Сердце Белого бога - Рина Белая

Хелена не нравилась мне. В каждом её слове, в каждом жесте я видела угрозу. Более того, все её решения в отношении Селин казались мне неправильными.

«Ты не можешь бороться с Хеленой, — предостерегла меня Тенера. — Она — хозяйка этой территории. Твой долг — слушаться Хелену и подчиняться её воле. Только так мы сможем остаться в поместье».

В эту минуту я твёрдо решила остаться рядом со своей Светлой леди, вот только…

Окинув взглядом собравшихся, я спрыгнула со стула, на котором сидела всё это время и, встав напротив Георга, осторожно коснулась лапой его ботинка.

— Но что я могу? — сказал он так тихо, что я едва его расслышала.

Я опустила голову на протянутые ко мне руки управителя и взглядом, полным мольбы, попросила защитить нашу Светлую леди.

Георг прочистил горло.

— Маленькая мисс, могу я задать вопрос?

— Какой?

— Позвольте спросить, кем вы хотите стать, когда вырастете?

— Я? — удивилась Селин.

Нагнув голову набок, она задумчиво посмотрела в окно, пробежалась взглядом по мясистым листочкам алоэ в узких каменных горшках, потом взглянула на меня и улыбнулась своим мыслям.

— Я бы хотела изучать новые виды растений, — сказала она.

— По-моему, вы уже изучили все свои журналы и ни в чём не отстаете от опытных цветоводов, — с гордостью заметил Георг.

— Я бы хотела изучать новые виды растений, — спокойно повторила Селин и так же спокойно добавила: — на других планетах.

— Какая необычная (звучало как нелепая) мечта! — воскликнула Хелена, чуть изогнув бровь. — Вот только… Селин, дорогая, ты выбрала самую сложную, самую трудную и самую опасную работу. Тебе не кажется, что будет лучше, если ты останешься в пределах нашей планеты?

— А лучше в пределах нашего поместья, со мной и Хеленой, — добавил Виктор и, положив руку на сердце, добавил: — Нам всем так будет спокойнее.

— Да-да, — согласилась Хелена. — А исследование космического пространства давай оставим энтузиастам, у которых нет семьи, но есть врождённая склонность к риску?

— Но я люблю цветы!

— И это замечательно! Ты можешь выучиться на сити-фермера. Что скажешь? Это очень перспективное направление. Сейчас едва ли не все здания имеют впечатляющие зелёные дворики на крышах и террасах.

— Не хочу на фермера, — забавно морща носик, сказала Селин.

Хелена обняла Селин и, нежно поцеловав её в макушку, взволнованно прошептала:

— В любом случае мы с твоим папой хотим, чтобы тебе было хорошо, а это значит…

— Я могу продолжить обучение у мадам Софи? — звонким голоском спросила Селин.

— Разумеется, — неожиданно подтвердил Виктор. — Начиная с завтрашнего дня мадам Софи будет тебя учить.

— Виктор, нам следовало остаться при своём первоначальном решении, — тут же возмутилась Хелена.

— Она и так уже пропустила много уроков.

— Потому что она была ослаблена болезнью.

— Хватит, Хелена. Прекратим этот разговор, — сказал Виктор, взглядом приказывая Георгу увести Селин.

— Так не давай мне повода говорить тебе всё это!

— Спорят. Как обычно, — сказала Селин, когда за нами закрылась дверь.

Она тяжело вздохнула и бессознательно почесав шрам на моей переносице, направилась к себе в покои.

— Чего застыла? — обернувшись через плечо, обратилась она ко мне.

— Ну? Идём! Кто первый до моей спальни, тот и победил! — воскликнула она и, весело смеясь, побежала вперёд.

Глава 30

Ночью мне приснился странный сон.

Я стояла посреди низких каменных домиков, освещённых серо-голубым светом восходящей Реты и, широко раскинув руки, вдыхала воздух, напоённый живительной прохладой. Всё здесь было таким знакомым и естественным: шум ветра, утренние звуки, сильный и свежий запах крови…

Едва уловив его, я тут же определила источник. Совсем близко, в десятке шагов от меня, стояла одинокая фигурка девочки в короткой рубахе, сшитой из жёстких, тёмных полосок кожи. Скрывшись за углом одного из домиков, она искоса поглядывала на стайку галдящих детей, что столпились у края стоянки, возле кратера, в котором отражалось равнодушное к мыслям и тревогам смертных небо.

Девочка едва держалась на ногах, пальцами вцепившись в холодный камень. Влажные от крови пряди прилипли к её спине, исполосованной когтями. Эти свежие отметины оставили её сверстники, чтобы она больше не вздумала поддаваться соблазну и спускаться к кратеру вместе с ними.

Знала ли я эту девочку? Да. У нас было одно имя, одна жизнь и одни шрамы на двоих.

А ещё… у нас была одна большая надежда: что я смогу стать частью стаи. Смогу играть и резвиться вместе с остальными детьми. Нужно лишь постараться и добиться их уважения.

Улыбнувшись грустной улыбкой, я хотела было в успокаивающем жесте коснуться ребёнка, как вдруг…

Утерев слёзы локтем, девочка обернулась, и я увидела её лицо. Увидела её непокорный взгляд и упрямо поджатые губы. Маленькая я не нуждалась в утешении.

С силой сжав руки в кулаки, она прошла сквозь меня, словно я была бесплотным духом.

Следующие несколько часов я провела с маленькой Тенерой. Она, не разбирая дороги, шла навстречу скалам, а я, словно тень, следовала за ней. Иногда острые камни врезались в её босые ступни, и она падала. Я протягивала к ней руки, но, будучи бестелесной, не могла ей помочь. Тогда я присаживалась рядом и подолгу смотрела на неё. Я плохо помнила себя маленькой, но были вещи, которые из памяти не сотрёшь.

Я всегда стыдилась себя. Стыдилась своей лишённой света души. Я не любила её и не хотела быть её носителем. Если бы смерть могла избавить меня от неё, я бы, не задумываясь, поцеловала её в губы…

— Нет! Я не буду плакать. Я стану умелой охотницей, — вывели меня из раздумий тихие, но уверенные слова ребёнка.

Маленькая Тенера заставила себя подняться, и мы снова продолжили путь.

Мы прошли огромное расстояние для ребёнка, прежде чем силы окончательно оставили маленькую Тенеру. Она остановилась и, тяжело дыша, опустилась на удачно подвернувшийся островок рыжеватой травы.

Едва я устроилась рядом и приготовилась ждать, как перед нами выросли два охотника. Мужчина и женщина. Их объединяли красивые, налитые силой и здоровьем тела и суровые, проницательные взгляды. На их шеях висели священные символы, свидетельствующие об их особом супружеском статусе.

— Идём. Её смерть — лишь вопрос времени, — сказала охотница, бросив взгляд через плечо на спутника, который склонился над ребёнком.

Мужчина крепче сжал голову недавно убитой хищной птицы и быстрым шагом направился прочь.

— Ждать долго придётся, — произнесла я, оскалив зубы вслед уходящей паре.

— Я не буду плакать, — всхлипнула маленькая Тенера, перевернувшись на бок. — Я стану умелой охотницей, — ещё громче добавила она и, опираясь на одну руку, попыталась