Провидица. Наперекор судьбе - Янина Наперсток

— Потрясающе! — прошептала Джанин.

Восторг искрился в ее глазах, и на секунду принц ощутил себя счастливым и беззаботным, как прежде. Он бы отдал годы, да что там годы, десятилетия своей жизни, лишь бы Дар Богов так смотрела всегда. Лишь бы той злосчастной ночи в ее жизни не случалось.

Дорога снова ушла в лес, хотя уже куда более редкий.

— Далеко еще до тех пещер? — уточнила Дар Богов.

— Думаю, часа полтора. Раз ты видела в пророчестве, что над водой остались только макушки гор, лучше взобраться на самый верх. Но если устала, мы можем сделать привал.

— Что ты, нет! Я давно так хорошо не отдыхала!

— Когда определимся с пещерой, организуем там склад продовольствия. Нужны будут теплые вещи, микстуры и дрова для костров с запасом. Я выставлю на всякий случай охрану…

— Погоди, — вдруг перебила Джанин, что для нее было вообще не свойственно. — Ты это слышишь?

Она нахмурила брови, и принц тоже замер, пытаясь понять, про что Дар Богов говорит.

— Бам. Бам. Бам, — мерно и глухо доносился звук набатного колокола.

О боги! Неужели гвартийцы напали раньше?!

Или где-то вспыхнул пожар? В жару его раздует за минуты!

Принц пришпорил Ирбиса, чтобы быстрее выехать на лысый участок и посмотреть, что происходит. Однако стоило ему выбраться из леса и глянуть в сторону города… Идиллическая картинка еще не изменилась, но в глубине стала видна вырастающая прямо на глазах волна, которая с бешеной скоростью приближалась.

На судах ее тоже заметили, потому что многие из кораблей стали экстренно сниматься с якоря в попытке рассредоточиться и уйти глубже в море.

Куда там! Волна подхватила их, словно ветер — июньский пух. Понесла, переворачивая, будто игрушки, сталкивая и разнося в щепки. За какие-то минуты нижняя часть города оказалась затоплена.

Пучина выбрасывала разломанные парусники на дома, круша их, и несла дальше куски камней, черепицы и вырванные с корнем деревья. Некоторым кораблям чудом удалось уцелеть в этой мясорубке, и они прилагали неимоверные усилия, чтобы удержаться на плаву.

Однако вода словно поняла, что дело не закончено, и стала отступать назад, сажая оставшиеся суда на возникшую мель и бросая на оголившемся дне обломки и трупы.

Все это произошло очень быстро, хотя замершему в ужасе Тео казалось, что прошла прорва времени. Там внизу его команда, Дешаль, мьера Арете, сотни, нет, тысячи ни в чем не повинных людей…

Внезапно беспокойно заржала лошадь, и Тео очнулся от ступора. Выехавшая из леса Дар Богов стояла неподалеку с расширившимися от потрясения глазами. Звук набата утонул в шуме стихии, но сейчас вместо него гулко и часто ухало собственное сердце принца.

Действовать! Тем, кто внизу, помогут уже только боги, но рядом Джанин. Ее еще можно спасти!

Принц быстро сдернул девушку с ее седла, посадил впереди себя на Ирбиса и, придерживая ее одной рукой, понесся по весь опор.

— Не смотри назад! Началось! — крикнул он почти у самого уха девушки.

— Как? Прошло же всего несколько дней?! — пролепетала она, но голову больше не повернула, послушалась.

Тео ничего не ответил. Он и сам не знал, как и почему. Может, боги не собирались выпускать корабли с острова, может, Джанин что-то неверно поняла в пророчестве, какая теперь разница?

Главное — успеть наверх. Спрятать от смерти хотя бы ее!

От быстрой скачки в ушах свистел ветер, но даже сквозь него был слышен птичий гвалт. Небо наполнилось потревоженными птахами. Они спешно покидали свои гнезда, устремляясь куда-то вперед и вверх, и, словно живая мельтешащая туча, сопровождали скачущего коня.

Ирбис летел стрелой, практически не разбирая дороги, но Тео уже слышал рокот приближающейся стихии.

Неукротимая мощь воды выла внутри, превратившись из родной силы во всепожирающего монстра. Она негодовала и ярилась, ненасытно требуя новые жертвы. На ее фоне Тео, как маг воды, был словно светлячок около костра. Как бы сильно принц ни хотел остановить взбунтовавшееся море или хотя бы его затормозить, он понимал, что перед таким напором абсолютно беспомощен.

Бегство оставалось их единственным шансом.

За очередным поворотом слева открылся вид на небольшую долину. Она располагалась словно в кольце гор, и с нее наверняка не было видно, что происходит. Однако пасущаяся на зеленом просторе отара овец почувствовала неладное.

Животные сгрудились, прижимаясь к друг другу, испуганно блеяли, и пастух, заприметивший резкое изменение погоды, безуспешно пытался их погнать прочь, к выходу из долины.

Тео хотел было крикнуть ему, чтобы спасался сам, скакал вверх к перевалу, но не успел — вода выплеснулась в горную чашу и в мгновение ока скрыла зеленый ковер под грязно-серым бушующим месивом.

Пастуха сбило с лошади, закрутило, как и его подопечных, утянуло под воду. Через пару секунд он вынырнул, тщетно стараясь найти, за что зацепиться. Конь же вообще не успел сориентироваться, и его с силой приложило о ближайшую скалу, скорее всего, сразу насмерть.

Дорога вильнула резко вправо, но Тео казалось, что он все еще слышит крики пастуха о помощи. Все внутри его высочества сжималось от боли и иррационального стыда за то, что он не бросился на помощь гибнущему человеку. Хотя разум принца четко сигнализировал — это было не в его силах.

Они и сами с Джанин сейчас словно крошечный планктон, пытающийся скрыться от уже открывшего гигантскую пасть кита. А хуже всего, что Тео понимал: его конь вынослив, но при таком темпе даже тренированная лошадь не продержится долго.

Вскоре дыхание Ирбиса стало тяжелым, его сердце неистово стучало, а когда изо рта пошла пена, Тео понял, что все. Он осадил скакуна, спешился и, бросив ему: «Прости», снял Джанин на землю.

Хорошо, что Дар Богов не задавала вопросов, не сопротивлялась и вообще для женщины, тем более юной, держалась очень хорошо, хотя и была бледной, как потускневший жемчуг. Дальше они побежали сами.

Принц старался не смотреть назад. Он и без этого чувствовал, как цунами идет следом: еще немного — и накроет.

Дар Богов, конечно, выдохлась первой. Она поскользнулась на влажной от долетавших уже и сюда брызг почве и едва не упала, но Тео успел подхватить ее на руки. Их могло накрыть волной в любой момент, но принц с упрямством мула двинулся по склону вверх так быстро, как мог.

До спасительных пещер оставались считаные метры. Наконец его высочество заметил вход