Экономка в дар дракону - Екатерина Стрелецкая

ментально полностью сохранна, вполне может обслуживать себя, пусть и с посторонней помощью, и думала, какая же Фенелла всё-таки тварь. Жить в одном доме, хорошо, пусть замке, не особо быть перегруженной своими обязанностями, но при этом бросить родную бабушку… По сердцу словно ржавым ножом для хлеба резануло. Знаете, таким, с большими зазубринами. Не знаю, как мне удалось смирить разбушевавшуюся внутри бурю, чтобы не полезть к наглой и бездушной служанке. Сделав пару раз вдох-выдох, я присела на корточки и потрогала матрас, на котором лежала Лорна.

— Илза, его нужно заменить, он совершенно пришёл в негодность… — а про себя добавила, что удивлюсь, если в нём до сих пор не завелись опарыши.

Кухарка поняла мою недосказанность, но покачала головой:

— Подходящий чехол из холстины у меня есть, а вот чем набить, придётся подумать.

— Нечего тут думать, пойдёмте со мной, Илза.

Кухарка с любопытством посмотрела на меня, а, затем добавив строгости в голос, предупредила Лорну, что мы вскоре вернёмся.

— Где ваша комната? Нужно сперва забрать чехол, потом пойдём ко мне перину потрошить.

— Цефея, вы хотите набить пухом матрас для Лорны? — кухарка едва не споткнулась на ровном месте.

— Согласна, не самый лучший вариант: в таком возрасте, что у Лорны, нужно что-то пожёстче, чтобы спина не болела, но пока не вижу иных вариантов.

— Вы. Хотите. Сделать. Дорогой. Матрас. Для. Старой. Служанки?

— Да, и ещё раз — да! Мне не жалко, поэтому готова поделиться своей периной, чтобы она смогла нормально спать, по-человечески, а не вот так… почти по-скотски, брошенная и покинутая в одиночестве. Я благодарна вам, Илза, за вашу заботу по отношению к Лорне. Вам может казаться странным такое моё отношение к чужому человеку, но в нашей семье о стариках всегда заботились.

— У вас доброе сердце, Цефея, — расчувствовавшись, Илза хлюпнула носом.

— Не для всех Илза, не для всех…

— У вас связки ключей с собой?

— Конечно. Вы хотите что-то мне показать?

— Эллер требовал, чтобы я годный пух и перья с птицы собирала в мешки и убирал в одну из кладовых. Там немного, сами понимаете, что не так часто кур или дичь ели, но, возможно, хватит, чтобы и ваша перина не сильно стала «жидкой».

— Спасибо, это действительно хороший вариант. Тогда сперва к вам, потом в кладовку, а затем ко мне. Вон девушки уже с водой идут.

Я приказала оставить вёдра возле дверей каморки Лорны и нагреть ещё, чтобы к нашему возвращению была горячая, так как эта точно успеет остыть. Простужать няню Тагарда в мои планы не входило. В конечном счёте мы в две руки набили вполне себе приличный матрас, смешав пух с перьями из мешков и моей перины.

Пока тащили матрас и одну из моих подушек, Илза шепнула, чтобы я запирала дверь и была осторожна с Мореей, так как та была «любимой служанкой» Эллера. К Фенелле тот тоже пытался клинья под юбку подбить, но та, прикрываясь статусом бабушки, берегла себя для лорда Тагарда. Просто нет слов от таких «высоких отношений» и уровня «порядочности». Чувствую, от этих двух ещё нахлебаюсь по уши добра.

Лорна встретила нас очередными протестами, хотя уже и не такими сильными, как ранее. Пристроив на тумбочке матрас с подушкой, чтобы не свалились раньше времени, принялись за дело и за тело. Совершив ещё в моей спальне кощунственный акт надругательства над одной из сорочек Эллера, порвали её на лоскуты, чтобы использовать в качестве мочалок, так как использовать лыковую попросту не решились, боясь травмировать кожу Лорны. Поэтому, видя, что мы настроены решительно, старая женщина могла лишь бубнить себе под нос на упёртых негодяек.

Глава 24

Что ни делается, все к лучшему

Остатки ветхой сорочки поначалу мы с Илзой попытались осторожно снять, а потом, плюнув на бесполезность затеи, попросту разорвали. Благо ткань была совсем ветхой, удивительно, как только она ещё раньше не развалилась на Лорне. Мне кажется, я даже ночью во сне буду слышать треск расползающейся ткани.

— Илза, лорд Тагард ведь ещё не возвращался?

— А что такое? — поинтересовалась кухарка, деловито освобождая руку Лорны из остатков правого рукава.

Я показала на пролежни на спине:

— Лекарства нужны, а у него точно оставалась заживляющая мазь.

— Не стоит на меня снадобья дорогущие тратить, я и так одной ногой в могиле! — снова упрямо затвердила Лорна.

Мы с Илзой одновременно тяжело вздохнули, но продолжили своё дело. Ибо что тут было говорить? Наша песня хороша, начинай сначала. Из-за пролежней, к счастью, не совсем запущенных, пришлось развести воду в лохани до температуры парного молока, прежде чем усадить в неё Лорну. Мыть пришлось максимально бережно и аккуратно, хотя, на мой взгляд, тут больше подошла бы железная мочалка для мытья посуды — настолько давно не совершала няня Тагарда банные процедуры. А сколько раз пришлось вычёрпывать грязную воду, чтобы сменить, даже вспомнить страшно. Помимо спины, возникла проблема с волосами: как мы ни пытались их распутать, ничего не выходило.

— Илза, у вас ножницы есть? — устало спросила я кухарку, отчаявшись расчесать очередной клок гребнем.

Лорна испуганно выхватила из моих рук свою хиленькую косичку:

— Только падшим женщинам, да заразным волос режут!

Я присела рядом с лоханью так, чтобы мои глаза оказались на одном уровне с лицом старой женщины:

— Мы молиться на эту свалявшуюся мочалку будем или отрежем всего лишь часть, пока какой-нибудь гадости в вашей голове не завелось и пришлось бы побрить налысо?

— Лорна, не дури — соглашайся. Отрастут ещё твои кудри. Или продолжим драть до тех пор, пока не расчешем всё. Только тогда, боюсь, останется три волосины всего, если не меньше, — пробухтела Илза, уперев руки в бока.

Лорна перебирала дрожащими пальцами самую запутанную часть косички, который нам так и не удалось распутать. Там действительно свалялось настолько, что было даже на пряди её не разделить. Как и ожидалось, у няни Тагарда тоже ничего не вышло.

— Если придётся отрезать повреждённые волосы слишком коротко, то я покажу, как можно красиво повязывать платок до тех пор, пока они не отрастут. Почти как корона будет! Обещаю.

— Ладно, режьте… — смирилась Лорна, протягивая косичку, словно принося её в жертву.

Илза сходила за ножницами, а затем вручила их мне. Я зашла Лорне за спину, а затем