Пепел желания - Клара Рутт

— Прости. Считай, что это — индикатор…

В его взгляде промелькнул укор: наверняка он думал сейчас, почему я взяла с собой именно его. Но, черт возьми, да — именно поэтому! Потому что он самый стойкий! Но кто же знал, что здесь окажется Рианон⁈

Но глядя вдаль и видя, как к девушке подходит Луриан и кладет руку ниже бедра, проговорила задумчиво:

— И ее прости тоже.

Торн дернулся, но тут же его остановили разгоряченные слова Карнака:

— Ни в чем себе не отказывайте, дорогие гости! Молодожены, мы благословляем вас! Это лучший день для начала новой жизни — оставьте все свои темные стороны и тайные желания здесь, в этом зале, в этой чувственной ночи…

Он задохнулся словами: его оборвала Морвенна гибким рывком, как кобра. Она впилась в его губы и повалила на ложе. Сверху потек сок лианы, гибкие ветви под ними овили их тела. Путы, сковывающие стопы, ослабли. Ночь страсти в Топях началась.

Я заметила, как метнулся Даркхан. Велария устремилась за ним, но тот грубо отмахнулся в жесте «не ходи за мной». Я протяжно выдохнула: главное — пережить время до полуночи, главное — не приближаться к Даркхану.

Торн, похоже, думал о том же. Потупив взгляд, он вышел с нашего места, я осмотрелась: интересно, кто как использует это время? Ведь мы же деловые люди: короли и владыки, плетущие интриги против друг друга и не скупящиеся на козни любым методом! И вот Карнак запер нас в одной большой постели. И я бы и рада упасть в объятия к любимому, да запрет. А остальные… от одной мысли тошно!

— Попробуй найти ее, — тихо сказала я. Решать чужие судьбы почему-то было легче, чем свою. — Присоединись к Луриану, уведи Рианон. Хотя бы так, но вы будете вместе. Хотя бы сегодня.

Во взгляде Торна отразилось что-то вроде понимания. Я добавила тише:

— Мы найдем способ окончательно примириться со змеями. Вы сможете быть вместе, я приложу все усилия. Обещаю.

Не знаю, что мной руководило — искренний порыв или влияние афродизиаков, — но Торн оценил. Склонил колено, опустил голову и, не дождавшись дозволения, скрылся во тьме обнаженных силуэтов. Искать ее? Я надеялась, что да.

Почва под ногами задрожала. Вязкий грунт втянул мои ноги по щиколотки, пространство заполнили чьи-то стоны, с характерным бульканьем с потолка полились красные соки.

Я подставила лицо, приоткрыла губы: сладко. Чересчур сладко, как вкус Даркхана, как яд… Сарриса.

— Скучаешь, владычица? — холодный ровный голос вывел меня из чувственных воспоминаний. Платье сделалось цельным куском хрусталя.

— Элион? — Я плавно обернулась, натягивая самую притягательную улыбку. В иной обстановке его присутствие бы меня злило, а сейчас он стал спасением: я не буду думать о сексе в его холодном беспристрастном обществе. — И ты здесь? Я думала, Морвенна пускает только с парами.

— Для таких одиночек, как я, она пригласила целый Чешуйчатый Клан. — Он ухмыльнулся и блеснул зеркальной щекой. В темноте я не заметила никакого отражения: получается, в интимной атмосфере мои страхи заблокированы? Или он сам как-то «отключил» свой дар по особому случаю? — Уделишь мне время?

— Сколько угодно! — выдохнула я с облегчением. Платье по-прежнему держало форму. Отлично!

Мы отошли от кромки черной воды и центра общего совокупления. Я мысленно радовалась, что наше место было с самого краю, и можно было отлучиться незаметно, без вынужденных приветствий. Или, еще чего лучше — бороться с искушением броситься в омут чувств.

Элион завел меня в дальний угол зала, укрытый подвижными переплетенными лианами. Здесь тоже росли красные бутоны и сочился сладкий сок, но подсветки не было — нас скрывала тьма.

— Я слышал, что тебе было новое видение, — заговорил он сходу, стоило мне чуть выдохнуть. Но от выбранной темы я только напряглась. Платье захрустело, стягивая меня плотными оковами хрусталя. — И я по-прежнему жду свой артефакт. Не тороплю, но прошу настойчиво.

Он проговорил так же без эмоций, сложив руки на животе. Его одеяние отличалось от всех своей повседневностью: та же мантия, те же широкие рукава, та же стойка-воротник, закрывающая шрам на шее. Его ничто не пробивало на эмоции: казалось, даже против зелий Морвенны у него был иммунитет.

— Все сложно, — выдохнула я. — Но мы над этим работаем.

— Я знаю, — сверкнула он холодными серебряными глазами. — Но ускориться в твоих интересах, владычица. Слишком многие интересуются твоим даром.

— Слишком многие? Ты на рынок меня выставить хочешь?

— Это лишнее, — спокойно отмахнулся тот. — Достаточно пустить слух по каналам шепота. А я, как ты знаешь… как никто знаешь, что я дружу со всеми.

— Иными словами, предаешь всех и двигаешь пешки как тебе надо, — процедила я.

— Я хранитель равновесия, — пожал он плечами. — И… кое-кто, скажем так… скажем, владыка Пламенного Шата заинтересован в твоем даре больше, чем даже я. Улавливаешь суть?

Он понизил голос, я невольно обернулась на центральное ложе. К утехам Морвенны и Карнака присоединился… лорд Кассиан. Набухшие гроздья Сердца Лианы пускали сок прямо на них.

Я сглотнула:

— Какая у него цель?

Элион приблизился и проговорил еле слышно:

— Пробудить Улдроша.

Будто отозвавшись на имя, земля под ногами снова запульсировала. Ветви на стенах с булькающим звуком потянулись ко мне. Но я не шевельнулась. Продолжала смотреть Элиону в лицо и ожидала реакции хрусталика. Хотя… одурмаенный благоуханиями, он может даже не откликнуться — так же, как потемневшая щека хранителя теней.

— Не поверю, что ты намерен противостоять ему, — только сказала я.

— Конечно, нет, — ухмыльнулся он и, плавно взмахнув руками, овил мою талию и жарко прошептал: — У меня есть свои цели.

От прикосновения я вздрогнула: меня словно коснулся камень. Но тело вдруг отозвалось на его слова, разойдясь дрожью. Элион это считал и продолжил:

— И у меня есть средство.

Его рука скользнула вверх по моему изгибу, коснулась открытого плеча и задержалась на шее. Я старалась дышать ровнее и не поддаваться сладким ароматам плодов и участившимся в зале стонам. А когда со спины меня обдало невыносимым жаром, поняла — пропаду. Элион понял то же. Его губы исказились в оскале, после чего он бесцеремонно впился в мои.

Глава 12

Это было как падение в бездну — не в ядовитую яму, как с Саррисом, а в холодный темный колодец, где внизу ждали мои страхи. Которые Элион заглушил. Или все-таки Морвенна?

От любых мыслей голова начинала кружиться, тело не отпускала приятная дрожь — моя слабость вблизи чужого мужчины. Холодного, равнодушного, закрытого во всех смыслах.