко.

— На сегодня — достаточно.

— Хорошо.

Они стояли молча. Ветер трепал волосы. Внизу горела Астрея — чужая, холодная, но теперь не такая одинокая.

Глава 23. Своя игра

Тишина после звонка отцу затянулась, но не давила — скорее, как пауза перед новым аккордом.

Демид учился. По-настоящему. Сидел на лекциях, спорил с профессорами, рылся в библиотечных архивах. Ари иногда ловила себя на том, что смотрит на него и не узнаёт. Платиновые волосы отросли, укладка ушла — теперь они просто падали на лоб, и он не поправлял. Исчез щегольский небрежный стиль, не осталось и следа от прежнего мажора, который каждое утро проводил перед зеркалом по полчаса. Сейчас он просто вставал, причёсывался наскоро, натягивал что попало и шёл на лекции. Иногда Ари замечала, что он смотрит на своё отражение в стекле, но не поправляет — только проводит рукой по волосам и отворачивается. Браслета на запястье не было. Дорогих вещей — тоже. Он носил то, что было, и не жаловался.

Однажды за ужином в столовой она спросила:

— Ты не скучаешь по прошлой жизни?

— Скучаю. Иногда.

— По чему именно? По деньгам? По тому, что не надо думать, хватит ли на кофе?

— И по этому тоже. Знаешь, странно просыпаться и понимать, что твой отец заблокировал тебе счета, а ты не можешь даже купить нормальную куртку. Раньше я не задумывался, сколько это стоит. А теперь считаю.

— Жалеешь?

— О чём? О выборе? Нет. О том, что не подготовился? Да. Надо было копить. Или хотя бы предупредить Лёху, чтобы он дал в долг.

Ари улыбнулась.

— Ты можешь попросить у меня.

— Ты сама на стипендии.

— Это неважно.

— Важно. Я не хочу, чтобы ты тратила на меня последнее.

— А я не хочу, чтобы ты голодал.

— Я не голодаю. Я экономлю. Разница есть.

— Какая?

— Голодающий плохо учится. А экономящий — хорошо.

— Ты себя оправдываешь?

— Я себя убеждаю, что всё не зря.

Она помолчала, потом взяла его за руку.

— Не зря.

— Откуда ты знаешь?

— Знаю.

Он не спорил.

--

Ксения больше не подходила. Рита сказала, что у неё новый парень — с третьего курса, спокойный, не мажор. Ари удивилась.

— Может, она успокоилась?

— Вряд ли, — ответил Демид.

— Почему ты так уверен?

— Потому что я её знаю. Ксения не умеет проигрывать. Она просто ждёт удобного момента, чтобы ударить снова. Сейчас у неё нет рычагов — ни денег, ни влияния, ни связей. Но она найдёт.

— Ты её боишься?

— Нет. Я боюсь, что ты не скажешь, если она начнёт опять лезть. Ты всегда пытаешься справиться сама. А иногда надо просто попросить помочь.

— Ты обо мне или о себе?

— О нас. Это одно и то же.

Ари покачала головой, но спорить не стала.

--

В субботу они поехали в город. Просто гулять. Без цели. Демид хотел купить Ари цветы — она сказала:

— Не надо. Потратим лучше на кофе.

— Ты уверена?

— Уверена. Цветы завянут, а кофе согреет.

— Поэтично.

— Я поэт в душе.

— А я мажор без денег.

— Это называется «бывший мажор».

— Бывший — звучит грустно.

— А «действующий» — дорого.

Он улыбнулся и не спорил.

Они сидели в маленьком кафе за территорией академии, пили капучино, смотрели на прохожих.

— Смотри, — сказала Ари. — Обычные люди. Не студенты, не профессора, не мажоры. Просто люди.

— И что в них такого?

— Они счастливы.

— Откуда ты знаешь? Ты не знаешь их историй. Может, у них кредиты, разводы, больные родители.

— По лицам видно. Они не думают о том, что будет завтра. Они живут сегодня.

— А ты?

— Я пытаюсь.

Он взял её за руку.

— Получается?

— Иногда. Когда ты рядом.

— Тогда я буду рядом всегда.

— Обещаешь?

— Обещаю.

Она сжала его пальцы и улыбнулась.

— Этого достаточно?

— Для начала — да.

--

В понедельник Ари получила письмо от матери. Обычное, бумажное, в конверте. Мать не умела пользоваться электронной почтой и не доверяла приложениям.

«Дочка, как ты? Я волнуюсь. Ты мало звонишь. Последний раз голос был грустный. Тот парень, мажор, он тебя не обижает? Если что — приеду, разберусь. Скальпели ещё не разучилась держать. Люблю. Целую. Мама».

Ари рассмеялась.

— Что там? — спросила Рита.

— Мама угрожает Демиду скальпелем.

— Я её боюсь.

— Я тоже.

— Позвони ей. Успокой.

— Позвоню.

Она набрала номер. Мать ответила после