Эхо флейты из Гаммельна - Наталья Николаевна Александрова

Но тут же в том конце коридора появился один из близнецов. В руке у него был огромный нож — то ли тесак, то ли мачете. Как его ни назови, выглядел он очень страшно.

Альберт резко развернулся и бросился назад.

Мы побежали за ним.

Громила несся за нами, тяжело топая, но понемногу отставал, расстояние между нами увеличивалось.

Коридор, по которому мы бежали, уперся в очередную металлическую дверь.

Альберт резко остановился перед этой дверью и посмотрел на нее с испугом и недоверием.

Шаги нашего преследователя приближались, вот он появился из-за поворота коридора…

— Бежим! — крикнула я, распахнула дверь и бросилась вперед.

Алиса и Андрей протиснулись за мной, Альберт как бы нехотя вошел последним.

— Закрой дверь! — крикнула я.

Альберт захлопнул дверь, задвинул железную щеколду.

Через несколько секунд на дверь обрушились тяжелые удары — это наш преследователь добежал до нее…

Я перевела дыхание.

Дверь выдержит любую атаку! Здесь мы в безопасности!

Тут я вспомнила, о чем всю дорогу хотела спросить Альберта:

— Ты же говорил, что никогда здесь не был.

— Ну да, никогда.

— А как же ты все время знал, куда идти? Постоянно уверенно шел вперед? И как нашел Андрея?

— Сам не знаю… Я же говорил, что всегда и везде хорошо ориентировался. У меня это от природы. Такое врожденное чувство. Я всегда знаю, куда нужно идти. И куда не нужно. И кстати, сейчас у меня чувство, что в это помещение мы зря вошли.

— А разве у нас были другие варианты?

Тут подал голос Андрей Милягин:

— Слушайте, ребята, может, вы мне скажете, кто вы такие?

— Конечно, — сказала я, — мы ведь для того и пришли, чтобы с тобой поговорить!

Тут до меня дошли последние слова Альберта.

— Почему ты считаешь, что зря?

— А вот почему! Прислушайся!

Я прислушалась — и услышала звук, который трудно с чем-то перепутать, — звук льющейся воды.

Повернулась на этот звук и увидела, что в дальней стене той комнаты, где мы находимся, есть два больших круглых отверстия, забранных частой решеткой. И через эти отверстия хлещет вода, разливаясь по полу.

— Ничего страшного, — проговорила Алиса неуверенно. — Подумаешь, немного промочим ноги…

— Хорошо, если только ноги, — мрачно отозвался Альберт. — Вы видите, другого выхода здесь нет.

— Ну, рано или поздно тем громилам надоест ждать и они уйдут, — сказала я, но тоже без уверенности в своей правоте.

Вода прибывала удивительно быстро, и скоро она дошла нам до щиколоток.

Я подошла к двери и прислушалась.

Видимо, у того, кто стоял за дверью, был очень хороший слух. Он глухо засмеялся и проговорил:

— Ну, золотые рыбки, поплавайте пока, а я, пожалуй, пойду! Может, у вас вырастут жабры…

И из-за двери действительно послышались тяжелые удаляющиеся шаги.

Я подумала, что это может быть ловушка, что громила только сделал вид, что ушел, а сам притаился неподалеку от двери и караулит нас, как кот возле мышиной норки.

— Что это он говорил про жабры? — испуганно спросила Алиса, но ей никто не ответил.

Мы настороженно замолчали, пристально следя за быстро прибывающей водой.

— Все-таки кто вы такие? — подал голос Андрей.

— Ты думаешь, — отозвался Альберт, — сейчас самое подходящее время для задушевных разговоров? Вот когда мы отсюда выберемся, тогда непременно поговорим…

— Если! — поправила его Алиса.

— Лучше скажи, что ты не поделил с тем типом, который натравил на тебя этих близнецов-горилл.

— А, это… — Андрей поморщился. — Да его жена… Она оказалась моей фанаткой. А я не знал…

Все снова замолчали.

Входная дверь была герметична, и вода не выливалась из комнаты, она быстро прибывала и доходила мне уже до коленей. И не собиралась на этом останавливаться.

Я прижала ухо к двери и прислушалась.

За дверью было тихо.

Я подумала, что надо все же открыть дверь. Если даже мы не сможем сбежать через нее, хотя бы выльется часть воды.

И только тут я заметила, что на двери с нашей стороны нет ручки. Вообще ничего нет — только голая металлическая плита, где не за что ухватиться.

Я попробовала открыть дверь, нажав на нее плечом — но ничего не вышло: эта дверь открывалась только внутрь. Так что изнутри открыть ее было невозможно.

Альберт, который стоял рядом со мной и следил за моими действиями, проговорил:

— Этого я и боялся. Мы попали в ловушку и не сможем отсюда выйти. То-то мне так не хотелось сюда входить.

Вода тем временем все прибывала и прибывала.

Вот она уже по пояс…

Вот по грудь…

Тут я очень своевременно вспомнила, что не умею плавать. То есть совсем не умею.

Так уж получилось, и нечего удивляться и задавать вопросы. Может, вы думаете, что меня возили на море и Лелик в отпуске занимался тем, что учил меня плавать? Или Ляля водила в бассейн?

Да ничего подобного, после того, что случилось с их дочерью, все слова наподобие «море», «озеро», «речка», «бассейн» исчезли из их лексикона. Казалось бы, я-то при чем? Но про Лялю я уже рассказывала, больше сказать нечего.

Сейчас я решила пока никому об этом не говорить — у всех и без того скверное настроение. Но что я буду делать, когда вода поднимется еще выше?

Альберт тем временем внимательно оглядывал помещение.

Как я уже говорила, здесь была только одна дверь — та, через которую мы вошли, — и никаких окон.

Но почти под самым потолком комнаты имелось большое квадратное отверстие, забранное пластмассовой решеткой, — видимо, выход в вентиляцию. Это отверстие казалось достаточно большим, чтобы в него мог пролезть не слишком толстый человек, а среди нас четверых толстяков не было.

Альберт задумчиво уставился на это отверстие и проговорил:

— Если бы мы могли добраться до этой решетки…

— А что? Я, пожалуй, смогу! — оживилась Алиса.

— Сможешь? — Альберт с недоверием взглянул на нее, потом — на бетонную стену. — Ты что, умеешь летать?

— Летать — нет, но лазать по скалам умею…

Я вспомнила, как ловко Алиса спускалась с балкона. Правда, одно дело спускаться, и совсем другое — подниматься по отвесной стене.

Альберт оценивающе взглянул на стену, потом на Алису.

— Тогда, может, и правда попробуешь? Кажется, это единственный выход отсюда.

— А что делать с решеткой?

— Если сможешь, отвинти ее. Там по углам четыре винта.

— А у тебя есть отвертка?

— Отвертки нет, но зато есть вот это! — И он протянул Алисе медную монету.

Алиса кивнула, сунула монету в карман джинсов, стащила мокрые кроссовки и носки и подошла к стене.

Тут произошло