Академия Теней. Истинная трех - Эн Бакли

к нему. — Я была одна десять лет. Я мыла полы и спала в подвалах. Я не знала, кто я. Я боялась. Но я нашла своих. А ты — нет. Ты создал всё — и остался ни с чем.

— Я — всё.

— Ты — ничто, — я протянула руку. — Но ты можешь стать частью меня. Как они. Как тьма. Как тень.

— Ты предлагаешь мне сделку?

— Я предлагаю тебе дом, — сказала я. — Тот, которого у тебя никогда не было.

Он молчал. Тысяча глаз смотрели на меня. Тысяча глаз — и в каждом я видела страх.

— Ты боишься, — сказала я. — Впервые за вечность.

— Да, — прошептал он.

— Не бойся, — я взяла его за руку. — Я тебя не уничтожу. Я тебя приму. Как приняла их. Как приняла себя. Будь частью меня.

— А если я не хочу?

— Тогда ты останешься один, — я посмотрела ему в глаза — в те, что были в центре. — Навсегда. Как и прежде.

Он молчал. Долго.

Потом — шагнул ко мне. Не нападать. Обнимать.

— Прими меня, — сказал он.

Я обняла его.

Тьма хлынула внутрь — не враждебно, не больно. Как вода в сухую землю. Как воздух в лёгкие после долгого ныряния.

Я стала больше.

Я стала целым.

Я стала — всем.

Когда я открыла глаза, Творца не было.

Он был во мне. Как тень. Как мама. Как ректор.

— Элиана! — Кассиан подбежал первым. — Ты как?

— Жива, — выдохнула я.

— Вся? — спросил Рейго, поднимаясь с земли.

— Вся.

— Навсегда? — спросил Микаэль, появляясь из тени.

— Навсегда, — я улыбнулась. — Обещаю.

Они обняли меня. Все трое. Я чувствовала их страх, их облегчение, их любовь.

— Всё кончено, — прошептала я.

— Нет, — раздался голос от ступеней.

Ректор.

Он стоял бледный, почти прозрачный.

— Аш'Тарос? — я шагнула к нему. — Что с тобой?

— Я отдал тебе свою силу, — он усмехнулся. — Всю. Чтобы ты могла принять Творца.

— Зачем?

— Чтобы ты выжила, — он покачнулся. — Чтобы они выжили. Чтобы мир выжил.

— Ты не умрёшь, — я взяла его за руку.

— Суккубы не умирают, — он посмотрел на меня. — Мы исчезаем.

— Не исчезай.

— Я всегда буду с тобой, — он коснулся моего медальона. — В твоей тени. Как твоя мать. Как Творец. Как часть тебя.

— Аш'Тарос...

— Не называй меня так, — он усмехнулся. — Прощай, Элиана.

Он исчез.

Растворился в воздухе. Оставил только холод — и пустоту.

Я стояла, сжимая медальон.

— Прощай, — прошептала я.

Слёзы текли по щекам. Кассиан обнял меня. Рейго — с другой стороны. Микаэль — за спиной.

— Он был хорошим, — сказал Кассиан.

— Он был лучшим, — ответила я.

Мы стояли вчетвером на пустом плацу. Серое небо начало светлеть.

Война закончилась.

Но цена была высока.

ГЛАВА 28. Пустота

Я проснулась в своей комнате.

Солнце светило в окно. Птицы пели за стеной. Всё было как обычно. Но я чувствовала — что-то не так.

— Ты проснулась, — раздался голос от двери.

Кассиан. С яблоками. Красивыми, красными, с капельками воды.

— Ты принёс яблоки, — сказала я.

— Я всегда приношу яблоки, — он улыбнулся. Но улыбка была грустной. Слишком грустной для утра.

— Что случилось?

— Ты не помнишь? — он сел на край кровати.

— Что я должна помнить?

— Вчера, — он взял меня за руку. — Битву. Творца. Ректора.

