Лавка редкостей, или счастье со сковородкой - Ксения Никонова

– Это оно? – дрожащим голоском спрашивала посетительница.

Я кивала без слов. Дама расцветала, торопливо отсчитывала деньги и прятала покупку в сумочку.

Бабуля, если и успевала нас засечь, то не показывала виду. Ну и я лишний раз не напоминала об этой статье дохода, чтобы не нарваться на очередное нравоучение.

Виола уже совсем освоилась, и жила на два дома – с утра убегала к мадам Бабетте, а после обеда выходила на дежурство в лавку.

Мне очень быстро удалось заработать столько, что я могла не думать о проблемах с финансами.

Мы с Виолой пару раз выбирались в Пассаж за покупками. Мне с лихвой хватило денег, чтобы приобрести нам обеим теплые пальто и сапожки. Себе я выбрала модель красивого кремового цвета из драпа. Рядом с благородным коричневым плащом Алекса оно выглядело потрясающе.

А Виоле пришлось по душе сиреневое, с модной пелериной на груди.

В пассаже оказался огромный модный отдел, где я наконец-то исполнила голубую мечту детства – купила пару роскошных шляп. Одну, украшенную перьями и лентами, вполне можно было поносить до поздней осени. Вторую – отороченную мехом и с теплой подкладкой, я собиралась надевать, когда окончательно похолодает.

Там же мы запаслись и перчатками. Тонкими лайковыми в тон к пальто с перламутровыми пуговками и длинными с подкладом на зиму.

Каждый вечер приходил Алекс, и мы упорно занимались. Я наконец смогла обуздать свой огонь. Он по-прежнему рвался на волю, но мы придумали заклинание, которое помогало контролировать мой дар: «Душа – к душе, огонь - к огню, огонь внутри я сохраню!»

Куда труднее было контролировать взаимное влечение. Жаркие, непристойные мысли одолевали нас не только ночью, но и днем.

Вот и сегодня я нудно и скучно отрабатывала одни и те же упражнения, строила фигуры из пальцев и заучивала заклинания.

Алекс настаивал, что мои таинственные умения умудряются отключаться в самый неподходящий момент, поэтому нужно заучить стандартные заклинания с привязкой к ним жестов, и тогда на экзамене у меня все получится, не смотря на капризы магии.

Приходилось корпеть, зубрить. Это выматывало в разы сильнее, чем когда я творила свои новые артефакты.

Я заново произнесла заклятие, взмахнула рукой и нечаянно соприкоснулась с пальцами Алекса. Плечи обдало горячей волной. Я зажмурилась, чтобы унять суматошное сердце.

Как? Как тут делать вид, что ничего не случилось. Как притворяться, что присутствие этого мужчины не задевает меня, не рождает желание прижаться всем телом, оторваться от земли и рухнуть в бездну чувств. Как!?

Если двоих так сильно тянет друг к другу, это - просто преступление против любви!

Алекс ощущал тоже самое. В этот раз он не сдержался, притянул меня к себе встал за спину, словно невзначай пробежался пальцами по обнаженной шее и шепнул:

– Я так скучаю.

– Я тоже, – призналась я.

Глаза у него потемнели. В них почти не осталось зелени. Ноздри расширились. Он жадно склонился, чмокнул меня сначала в висок, а когда я чуть повернула голову, чтобы ему было удобнее, с радостью воспользовался моим согласием, скользнул губами по щеке и накрыл мои губы.

Ох, ну почему сейчас не ночь, и мы не в его спальне? Почему?

Мой немой вопль остался без ответа.

Все последние три недели мы не допускали никаких вольностей. Не хотелось, чтобы мое ночное отсутствие кто-то обнаружил. Этот мир был целомудрен до зубовного скрежета. Он не терпел добрачных связей.

Но сегодня Алекс вновь принес своего крохотного дракончика, так что мы искренне были убеждены, что в ближайшие полчаса никому до нас не будет дела. Упс! Ошиблись!

– Как это понимать, Наташа Риммель?

Под потолком раздался раскат грома, в воздухе запахло озоном. Сверху на нас воззрилась бабуля.

От внезапности и от страха, что сейчас случится нечто ужасное, я отпрянула от Алекса, приняла совершенно невинный вид. Поздно. Призрак заполнил собой полкомнаты и окутался зловещим синим дымком.

В воздухе пророкотало:

– Что вы себе позволяете, маркиз?

На Алекса наставили указующий перст. Мой любимый сделал шаг вперед и задвинул меня себе за спину.

Бабуля уже перестала помещаться в гостиной, хоть потолки здесь и были выдающейся высоты. От грохота закладывало уши.

– Решили воспользоваться тем, что девочка молодая, наивная, неискушенная? Надумали опозорить на весь город? Выметайтесь отсюда, пока я сама не выкинула вас, как предыдущего женишка.

Призрачный палец передвинулся и указал на дверь. Бабуля подросла еще немного и рявкнула оглушительно:

- Вон!

Я выглянула из-за спасительных плеч, подала голос:

– Нет! Я не хочу! Пусть останется!

Что за мода? Ей лишь бы повыкидывать всех мужиков из дому. Ладно Энтони, он мне и самой не нужен. А этот мой! Не позволю!

– Тише, Наташа! Тише. – Алекс успокаивающе задвинул меня обратно. – Я сам разберусь.

- Вон! - бабуля и не собиралась отступать.

***

Алекс сделал руками едва заметный пасс, и нас окутало спасительное золотистое сияние. Голос мага позвучал тихо, но твердо:

- Прошу вас успокоиться, мадам Тереза. У меня не было дурных помыслов по поводу Наташи. Совсем наоборот. Я люблю ее больше жизни, и дня не смогу прожить в разлуке. Мои намерения серьезны, я собираюсь просить руки Наташи у Его Величества, сразу, как только она сдаст экзамен и получит дворянство. Более того, я делаю все, от меня зависящее, чтобы этот экзамен она сдала усешно. Поверьте, мадам Тереза, я никогда не причиню ей боли.

- Вот как попросишь руки, так и будешь волю рукам давать, а пока, мил дружок, поди-ка ты вон.

Призрак удивительным образом уменьшился и принял обычный размер.

Я мысленно перекрестилась, благодаря высшие силы, что никто не заметил моих отлучек во время наших нечаянных «снов».

- К сожалению, мадам, я не могу уйти, –Алекс развел руками. – У нас очень плотный график занятий. Хотите вы того или нет, я останусь, чтобы продолжить урок.

– Значит, и я останусь, – недовольно поджала губы бабуля. – Выпусти вас из виду на полчаса, вы тут же натворите разные непотребства.

Призрак переместился в угол, сложил на груди руки, всем видом давая понять, что с места не сдвинется до самого конца занятий.

Алекс нахмурился.

– Нет! - услышала я. - Вы сейчас же уйдете отсюда.

Бабуля даже опешила. Обычно никто не рисковал с ней спорить.

– Это почему еще? - ехидно проговорила она.

– Потому что