После развода с драконом, или Девять месяцев спустя - Ольга Ивановна Коротаева

— Устала?

— Это всё напряжение, — пояснила я. Вновь склонившись, аккуратно поправила влажные от пота волосы раненого мужчины, а потом вздохнула: — Как же это произошло! Думала, что твои воины перебили хищников.

— Должно быть, появились другие, — отрывисто произнёс Кэннон и пообещал: — На рассвете мы отправимся на охоту.

— А мне кажется, для начала стоит подумать, почему звери спускаются с гор, — я выпрямилась и скрестила руки на груди. — Что заставляет их бросать привычную среду обитания и выходить к людям? Нет, не к людям. К драконам! Слышала, они нас боятся.

— Ты права, — согласился лорд. — Это действительно странно.

— Леди… — послышался хриплый голос Руба.

— Ты очнулся, — обрадовалась я.

— Оссомы… — с трудом продолжил кузнец. — … Они преследовали кого-то. Кажется, это была женщина.

Глава 33

Вернувшись в поместье, я кивнула Кэннону, молча поблагодарив его за помощь и защиту, а потом бросилась наверх. Моя любимая «пожарная сирена» уже завывала вовсю. То ли сынок проголодался раньше времени, то ли чувствовал тревогу матери.

Я же не могла спокойно реагировать на плач малыша, потому что перед глазами стояла картина в комнате, где воины обнаружили зверей. Материнский инстинкт подстёгивал меня, требуя защитить младенца, даже если ему не угрожала опасность. Воины прочесали дом, начиная с чердака и заканчивая подвалом, куда мне не хотелось их впускать. Оссомов в поместье не было.

Ворвалась в спальню и застала Олю в слезах. Она укачивала орущего младенца и смотрела на меня почти с ужасом.

— Леди, я никак не могу его успокоить, — виновато пролепетала женщина и опасливо покосилась на приоткрытую дверь. — Приходил Никлим и осмотрел Жданушку, но тоже не смог сказать причину непрерывного крика.

— Ночью он ел меньше, чем обычно, — укладываясь на кровать и протягивая руки, чтобы принять малыша, успокаивающе ответила я. — Не тревожься раньше времени.

И верно, сынок мгновенно успокоился, причмокивая, а я ласково погладила шёлковые волосики на его маленькой голове.

— Мама рядом. Не волнуйся. Всё хорошо.

Пока малыш насыщался, рассказала камеристке о том, что произошло в деревне. Услышав о кузнеце, Оля испуганно пискнула и прижала к губам ладонь. А когда я поведала о некой женщине, уронила руку и печально покачала головой:

— Наверняка Руб сказал это в бреду. Разве слабая женщина сможет убежать от стаи оссомов?

Хотелось рассказать ей о следах, которые мы с воинами увидели в комнате с проваленным полом, но я покосилась на дрожащие руки камеристки и промолчала. Она и так чрезвычайно напугана. Поэтому перевела тему:

— Приезжие мастера справились с работой?

— Да, — Оля облегчённо заулыбалась. — Я не могла поверить своим глазам. Пол как новенький! Окно тоже починили. Сколько ни наблюдаю, каждый раз поражаюсь, какая невероятная бытовая магия. Кстати, мастера с меня и медянки не взяли! Наверное, воины лорда расплатились…

Она продолжала весело рассказывать, что происходило, пока меня не было, а я размышляла, как помочь деревенским жителям. Как защитить их от оссомов? И почему звери внезапно спустились с гор? Может, их что-то спугнуло? По телу побежали мурашки. Что могло прогнать хищников из привычной среды обитания.

— Эглор приказал Ване перенести целителя в отремонтированную комнату, чтобы освободить вашу гостиную, — не подозревая о моих мрачных мыслях, беспечно продолжала Оля. — Никлим сказал, что пока останется в поместье, и поселился с Домуином. Ой, что это я вас разговорами кормлю? Вы же наверняка с голода умираете. Я скоро!

Она выскользнула из комнаты, а я, казалось, только закрыла глаза, а проснулась уже ночью. Малыш захныкал, забавно сморщив крохотный носик. Я невольно улыбнулась и прошептала, чтобы не разбудить Олю, уснувшую сидя рядом с накрытым столиком:

— Кто это у нас недоволен мокрыми пелёнками? Сразу видно избалованного наследника! — Развернула ткань и ахнула в притворном ужасе: — Вы их ещё и испачкали? Ай-яй-яй, лорд Эгор Адмэнт Бэрнст! Ничего, сейчас мы это исправим.

Подхватила малыша и, положив животиком на свою руку, осторожно поднялась. Подошла к медному тазику и коснулась кончиком пальца воды. Золотистая искра пробежалась по поверхности, и вверх поднялся лёгкий парок.

Фокус, который я с трудом, но освоила, был очень полезным. Проверила температуру и осторожно подмыла недовольно хныкающего сына. А потом вернулась к кровати и аккуратно уложила младенца на чистую пелёнку.

* * *

Малыш взмахнул ручками и задёргал ножками, будто выражал удовольствие от воздушных ванн, и на душе у меня стало так хорошо, словно не было никаких проблем. Я не дрожала в ожидании, что Кэннон узнает о наследнике и отберёт его. И не было опасности нападения хищников. И не существовало некой таинственной женщины, от одной мысли от которой у меня по спине бежала ледяная струйка дурного предчувствия.

Лишь мой сынок и я.

Коснулась кожи малыша и, убедившись, что она уже не влажная, потянулась за баночкой крема. Я сама его сделала, чтобы быть уверенной в том, что у сына не будет опрелостей, ведь он ещё совсем кроха, и знаменитая драконья регенерация ещё на слабеньком уровне.

Для домашнего средства я смешала воск, как основу для крема, с соком калладского клёна. Из прошлой жизни помнила, что кленовый сок очень полезен для кожи. Он поддерживает оптимальный уровень влаги, делая кожу гладкой и сияющей. А ещё добавила отвар из кленовой коры, ведь это идеальное заживляющее средство.

Никлим обеззаразил баночку, а я нагрела состав магией, пока сок, отвар и воск не превратились в однородную массу. Крем получился настолько приятным, что я пользовалась им сама, хотя теперь моя кожа была молода, и любые раны быстро заживали.

«Всё потому, что я теперь дракон», — напомнила себе и взяла деревянной лопаточкой немного крема.

Возможно, я зря старалась, и у дитя дракона не могло быть раздражения, но рисковать не хотелось. К тому же мне было безумно приятно сделать малышу массаж. Я верила, что мамины руки дарят ему душевное тепло и уверенность в безопасности.

Закутав сына, наклонилась и поцеловала его в носик, а потом шепнула:

— Я тебя так люблю.

— Леди… — раздался неуверенный голос Оли, и я выпрямилась, вопросительно глядя на камеристку. — Мне приснилось, или вы назвали маленького лорда Эгор Адмэнт Бэрнст?

Я вдохнула, чтобы возразить, но слова застряли в горле.

А ведь верно!

С моих губ сорвалось именно это