Тьма ярче света - Екатерина Вострова

И, скорее, чисто чтобы соблюсти формальности, спросил:

— Хочет ли перед этим кто-то взять слово?

Я решительно сдернула с руки красную ленту и поднялась:

— Я хочу! — воскликнула.

И вздоры всех присутствующих обратились ко мне.

— Мариэтта? — услышала я возглас дедушки. — Ты что тут делаешь?

— Мариэтта… — эхом повторил Рональд и дернулся ко мне, но подавил этот порыв.

В первый момент я сжалась, но быстро взяла себя в руки и постаралась говорить твердо и громко:

— Человек, которого сейчас судят, похитил меня из дома и держал в заточении. Я хочу дать против него показания.

— Ну разве можно отказать даме? — фыркнул Биен, даже не глядя в мою сторону.

Аристократы в зале заметно оживились. Те, кто уже вставал со своих мест, уселись обратно. Со всех сторон послышалось:

— Дайте ей слово!

— Пусть она скажет!

— Мы должны знать, как все было.

Жадные до сплетен дворяне были рады новому развлечению и пище для пересудов. Члены Совета переглянулись, обменялись неслышно короткими репликами. Затем Иероним Фрейм поднялся и шепнул что-то на ухо королю. Тот кивнул и вынес вердикт:

— Пусть рассказывает.

Я старалась не смотреть ни на кого, особенно на Биена и Рональда. Зато чувствовала, как они оба прожигают взглядами меня. Вышла вперед, повернулась к его величеству.

— Биен из рода Ами прикинулся простолюдином и устроился в наш дом садовником. Однажды, когда я гуляла по саду с Рональдом Фреймом, — я специально не стала указывать на статус наших взаимоотношений с Роном, чтобы не навредить ему этим. Вряд ли после сегодняшнего он захочет иметь со мной что-то общее, — Биен из рода Ами напал на нас. Он перенес меня в Темные земли и там обольстил меня.

Пораженный выдох всех в зале казался осязаемым.

Первым пришел в себя дедушка:

— Что значит «обольстил», Мариэтта? — потребовал он ответа.

Я закрыла глаза и выпалила на одном дыхании:

— Это значит, что под обещанием жениться он соблазнил меня вступить с ним в связь. — Я, не глядя на Биена, указала на него пальцем.

— Я не обещал на тебе жениться, — возразил он.

Я краем глаза посмотрела на Рональда — он выглядел так, будто его только что ранили. В этот момент я ненавидела себя за то, что причиняла ему боль. Но Рональд без меня справится. А вот Биен, если я не вмешаюсь, умрет на каторге в рудниках.

— Значит, ты не отрицаешь, что вступал со мной в связь? — требовательно спросила я мага.

Биен, кажется, до сих пор не понял, к чему я клоню, и просто пожал плечами.

— Госпожа Гудвил, — попытался прервать меня Иероним Фрейм.

Но я не дала ему этого сделать.

— Согласно законам королевства, девушка не может родить вне брака, иначе будет опозорена. А потому Биен из рода Ами обязан на мне жениться. Так как он при этом он повинен и в других преступлениях и должен быть лишен свободы, прошу его величество и многоуважаемый Совет поставить ему клеймо бессрочного слуги и передать в собственность семейства Гудвил. Точнее — в мою личную собственность, дабы возместить мне ущерб от его злодеяния.

Бессрочными слугами в королевстве называли лишенных собственности и права выбирать себе работу людей. Ими становились за долги или за преступления. По сути, они были рабами своего владельца, и если речь шла о долгах, то имели возможность себя выкупить.

После моих слов ненадолго наступила тишина.

— Мариэтта, я правильно тебя понял? — обманчиво мягким голосом спросил мой дед.

— Да. Я беременна от Биена из рода Ами и требую сделать его моим бессрочным слугой, чтобы он исполнил волю небес, наградивших меня его ребенком, и женился на мне.

— Нет! Нет, это невозможно! — в первый момент мне показалось, что возмущается Биен, но это был Рон. — Мариэтта — моя невеста, и совсем скоро у нас свадьба!

— Рональд, если все так, как говорит госпожа Гудвил, ты не можешь на ней жениться, — попытался возразить его отец.

Дальше гвалт поднялся такой несусветный, что вообще перестало быть что-либо понятно. И в этой неразберихе ко мне подкрался Биен и схватил за руку:

— Ты что, правда беременна? — растерянно спросил он. — Этого не может быть…

Охрана дернула его за цепь, закрепленную на железном обруче вокруг шеи.

— Совет удаляется для принятия решения! — попытался перекричать всех обвинитель.

Члены Совета встали и поспешно удалились в соседнее помещение.

Рональд взял меня за руку и повел в противоположную сторону.

— Стой. Я должна дождаться решения! — попыталась остановить его, но он не слушал. — Рон, стой! Рон, мне больно!

Он остановился и чуть ослабил хватку.

— Отпусти! — Я попыталась выдернуть руку, но без толку.

— Мариэтта, даже если ты беременна, мне плевать. Ты моя невеста и вскоре станешь моей женой, — отчеканил он.

Мы стояли в зале, и за нами следили десятки глаза.

— Твой отец с тобой не согласен. — Я старалась говорить тихо. — Это будет позором для твоей семьи.

— Мне все равно. Это мое решение. — Он вдруг отогнул рукав на моей руке. — Куда ты дела ленту, Мариэтта?

— Рон, я знаю: я плохо с тобой поступила…

Чувствовала, что он закипал, и не знала, что сказать ему, чтобы успокоился. Все слова мира казались глупостью и насмешкой. Я была очень виновата перед Роном и мечтала исправить это. Но понятия не имела как.

— Нет, ты ни в чем не виновата, — отрезал он. — Это все тот преступник, — он кивнул на Биена, но едва я проследила взглядом, как он рукой повернул мое лицо обратно к себе. — Нельзя винить жертву за то, что с ней сделал преступник…

Позади нас скрипнули двери комнаты, в которую удалялись Совет и его величество. Вообще, королю положено дожидаться решения Совета, сидя на троне, но тут, видимо, ситуация была настолько из ряда вон выходящая, что король Георг не удержался.

Быстрым шагом вельможи вернулись на свои места.

— Его величество готов объявить свое решение! — громко сказал обвинитель.

— От лица королевства Чароленд, повелеваю лишить Биена из рода Ами всех прав и имущества в пользу короны. Приговорить к пожизненному ношению кандалов и ограничивающих браслетов. Сделать его бессрочным слугой и передать во владение семейству Гудвил в качестве компенсации за причинённые страдания. Дальнейшая его судьба будет определяться семьей Гудвил.

В зале снова на краткий миг установилась тишина. Посреди этой тишины раздался возмущённый голос пленника:

— Подождите… Что это значит? Я что, не еду на каторгу?!

Глава 12

Биена посадили в клетку, наспех заколоченную