Пепел желания - Клара Рутт

миллиметр отзывался во мне странной, чужеродной полнотой. Это было… страшно. Мое тело откликалось на то, что делал не тот. И через эти интимные касания в меня вливалось что-то древнее, тяжелое, каменное. Словно в меня проникал его дар, смешиваясь с моим хрусталем.

Даркхан приблизился. Его лицо застыло в ничтожных миллиметрах от меня, он ласково убрал мои спутанные намокшие волосы. Нас обдало нектаром Морвенны, и на мгновение мы замерли. Элион продолжал манипуляции с моим лоном, втирая туда тот самый нектар, Даркхан следил за моей реакцией и… улыбался.

— Я твоя, Даркхан, — в исступлении прошептала я, но ему, кажется, и не нужны были мои признания. Его дыхание ожогами-узорами рассыпалось по моему телу, он дышал в такт движениям пальцев Элиона, и каждый его выдох — горячий, обжигающий — проступал узорами на моем теле.

Тогда я просто закрыла глаза и позволила себе чувствовать. Казалось, я уже не понимала, где заканчиваюсь я сама, и начинаются… они оба. Пальцы Элиона внутри меня — камень. Дыхание Даркхана на моей коже — огонь. Мое собственное тело — хрусталь, который плавится и застывает одновременно.

Беспамятство накатывало волнами. Я проваливалась в темноту, выныривала, смотрела на их лица: одно — искаженное страстью, другое — непроницаемое, с дрожащими веками, и снова тонула.

Насытившись, Элион отстранился. В его груди пульсировал хрустальный свет. Даркхан прижал меня собой к живой стене из лиан — не касаясь, но так близко, что его жар обжигал мне кожу. Меня снова накрыло волной наслаждения: мой дар теперь был в двух мужчинах сразу.

Мое тело дрожало — мелкой, непрекращающейся дрожью. Между ног саднило — не больно, а памятно. Каждое движение Элиона оставило след, который будет ныть еще несколько дней. Лианы ослабли, и я опустилась на вязкую почву. Хотелось просто покоя. Осознания того, что только что произошло. И чтобы он был рядом.

— Обновленное Око будет готово к следующей Луне, — провозгласил Элион. Он был уже одет и теперь поправлял рукава. — И почему я не додумался до этого раньше?

Он обернулся через плечо и посмотрел хитро. Даркхан, что гладил кончики моих волос, отозвался резко:

— Иди, Элион. И не паясничай.

— Спасибо должен сказать, медный король. Сколько раз ты кончил?

Даркхан наградил его говорящим взглядом, и Теневой владыка отозвался:

— Оставайтесь здесь сколько потребуется. Я оставлю иллюзию, вас никто не увидит. Приходи в себя, хрустальная владычица.

После этого он скрылся, и Даркхан склонился надо мной. Он протянул руку — медленно, будто сквозь вязкий тягучий воздух. Я замерла, его пальцы застыли в волоске от моей щеки. От них исходил жар, и воздух между нами словно плавился, но Даркхан не коснулся. Не мог. И в этой невозможности было больше близости, чем в любом прикосновении.

Словно считав мое бессилие, лианы подняли меня и усадили возле стены, на мою искусанную грудь полился красный нектар Сердца Лианы. Мы смотрели друг на друга молча.

— Что-то… изменится теперь? — спросила я хрипло. От моих страстных криков в горле першило.

— Ты моя, Сейра Вельгарн. Остальное — интриги умников. — Даркхан сглотнул, опустил взгляд и только потом продолжил, понизив голос: — Я узнал про твою сделку с Теневым интриганом, он — про нас, мы договорились, что это выход, но если ты…

— Ты мой, Даркхан Железный Клык, — оборвала я его. — И я рада поскорее отдать долг Элиону.

На его губах выступила грустная улыбка, я чуть приподнялась:

— Ты правда женишься? Сегодня в полночь?

Он выдохнул, застучал пальцами по согнутому колену:

— Холмы зажали меня. Они предлагают слишком многое, чтобы отказываться. Копи в пожарах и разрухе, но… — Он выдохнул, поднял глаза к небу и покачал головой: — Как все сложно, проклятье! Почему я не могу тебя коснуться⁈

Он вскочил и, откинув волосы, принялся наматывать круги по нашему укрытию.

— Я с тобой, Даркхан, — ответила я тихо. — Делай что должно.

— Ты не заслужила этого, — прохрипел он, в его взгляде застыла боль. — И даже того, что было только что…

— Я чувствовала тебя, — прошептала я и улыбнулась. — Пусть даже… так странно.

Мы побыли рядом еще немного, я переводила дух, Даркхан смотрел печально и тихо. Но время упрямо подходило к полуночи, и нам следовало вернуться. Хотя… фактически мы и так находились в общем зале, это просто Элион искусственно изолировал нас.

Даркхан вышел из-под его иллюзии первый. Я выждала еще немного, отряхнула вновь материализовавшееся платье и попыталась осознанно прочувствовать свое изменившееся тело. Лоно немного тянуло, тело горело от прикосновений Элиона, ноги дрожали от тугих лиан, но в мыслях я ощущала легкость. Даже несмотря на то, что отдала свой дар. В конце концов, мы так и договаривались.

Я шла к месту полуночного сбора, и каждый шаг отдавался внизу живота ноющей памятью. Мое тело помнило их обоих — камень и медь, холод и жар, вторжение и взгляд. Я чувствовала себя… наполненной. Разбитой. Целой. Одновременно. Как будто меня разобрали на части и собрали заново — но уже не совсем ту.

Я вернулась в зал с легкой загадочной улыбкой от осознания тайны, в которой приняла участие. Это не меняло ничего в своей сути, но наверное меняло нашу связь — всех троих. К чему приведет это единение, время покажет. А возможно, и мои ощущения.

Для всех сегодняшний сбор лишь дань прихоти Владыки и его пассии, а для нас… Проклятье, как я теперь буду смотреть в глаза Элиону⁈

Наверное, все участники ритуала уже собрались: мне не хотелось никого рассматривать. Темные силуэты расползлись по периметру черной воды, огибающей главное ложе. Уже неважно. Свой главный мир с Медными Копями я уже заключила.

Но не успела я дойти до своего места, как зал разрезал чей-то пронзительный, истошный визг. А затем женский голос завопил что есть мочи:

— Диверсия! Владыка Одиноких Холмов убит!

Глава 13

Платье вмиг отозвалось на мой внутренний холод: что⁈ В каком это смысле — убит⁈ Здесь, в замкнутом пространстве Сердца Лианы, где никого постороннего не пропускали? Может, у старика сердце от оргазма остановилось?

Но мои догадки оборвал следующий вопль:

— Хрустальный нож! Сейра Вельгарн, ты ответишь!

На этот раз мне пришлось всмотреться во тьму в противоположной стороне зала. Несколько мужчин из Чешуйчатого Клана несли бездыханное тело Ардрика с ножом под сердцем. С рукояткой из хрусталя. За ними, упиваясь слезами, бежала потрепанная Велария. Остальные оставались в стороне.

Заметив меня, девушка бросила гневный взгляд и в сердцах прошипела:

— Ты! Хрустальная стерва! Тебя не