Рождество по-эльфийски. Напарники без цензуры - Леси Филеберт

— Показал. Только это не отменяет того факта, что из-за тебя я осталась без работы. И твое благородство мне ее никак не вернет. Как и подмоченную безупречную репутацию репортёра, с которым теперь опасаются связываться главные редакторы всех газет и журналов.

При мыслях обо всем этом в груди вновь закипело раздражение. Может, ну его, этого Лунтьера, и самой домой поехать на попутке?

Я глянула по сторонам и грустно вздохнула. Ночная трасса была пуста, попутками тут и не пахло. Попробовала шагнуть на древесную тропу, но морок не отозвался, не услышал моей достаточно звонкой магии. После сегодняшних потрясений он, наверное, еще сутки отзываться не будет.

Пока прислушивалась к отклику ближайших деревьев, не особо смотрела под ноги и вновь споткнулась. Чуть не упала, но меня подхватил Лунтьер, уверенно приобнял за талию и повел к экипажу.

— Хватит уже со мной обнимашкаться при каждом удобном случае!

— Тебе не нравится?

— Конечно, нет!

— А твой учащенный пульс говорит об обратном.

— Это у меня от возмущения сердце стучит!

Лунтьер никак не стал это комментировать, шагнул вперед, галантно распахнул дверцу экипажа и приглашающим жестом махнул рукой в сторону салона.

— Ну так что, ненавистная моя, на какой адрес тебя подвезти?

Я тяжело вздохнула и всё-таки села на переднее пассажирское сидение, откинулась на спинку кресла. Была уже такой уставшей и так сильно хотела спать, что мне было уже наплевать на то, кто и как довезет меня до дома, лишь бы скорее там оказаться.

— Улица Галео́сская, 39, — сказала, вновь душераздирающе зевая. — Сто двадцать пятая квартира, двенадцатый этаж.

— Да хоть двадцать пятый! — весело отозвался Лунтьер.

Я слабо улыбнулась.

Состояние у меня столь паршивое, что ёрничать и спорить совсем не хотелось. Хотелось лечь и тихонько сдохнуть, но такого простого решения всех проблем пока никто не обещал.

Панель управления экипажа мигнула двумя десятками магических кристаллов управления, и я с интересом на них глянула. В обычных машинах панель управления была сильно меньше и проще, кристаллов было в два раза меньше. Откуда здесь столько, и какие у них функции? Я о таких штуках даже не слышала.

Профдеформация почти заставила меня потянуться к блокноту и ручке, чтобы сделать заметку о необычном экипаже и задать Лунтьеру пару вопросов о действии этих дополнительных кристаллов. Но я мысленно дала себе затрещину и отвернулась, глядя на мелькающие ёлки за окном.

Впрочем, тут же перевела взгляд обратно, искоса поглядывая на поврежденную правую руку Лунтьера. Черная паутина на ней уже поблекла, но всё еще приглядывалась через кожу, и я заметила, как осторожно Лунтьер двигает этой рукой и морщится при слишком резком движении. Ему, очевидно, было больно.

Двигатель работал тихо, экипаж ехал почти бесшумно, и казалось, что мы не едем, а плывем по ночной трассе.

— Домой приедешь — поешь как следует, — сказал Лунтьер. — Тебе нужно очень плотно поесть, что-то ты совсем обессиленная.

Я промолчала. Дома из еды у меня была разве что вода с привкусом накипи. Вкусно, конечно, но не особо питательно. А идти сейчас в магазин сил совсем не было. Наверняка засну, едва коснувшись подушки, я тут-то старалась себя бодрить, чтобы не отключиться прямо в экипаже. Собственно, только из-за этого поддерживала диалог с Лунтьером — чтобы не заснуть.

— Глянул мельком твое личное дело, — произнес он задумчиво.

Я усмехнулась.

— Мельком, ага, как же, заливай мне тут. Небось, с лупой разглядывал каждую строчку.

Лунтьер предпочел оставить без комментариев мое замечание.

— И больше всего меня удивило количество банковских долгов, которые на тебе висят. Ты как столько нахватать успела?

— Не я.

— Хм-м-м?

— Брата своего вытащить пытаюсь.

Лунтьер нахмурился и кинул на меня вопросительный взгляд.

— Не всем везет с родственниками, как тебе, — криво улыбнулась я. — Братишка у меня непутевый. Влез в одну дурную историю, огрёб так, что вся семья на деньги попала, а сам братишка... Ну, в общем, есть нюансы, из-за которых сейчас он работать не может, и родители мои уже пожилые и слабенькие, они весьма посредственные маги, а жизнь таких аналогична сроку жизни обычных людей, не являющихся волшебниками. Недолго моим родителям осталось, и напрягать их серьёзными финансовыми проблемами под конец жизни я не хочу. Они и так для меня много сделали... Ну, теперь я работаю как проклятая, пытаясь вырваться из порочного круга финансовой дыры. Поправка: работала, — добавила, сделав особый акцент на последний слог. — До того, как ты попросил Рошфора уволить меня и наложить штраф в размере полного моего месячного жалованья. У меня даже нет времени, чтобы дать себе фору на поиск новой работы.

Не стала говорить, что хорошо продала сегодня статью Саймону, уж больно интересно было посмотреть на реакцию Лунтьера на мои слова.

Но он лишь нахмурился еще больше.

— Я не просил мистера Рошфора лишать тебя всего жалованья. Вообще не говорил с ним о штрафе. И не говорил с ним про твое увольнение.

Я даже нашла в себе силы открыть слипающиеся глаза и удивленно глянуть на Лунтьера.

Тот не выглядел издевающимся и смеющимся, он был предельно серьезен и сосредоточенно смотрел на дорогу, поджав губы.

— Я настаивал на твоем немедленном отстранении от работы с определенным материалом, чтобы ты больше не вставляла палки в колеса инквизиции. Остальное Рошфор уже от себя добавил, видимо.

— Ну, ты явно попросил разобраться со мной как следует, вот он и разобрался, — мрачно усмехнулась я. — И ты вроде как должен быть в восторге, разве нет?

— Я так похож на моральное чудовище?

— А разве нет? Вместо того чтобы решить вопрос мирным путем, ты сам развязал войну, а теперь удивляешься моему к тебе отношению.

— Да некогда было спокойно решать, — вздохнул Лунтьер, выруливая с трассы в городскую черту. — Нужно было немедленно уничтожить материал, представляющий опасность для проведения инквизиционной операции по слежке за варгами. Действовать нужно было немедленно, вести милые разговоры было некогда. Передо мной стояла задача не допустить распространения информации за пределы типографии — я ее выполнил.

— О боги, да я всего лишь поймала на фотографии момент, когда этот твой родственничек Бестиан вылезал из кустов вместе со своей невестой в парке во время музыкального фестиваля! О какой еще инквизиционной операции речь идет?

— Ты поймала их в кадр ровно в тот