Я попыталась вспомнить. В голове — пустота. Не та пустота, которая была раньше, когда я ничего не помнила о детстве. Другая. Будто кто-то взял ластик и стёр несколько дней.

— Не помню, — сказала я. — Ничего.

— Совсем?

— Совсем.

Он сжал мои пальцы. Сильнее, чем обычно.

— Это пройдёт, — сказал он. — Мы поможем.

— Кто — мы?

— Я. Рейго. Микаэль, — он посмотрел на меня. — Твои Истинные.

— Мои... что?

Он замер.

— Ты не помнишь и этого?

— Я помню вас, — я попыталась улыбнуться. — Кассиан — демон, который любит огненные яблоки. Рейго — дракон, который боится пауков. Микаэль — вампир, который пьёт только кровь добровольцев.

— Это всё?

— А что ещё?

Он отпустил мою руку. Встал. Отошёл к окну.

— Мы были больше, чем просто знакомые, — сказал он. — Мы были твоими Истинными. Ты выбрала нас. Всех троих.

— Я выбрала... всех?

— Да, — он повернулся. — И мы выбрали тебя.

Я смотрела на него. Красивый. Грустный. Чужой. Почему-то чужой.

— Извини, — сказала я. — Я правда не помню.

— Ничего, — он усмехнулся. — Я подожду. Мы все подождём.

Он ушёл. Оставил яблоки на тумбочке.

Я взяла одно. Надкусила. Сладко. Но почему-то горько.

Через час пришёл Рейго.

Он сел на пол, прислонился к кровати. Посмотрел на меня снизу вверх.

— Кассиан сказал, ты не помнишь.

— Не помню.

— Совсем?

— Почти совсем.

Он помолчал.

— Я дракон, — сказал он. — Мы не умеем говорить о чувствах. Но я попробую.

— Не надо, — сказала я. — Я верю, что мы были близки. Я чувствую... тепло. Когда вы рядом.

— Тепло — это мало, — он покачал головой. — Ты любила нас. По-настоящему. А теперь — только тепло.

— Прости.

— Не извиняйся, — он встал. — Это не твоя вина. Ты спасла мир. Цена — память.

— Я спасла мир?

— Ты победила Творца, — он посмотрел на меня. — Приняла его в себя. Стала сильнее всех.

— А ректор? — спросила я. — Где он?

Рейго замер.

— Ты помнишь ректора?

— Помню, — я нахмурилась. — Он учил меня управлять тенью. Он был... странным. Холодным. Но я чувствовала, что он... что он...

— Что?

— Неважно, — я покачала головой. — Где он?

— Он исчез, — Рейго отвернулся. — Отдал тебе свою силу. Чтобы ты победила.

— Он умер?

— Суккубы не умирают, — он посмотрел на меня. — Они исчезают. В тень. Как твоя мать.

— И он теперь моя тень?

— Частично, — Рейго взял меня за руку. — Он всегда будет с тобой. Но ты не сможешь его увидеть. Не сможешь услышать.

— А я хочу.

— Знаю, — он сжал мои пальцы. — Мы все хотим.

Вечером пришёл Микаэль.

Не сел. Не взял за руку. Просто стоял в дверях и смотрел.

— Ты не помнишь, — сказал он.

— Не помню.

— И меня?

— Тебя помню, — я посмотрела на него. — Ты — вампир. Ты любишь контроль. Ты боишься только одного — вечности без смысла.

Он усмехнулся.

— Это я говорил?

— Да, — я кивнула. — В библиотеке. Ты сидел в кресле, я — на полу.

— Ты помнишь это, но не помнишь, как я любил тебя?

— Ты любил меня?

— Люблю, — он поправил. — Настоящее время.

— Извини, — сказала я. — Я правда не помню.

— Ничего, — он шагнул в комнату. — Вампиры умеют ждать.

— Ты говорил, что вечность — это мало.

— Для тебя я готов ждать бесконечность, — он сел на край кровати. — Это я тоже говорил?

— Да, — я улыбнулась. — В