Коллекционер - Стаси и Элен Твенти

Он не спал до рассвета. Когда первые лучи солнца коснулись каменных стен, он вышел на утреннюю прогулку, сам не зная, чего ищет. Возможно, прохладный воздух поможет проветрить голову.

И он увидел ее.

Кайена шла по дорожке сада. На ней было простое платье для верховой езды, волосы собраны в тугой узел. Она выглядела свежей, отдохнувшей и абсолютно спокойной. Она заметила его издалека и не свернула, а пошла прямо навстречу.

Алекс замер, готовясь к тому, что возможно она в курсе его ночной вылазки. Он уже репетировал оправдания и дерзкие ответы.

Она остановилась в паре шагов от него, и на ее губах играла легкая, почти вежливая улыбка.

— Доброе утро, сказочник, — ее голос был ровным и мелодичным. — Слышала, в деревне этой ночью было неспокойно. Нашли новый способ молоть муку. Одновременно тремя жерновами. Должно быть, очень… производительно.

У Алекса перехватило дыхание. Она знала. Не просто догадывалась — знала в деталях. И выбрала для этого самое унизительное сравнение, какое только можно было придумать, низведя его «триумф» до уровня сельскохозяйственных работ.

Он открыл рот, чтобы съязвить в ответ, но замолчал. Все его заготовленные фразы рассыпались в прах. Потому что в этот самый момент, всего на одну долю секунды, он увидел это. Прежде чем ее лицо снова стало непроницаемой маской насмешки, в глубине ее зеленых глаз мелькнула тень. Не злости. Не ревности. А сожаления. Словно она увидела, как редкая и интересная игрушка оказалась простой и предсказуемой дешевкой.

И этот мимолетный взгляд ранил его сильнее любой пощечины, сильнее самого изощренного оскорбления. Он не только проиграл, он еще и разочаровал ее.

— Я… — начал он и осекся.

— Что, Алекс? — она слегка наклонила голову, и ее улыбка стала шире, острее. — Внезапно закончились истории?

Она просто обошла его и двинулась дальше по дорожке.

— Хорошего дня, — бросила она ему через плечо.

Он остался стоять один посреди сада. Пустота внутри него заполнилась чем-то новым. Острым, как стекло, чувством стыда. Она не просто победила. Она заставила его самого почувствовать себя неинтересным.

Вечером он намеренно ее искал. Он не мог не прийти. Он нуждался в ее словах, чтобы понять свое состояние. Он обнаружил ее в библиотеке.

— Хотите новую сказку? — спросил он, останавливаясь у ее кресла. — Про глупого мальчика, который пытался потушить пожар бензином?

Она оторвалась от книги.

— Зачем мне сказка? — ее голос был спокоен. — Я предпочитаю наблюдать за экспериментами вживую. Это гораздо поучительнее.

— И какие выводы из последнего эксперимента? — спросил он, подходя ближе.

Она посмотрела на него долгим, изучающим взглядом.

— Вывод один, — сказала она, и в ее голосе зазвенела сталь. — Даже самые сложные механизмы иногда ломаются от самых примитивных действий. Но самое интересное — посмотреть, сможет ли механизм починить сам себя. Или его придется выбросить.

Она снова открыла свою книгу и больше не подняла головы.

Глава 37

Проблема с солью

После той ночи Алекс замкнулся. Он не искал встреч с Кайеной, избегал ее общества и отвечал на ее редкие вопросы односложно. Его дерзость сменилась угрюмой отстраненностью. Он ждал, что его вышвырнут, но, к его удивлению, его оставили в покое. Кайена, казалось, наслаждалась его молчаливым страданием, изредка бросая на него взгляды.

Их хрупкое равновесие нарушил не очередной спор, а вполне реальная проблема. В замке назревал кризис. Однажды утром Алекса, как и весь персонал замка, вызвали в главный зал. Кайена сидела на своем троне, но это была не игра. Ее лицо было напряженным, ее обычно безупречная собранность дала трещину. Перед ней стоял пожилой перепуганный мужчина — управитель соляных шахт.

— Повтори, — приказала Кайена, и ее голос был опасно тихим.

— Соль, госпожа… она горькая, — лепетал управитель, вытирая пот со лба. — Вся новая жила проклята. Мы добыли тонны, но она непригодна. Как будто проклята. Мясо, засоленное ей, гниет. В еду ее добавлять нельзя.

В зале пронесся тревожный шепоток. Соль была не просто приправой. Это был главный консервант. Стратегический ресурс. Без соли армию зимой не прокормить, а запасы продовольствия превратятся в прах.

— Я послал людей искать новые шахты, но это займет месяцы, если не годы, — продолжал управитель. — Мы можем попытаться выменять соль у соседей, но они, прознав о нашей беде, взвинтят цены до небес. Мы на пороге катастрофы, госпожа.

Алекс слушал, стоя в толпе слуг у стены, и что-то в его памяти, покрытое пылью школьных лет, шевельнулось. Горькая соль… Он вдруг вспомнил урок химии из курса восьмого класса.

Кайена отпустила управителя и обратилась к своим советникам. Они предлагали то же, что и старик: искать новые шахты, начинать торговые переговоры, молиться богам. Все это были долгие, неэффективные решения. Алекс видел, как темнеет ее лицо. Она, мастер контроля, была в ловушке.

Он колебался. После своего «триумфа» в деревне он чувствовал себя самозванцем, который не имеет права лезть с советами. Но, глядя на ее лицо, на котором впервые отразилось нечто похожее на отчаяние, он принял решение. Он не хотел побеждать ее. Он хотел, чтобы она снова стала сильной.

Вечером он пришел в ее кабинет. Она стояла у карты, но не смотрела на нее.

— Пришел рассказать сказку о волшебной солонке, которая сама наполняется солью? — спросила она, не оборачиваясь.

— Нет, — ответил он. — Я пришел спросить, насколько соль горькая.

Она удивленно повернулась. Вопрос был странным.

— Как будто смешана с землей и желчью. Почему тебя это волнует?

— Потому что это не проклятие, а примеси. И есть простой способ это исправить.

На ее лице появилось знакомое выражение насмешливого недоверия.

— Еще один твой трюк, сказочник? Ты теперь алхимик?

— Это не трюк. Это наука, — его тон был серьезным, лишенным прежней дерзости. Он говорил как специалист, а не как игрок. — Дайте мне бочку вашей горькой соли, пару больших котлов, чистую ткань, огонь и немного времени.

— Немного времени, — повторила она, изучая его.

В его глазах не было ни желания произвести впечатление, ни флирта. Только деловая сосредоточенность.

— Если ты просто испачкаешь мне кухню, Алекс, я лично отскребу твою шкуру и засолю ее в этой же горькой соли.

Они спустились в огромную замковую кухню. По приказу Кайены оттуда выгнали всех поваров. Принесли мешок горько пахнущей соли.

— Что дальше, алхимик? — скрестив руки на груди, спросила Кайена.

— Сначала — промывка, — скомандовал он. Он насыпал соль в мешок из плотной ткани и велел стражнику несколько раз окунуть его в чан с чистой водой. Грязная, бурая вода стекла. — Теперь