Путь княгини 2 - Нина Петровна Ахминеева

— Хозяин, разрешите объяснить, — прошептал он непослушными, пересохшими губами.

— А нечего объяснять, — пугающе спокойно произнес князь Ростов. — Я все знаю.

Молниеносным движением он вскинул руку и сжал горло своего цепного пса. Завоняло паленой плотью. Через миг голова Ивана шлепнулась на паркет, а следом за ней рухнуло и тело.

Борис Васильевич достал из кармана пиджака белоснежный платок, брезгливо вытер пальцы и небрежно кинул ткань на дергающийся в конвульсиях обезглавленный труп. Посмотрел на шокированно таращащего глаза компьютерщика и повернулся к Пахому.

— Проследи, чтобы тут прибрались. А после приходи ко мне в кабинет, обсудим твои новые обязанности.

Свеженазначенный начальник службы безопасности уважительно поклонился.

— Слушаюсь, хозяин.

Переступив через труп Ивана, князь Ростов покинул комнату и вышел на улицу. Он бодро шагал к главному дому, насвистывая веселенькую мелодию, и улыбался. Нет, проблемы у Бориса Васильевича никуда не делись, но дурное настроение определенно улучшилось.

Глава 16

Ректор Ростовской школы магии. Школьная аллея

Солнце вынырнуло из-за облака, на мгновение ослепив Николая Владимировича. Прищурившись, он передвинулся к краю садовой лавки, таким образом прячась в тени дуба от ярких лучей. Глянул на соседа. Привычно невозмутимый студент-инквизитор сидел с закрытыми глазами. То ли дремал, то ли думал — не разобрать. Но, скорее всего, князь Александр Федорович Меньшиков о чем-то размышлял.

— Твою ж мать! — с чувством ругнулась восемнадцатилетняя княгиня Алайская.

Опытный преподаватель понимающе усмехнулся, смотря, как Мария трясет кистями и растирает уставшие пальцы. А затем она буквально за секунду восстановила разрушившийся конструкт и в очередной раз принялась доводить копию до идеала.

Даже после всего, что сегодня случилось, не сдается. Если так пойдет и дальше, то минут через тридцать княгиня реально справится с заданием. Красивая, умная, с отличным потенциалом, еще и характер волевой. Восхитительная девушка!

Мечтательная улыбка на секунду осветила строгое лицо Николая Владимировича. От переполняющих сознание эмоций в груди сладко защемило.

— Мария Георгиевна Алайская привлекает вас как женщина, — внезапно прозвучал ровный голос инквизитора. Алекс не спрашивал — утверждал.

Застигнутый врасплох ректор едва заметно вздрогнул. О том, что рядом сидит эмпат, он успел забыть. Хотя даже если бы и помнил, что бы это изменило? Закрыться от князя Меньшикова способны лишь единицы: члены императорской семьи да верховный инквизитор. Всем остальным одаренным такое не под силу. Уже на первом курсе студент Александр Меньшиков без особого труда взламывал многоуровневую защиту, а теперь в большинстве случаев он ее и вовсе не замечает. Неприятно, но факт.

— Какие у вас планы насчет Маши? — не меняя интонации поинтересовался Алекс.

Нахмурившись, Николай Владимирович повернулся к эмпату. Тот выглядел как всегда бесстрастным, но в глазах было нечто, не поддающееся идентификации. И разговор Александр затеял, понятное дело, не из праздного любопытства. Но вот что им движет? Поди догадайся.

Ректор отвернулся, положил ногу на ногу и перевел взгляд на Марию. Княгиня не шевелилась и, казалось, даже не дышала, однако внутри беспрестанно меняющей форму оболочки конструкта нить за нитью складывался сложнейший узор.

Николай Владимирович откровенно залюбовался миниатюрной темноволосой девушкой. Сейчас она походила на изящную фарфоровую статуэтку.

— Вы не ответили, — напомнил Меньшиков.

Стоп! А не ревнует ли он?

Князь Нарышкин пристально посмотрел на студента-инквизитора, прекрасно помня, что сам просил его приглядеть за простолюдинкой-самородком Машей Ивановой, которая в итоге оказалась главой княжеского рода Алайских.

На лице Алекса не отражалось ни единой эмоции. Этот двадцатичетырехлетний мужчина контролировал себя бесподобно. И все же догадку стоило проверить.

— А как бы вы поступили на моем месте? — с дежурной улыбкой поинтересовался ректор.

Александр промолчал. Удерживаемая им непроницаемая маска не дрогнула, но взгляд потемнел. Вот и ответ: он бы ее никому не отдал.

Николай Владимирович про себя тяжело вздохнул. Общаться на подобную тему с собственным учеником — точно не предел его мечтаний. Бросив взгляд на работающую княгиню, он с грустью улыбнулся и выдал без утайки:

— Мария действительно мне очень нравится. И как человек, и как женщина. Сейчас она находится в крайне сложной жизненной ситуации, и я искренне хочу ей помочь, а потому сделаю все, что в моих силах. Тем не менее об ухаживаниях за Марией Георгиевной не может идти и речи, хотя я не женат и не помолвлен.

Меньшиков поморщился, демонстрируя отношение к услышанному. Николай Владимирович и сам понимал, как прозвучали его слова для эмпата: говорит одно, а чувства транслирует совсем другие.

Откуда-то прилетевшая бабочка-капустница покружила над головой ректора, деловито уселась на лацкан пиджака. Князь Нарышкин аккуратно подтолкнул бабочку указательным пальцем, побудив испуганно вспорхнуть.

— Мне тридцать девять, Маше восемнадцать. Девочка годится мне в дочери. Большинство мужчин такая огромная разница в возрасте не смущает, напротив, бодрит. Для меня же это серьезное препятствие.

— Ваши эмоции идут вразрез со словами, — вроде бы спокойно заметил Меньшиков, но ректору почудилось, будто температура окружающего воздуха опустилась на несколько градусов.

— И что с того? — парировал Николай Владимирович. — О человеке судят не по словам или эмоциям, но по действиям. Скажите, вы замечали, чтобы я оказывал знаки внимания Марии Георгиевне как мужчина?

На лбу Меньшикова пролегла глубокая складка. Он вновь не ответил, но во взгляде отчетливо читалось: если ты до сих пор ничего не делал, то не значит, что завтра не пойдешь в атаку.

Николай Владимирович потер кончик носа и решительно хлопнул ладонью по колену.

— Давайте начистоту. Я отдаю себе отчет, что не пара для этой чудесной девушки, и не только из-за серьезной разницы в возрасте. Я не нищий, но могу рассчитывать исключительно на зарплату ректора и скромный гонорар от научных работ. Отец меня признал, дал свою фамилию и княжеский титул, но о том, что я родился вне брака, напоминает регулярно. И не он один. Поверьте на слово, даже признанным бастардам живется несладко. Для меня не секрет, что с происхождением родителей Марии не все идеально, но она — урожденная княгиня и глава рода, ее право на титул неоспоримо. Своими ухаживаниями я добавлю ей к уже имеющимся проблемам еще и репутационные. Ну и зачем? Для чего ломать жизнь этой девочке?

Студент-инквизитор положил руку на спинку лавки, задумчиво потер подбородок.

— Выходит, предвидя проблемы, которые могут возникнуть в будущем, вы осознанно отказываетесь от попыток завоевать сердце женщины? Несмотря на то, что она вам