Отбор невест, или Три орешка для темного - Наталья Самсонова

— Ты!

Мерзавец рванул ко мне, но Сайард за считаные мгновения оказался впереди. Не выставляя щит, некромант позволил Эльгону себя задеть, после чего холодно проговорил:

— Нападение на члена королевской семьи карается смертной казнью. Кровь Этельранских пролита.

— Свидетельствую,— холодно отчеканила драэ Мирсонай.

— Свидетельствую,— серьезно подтвердил рыжий менталист.

Я обошла Сайарда и, нежно коснувшись его щеки, мягко проговорила:

— Свидетельствую.

Царапина, нанесенная Эльгоном, была совсем небольшой. Но дело ведь было не в этом, верно?

— У меня же дети,— взвыл мерзавец.

— Стоило о них подумать,— отрезала драэ Мирсонай,— прежде чем нападать на Избранницу.

— Вы не понимаете,— горячечно прошептал Эльгон, и пополз к ней на коленях,— вы не понимаете! У меня близнецы, они будут совсем слабыми магами. Совсем! Жалкая тройка — в лучшем случае. Но я мог бы забрать магию Лихо, зачем женщине такая сила? Не нужна. Я бы заплатил, да-да, я бы заплатил. У меня с собой монеты. Три тысячи рариков! Я порядочный человек.

Он полз и путался в собственных сползших штанах. С залитым кровью лицом, он пытался объяснить, что его поступок был правильным. Целесообразным. Ради детей.

— То есть, вы прямо признаете, что заранее приготовились к тому, чтобы силой отнять магию у девственной колдуньи? — ошеломленно выдавила драэ Мирсонай, подбирая юбку и отступая от него на пару шагов.

— Я сначала пытался словами договориться,— оскорбился Эльгон,— но Лихо меня даже не слушала! Он сразу начала драться, а порядочная драэ-ри себя так вести не будет.

Он закапывал сам себя. И я, глядя на это позорище, думала только о том, как же мне стыдно. Пусть моя влюбленность родилась из зелий и подлости, но она все же была. Я страдала из-за этого жалкого существа.

—Я хочу уйти отсюда,— выдавила я. — Сайард, уведи меня.

Действие конфет заканчивалось. Оно и верно, зельице там совсем слабое. Не рассчитано на такой сюр.

— Вам нужно к целителям,— быстро сказала драэ Мирсонай, которая тоже хотела уйти.

— Я и есть целитель. Темный Целитель,— признался вдруг Сайард. — Мой дар переродился, потому меня и заменили на должности генерала.

Меня окатило волной тепла. Он все-таки прислушался к моей идее. Травить некроманта всем королевством — отличная идея, почему нет. Но идти против редчайшего Темного Целителя? Дураки быстро переведутся!

— Это вы вернули зрение Малике,— ахнул один из стражников,— спасибо вам, Ваше Высочество, спасибо!

Мужчина чуть не плакал, из его сбивчивых слов стало ясно, что Малика его племянница. Что он сам себя проклял, за то, что привел девушку во дворец. Думал, она себе на приданое заработает, а она чуть было не ослепла.

— Всю жизнь богов за ваше здоровье молить буду,— хрипловато подытожил стражник.

— Благодарю за ваши пылкие слова. Однако же, у вас преступник убегает.

Стража уволокла Эльгона, которые продолжал объяснять, что в его действиях не было ничего предосудительного. Десятки магов берут женскую силу и справедливо за это платят! Почему он, почтенный отец семейства, должен из-за этого пострадать?!

— Какао с зефирками и мазь с охлаждающим эффектом? — полувопросительно проговорила я, посмотрев на Сайарда. — Целитель, как вам такое самолечение?

— Прекрасно, но я предлагаю добавить нежнейшие пирожные с воздушным кремом и предсмертный крик мерзавца.

— Отличный план, но уши у меня нежные,— хмыкнула я,— а голос у Эльгона противный.

Тем более что смертную казнь давно заменили пожизненной ссылкой на талборитовые рудники. Надеюсь, что жене Эльгона не придет в голову последовать за ним — от магического излучения детки могут родиться не совсем здоровыми.

Я с некоторым неприятием представляла себе путь по заснеженному парку, но Сайард меня удивил — завел в ту же самую Изумрудную гостиную и вызвал своих слуг.

Удивительно расторопные, они за считаные минуты принесли и обещанные сладости, и аптечку. А еще через пару минут прибыла драэ средних лет, с шитьем. Она села подальше от нас и взялась за иглу.

— Моя кормилица, драэ Тиираль,— с нежностью проговорил Сайард,— не хочу, чтобы тебя опорочили.

— Раньше тебя это не волновало,— удивилась я.

— Парк под контролем моей магии,— отозвался некромант,— а во дворце мы не уединялись. Позволь обработать твои раны.

Правда, перед тем как взять аптечку, он воздвиг вокруг нас купол тишины. Уши на мгновение заложило, но уже через минуту все прошло.

— Раны, как будто я в бою побывала,— фыркнула я. — Ужасно выглядит?

— Я бы убил его,— ровно проговорил Сайард,— но не хотел делать это на твоих глазах.

Он склонился надо мной и принялся осторожно накладывать целебную мазь на пострадавшую шею. Колкая прохлада утихомирила разгоравшееся жжение.

— Меня напугал не сам Эльгон, а его слова. Что многие забирают магию у женщин,— тихо проговорила я. — Но ведь это противоестественно. Так не должно быть. Этот ритуал был запрещен несколько столетий назад!

— Всегда есть те, кто считает себя выше запретов,— проронил Сайард, а затем отстранился. — Когда впитается, нанесу еще один слой. Чтобы ни следа не осталось!

— Может, пусть лучше останется? — с сомнением произнесла я.

— Чтобы думали, что ты специально метку оставила?

— Тц,— раздраженно цокнула я.

Отпив глоток теплого какао, я блаженно прикрыла глаза. Хо-ро-шо. Надо будет маменьке с папенькой написать, а то слухи и сплетни вновь приведут их на ограду королевского парка!

— Я рада, что ты прислушался к моим словам.

Некромант, который теперь именовал себя Темным Целителем, только хитро улыбнулся:

— Мне понравился твой пассаж о том, что боевых магов как жаб недодавленных, а целителей мало. Почему именно жаб и именно недодавленных?

— Это вылезли горькие воспоминания о юности, проведенной над аквариумом,— засмеялась я. — Маменька с детства приставила меня к труду. Как и моих братьев, хотя они