Медвежий капкан. Травница - Александра Неярова

– Завтра… – я сглотнула, собираясь с духом, – пусть завтра приедет князь. С гостями. С дарами. С обрядом.

Ивар улыбнулся – широко, по‑настоящему, и обнял меня так крепко, что все тревоги растаяли.

Завтра поутру перед приездом сватов признаюсь ему, кто я на самом деле. Между нами не останется преград.

Глава 10

Но этому не суждено было сбыться…

Поутру в дом пожаловал незваный гость.

Я как раз затевала пироги, в печи уже плясали языки пламени, а на столе высилась горка теста, пахнущего мёдом и корицей. Ивар стругал ножом новое резное блюдо из берёзы. Получалось удивительно красиво – плоское, с изящными изгибами, чешуйка за чешуйкой оно всё более становилось похоже на рыбу.

– Кто-то идёт! – всполошился Атрей, стремительно соскакивая с печи, а Ивар поднял сосредоточенный в работе взгляд на окно.

Вскоре тяжёлые шаги эхом отразились от стен, заставив всех насторожиться. В дверь постучали.

– Эй, есть кто живой? – раздался знакомый голос.

– Это Мирон. Местный охотник.

Ивар медленно опустил руку, в которой крепко держал нож, но напряжённость из глаз не исчезла.

Дверь открылась, впуская в избу полосу солнечного света и рослого, широкоплечего мужчину с окладистой бородой и проницательным взором. Его походная одежда была покрыта дорожной пылью, а за плечами виднелся колчан со стрелами.

– Мирон! – поздоровалась я, поспешила к рукомойнику вымыть ладони от теста. – Заходи, не стой на пороге.

– Мир этому дому, – проговорил охотник, переступая порог.

Окинул взглядом комнату, глаза его на мгновение задержались на Иваре, потом на Атрее.

– Здрав будь, воевода, – произнёс немного растерянно, переводя взгляд с Ивара на мальчика. Затем стащил с плеча туесок и обратился ко мне: – Я тут принёс тебе мёд дикого улья. Говорят, от него силы быстрее возвращаются.

Ивар медленно поднялся, стал хмурнее тучи, не сводя с охотника внимательного взора.

– Спасибо за заботу, Мирон. Но что тебя привело?

Охотник почесал седую бороду, бросил короткий взгляд на меня.

– Поутру в Соколиный предел явились послы из соседнего княжества. Меня кметь князя окликнул, за тобой послал: Ярослав Совет собирает.

Ивар медленно выпрямился, откладывая резную доску в сторону. Его лицо оставалось невозмутимым, но в глазах промелькнуло беспокойство.

– Что за послы? – спросил он, подходя ближе к гостю.

– То мне неведомо, – пожал плечами Мирон. – Знаю лишь, что дело срочное и князь велел прибыть без промедления.

Собрался Ивар быстро, на рубаху накинул жилет и воинский пояс с мечом, который ему Атрей подал, на бёдра повесил. Поравнявшись с охотником, обронил ему:

– Ну, пошли.

– Ты ступай, Ивар. У меня… разговор к веде имеется, – ответил Мирон, уступая проход.

Ивар оглянулся на меня, его взгляд мне не понравился. Какая-то угрюмость появилась в его карих глазах. Тени легли под скулами. Но всё же он направился к выходу из избы. Ярослав не терпит промедления в выполнении приказов, а вот меня, чую, потом ждёт допрос с пристрастием.

Как только Ивар ушёл, Мирон шагнул ко мне ближе. На Атрея задумчиво посмотрел.

– А это…?

– Атрей. Сын мой названный, – подсказала мужчине, наблюдая, как озадаченность на его лице сменяется удивлением. И предотвращая последующие вопросы, задала свой первой: – Так что за разговор у тебя ко мне, Мирон?

– Да так… слухи разные в народе ходят, – голос охотника стал тихим и серьёзным: – В лесу неспокойно. Звери ведут себя странно, птицы улетают. А вчера в деревне опять молвили, будто видели тени у старых курганов.

Это совсем недалеко от дома. Передёрнула плечами.

– Тени? Какие тени?

– Не знаю, – Мирон развёл руками. – Старики уже две с небольшим седмицы твердят, будто бы кто‑то пробудил то, что спать должно. Что дурной знак это.

Я побледнела. Чуть более двух недель? Примерно в то время я попала сюда…

Замерла, чувствуя, как по спине пробежал холодок. Связано ли это? Надеюсь, «теней» не на мой счёт припишут.

Атрей, до этого молча слушавший нас, произнёс:

– Я тоже видел, – тихо сказал он. – Пару дней назад, когда рыбу ловил. Сперва думал, привиделось, но тени… они будто двигались против ветра у капища.

В хижине повисла тяжёлая тишина. Я переглянулась с Мироном – во взгляде охотника отражалась тревога.

– Значит, и мне не показалось, – прошептал он. – И я видел вчера у реки, чувствовал… что‑то. Как будто холод, который не от зимы.

Мирон вдруг взял меня за ладонь, грубоватые пальцы оплели запястье. От неожиданности не успела отпрянуть, хватка у мужчины оказалась крепкая.

– Вот я и пришёл предупредить. Лучше бы тебе… вам, – покосился на притихшего Атрея, следящего за нами с настороженным видом. Большим пальцем по внутренней поверхности моей ладони прочертил. – На время перебраться в деревню.

– Нет, мы останемся здесь, – твёрдо сказала я, мягко, но настойчиво высвободив свою руку. – Это наш дом. И мы его защитим.

Охотник посмотрел на меня с уважением и какой-то затаенной тоской, нехотя отступая от меня. А до меня кажется дошло, что к чему.

Неужели, Мирон испытывал ко мне какие-то чувства?

– Добро, Таяна. Опасное это дело, прошу, будь аккуратней, – сказал он. – Если помощь какая понадобится, ты зови, не откажу.

Я и раньше замечала, как порой смотрит на меня охотник – с особой теплотой и затаённой нежностью в глазах. В первые дни, как я проснулась здесь, Мирон обратился ко мне за лечением: волк ему ногу подрал.

С тех пор он иногда заходил меня проведать и частью добычи делился, хоть я отнекивалась или даже пыталась купить у него мясо, но на плату он обижался.

Мирон был настойчив, я невольно отводила глаза, смущённо улыбаясь. Но никогда не давала ему ни малейшего повода, держалась отстранённо в общении и с достоинством.

А за добротой его симпатия скрывалась.

Порой в его глазах мелькала грусть, но он никогда не позволял себе переступать невидимую грань. Как и сейчас. Взгляд мужчины потускнел, Мирон вновь отступил и ушёл.

Возможно, увидел в Иваре более грозного соперника.

Я с облегчением выдохнула, когда за ним закрылась дверь, и присела за стол. То не одного мужика у меня не было, а тут не к месту сразу двое… но мне нравился только Ивар.

И вроде