Дикие края - Линетт Нони

Хок ответил мужу не менее нежным взглядом и хмыкнул:

— Я и был в порядке. Меня зашили, и я был готов идти.

Он приподнял край термофутболки, демонстрируя четыре глубоких шрама на животе. Я заметил их еще на реке, но теперь, зная их происхождение, невольно поморщился.

— На тебя напал лев? — прошептала Чарли, её фиолетовые глаза расширились.

— Львица. И это была чистая случайность. — Хок отмахнулся. — Я осматривал местность для лагеря и совершил ошибку новичка — не смотрел по сторонам. Она была с львятами и увидела во мне угрозу. Просто защищала их.

Чарли поморщилась, и я вместе с ней.

— Всё сложилось к лучшему, иначе я бы никогда не встретил этого человека, — сказал Хок, возвращая Бентли толчок плечом. — Я оставался в лагере Красного Креста, пока не поправился. К тому времени Бентли закончил съемки, и я предложил ему поехать со мной исследовать Восточную Африку. У него была с собой вся аппаратура, он снимал наше путешествие… и остальное, как говорится, уже история.

— Так начался «Дикий мир Хока», хотя мы тогда об этом и не подозревали, — Бентли нежно улыбнулся мужу. — Всем, что у нас есть, мы обязаны той львице.

После его слов воцарилась уютная тишина.

— Какая красивая история, — тихо сказала Чарли. — Я никогда её не слышала.

— Твоя мама не рассказывала? — спросил Хок. — Ты говорила, она большая фанатка шоу.

Выражение лица Чарли в этот момент… Я не могу его описать, но оно заставило меня выпрямиться. Тревога кольнула грудь.

— Нет, — медленно произнесла она хриплым голосом. — Она… она мне не рассказывала.

Хок, казалось, ждал продолжения, но Чарли была бледна, а губы плотно сжаты. Сегодня она избегала любых вопросов о семье, даже в промо-роликах. Я решил вмешаться и сменить тему:

— Мы хотим знать, что нас ждет завтра, или для здорового сна лучше оставаться в неведении?

Наш выживальщик расхохотался:

— Придется подождать и увидеть. — Он вылил остатки чая на землю и потянулся. — Пора на боковую. День был долгим, а завтрашний будет еще длиннее. — С озорной ухмылкой он добавил: — Утром нам предстоит пересечь большое ущелье, так что копите силы. Они вам понадобятся.

«Насчет оставаться в неведении» — это он явно проигнорировал.

— Когда ты говоришь «пересечь», ты ведь имеешь в виду пешком по дну, верно? — спросила Чарли. В ответ — тишина. — Верно ведь?

Хок подбросил в костер пару толстых поленьев.

— Называй это как хочешь, Чарли, лишь бы тебе это помогло уснуть.

— Ну да, теперь-то я точно усну, — пробормотала она.

Я подавил улыбку и проводил взглядом Хока и Бентли, которые скрылись в своем парашюте-палатке.

Между нами с Чарли повисла неловкость. Я быстро сообразил, в чем дело, и сказал:

— Забирай палатку. Я посплю снаружи у костра.

Она нахмурилась:

— Это не… я имею в виду… мы можем… мы можем поместиться вдвоем.

Несмотря на слова, она явно чувствовала себя не в своей тарелке: взгляд бегал от палатки к костру, лицо было напряженным. Она и так сделала для меня слишком много, просто согласившись на этот поход; меньше всего я хотел доставлять ей лишний дискомфорт.

— У меня дома таких видов не найдешь, — сказал я, указывая на реку в лунном свете и бездонное звездное небо. Момент был идеальным: как раз в эту секунду по горизонту прочертил след метеор. — Я сто лет не спал под открытым небом и правда этого хочу. Иди, убежище полностью в твоем распоряжении.

Она всё еще колебалась. Я понимал почему: воздух был настолько холодным, что изо рта шел пар, а земля была жесткой и каменистой. Не самый приятный сон, но так Чарли могла не бояться проснуться в моих объятиях.

От этой мысли по телу разлилось неожиданное тепло. Глупо отрицать — она мне нравится. Не только внешне, но и то, что я начинаю узнавать о ней. Однако я понимал, что эти чувства не взаимны, и самым разумным было игнорировать их. Нам осталось три дня, а потом наши пути разойдутся. Она ясно дала понять, что друзьями мы не будем, и я уважал её желание, хоть и не понимал его причин.

— Что ж, тогда спокойной ночи, — сказала она, неловко потирая плечи.

Я постарался, чтобы моя улыбка была искренней:

— Спокойной ночи, Чарли. Не давай лесным букашкам тебя кусать. — Улыбка погасла. — Нет, серьезно, не давай. Они здесь, скорее всего, смертельно ядовиты.

Она негромко рассмеялась, и это тепло снова кольнуло меня.

— Спокойной ночи, Зандер. Увидимся утром. Если оба доживем.

На этой ноте черного юмора она скрылась в палатке, оставив меня наедине с треском костра, шумом реки и стрекотом сверчков. Непривычные звуки природы казались такими громкими, что я был уверен — не усну до рассвета.

Но я ошибался. Стоило закрыть глаза, как усталость взяла свое, и я провалился в сон.

Первое, что я услышал утром, был женский голос. Но не Чарли.

Я открыл глаза и увидел Скарлетт в окружении съемочной группы в черном. Они суетились по лагерю: Скарлетт о чем-то говорила с Хоком, а техники помогали Бентли менять оборудование.

Я со стоном сел. Тело было одной сплошной раной после вчерашних подвигов и сна на жесткой земле. Размяв шею и потянувшись, я медленно поднялся.

— Доброе утро, Зандер, — сказала Скарлетт, когда я подошел к ним с Хоком. — Как спалось?

Хруст моих суставов ответил за меня.

— Умоляю, скажи, что ты привезла кофе и на нашу долю? — взмолился я, вдыхая божественный аромат из её термокружки.

— Кофе ждет тебя в отеле. — Её карие глаза лукаво блеснули, когда она сделала глоток. — Получишь его в пятницу, когда вернешься.

— Жестоко, — выдохнул я, хотя другого ответа и не ждал.

Она рассмеялась:

— Чарли сказала то же самое.

— Она уже встала? — Я посмотрел на палатку.

— Ты единственный, кто умудрился проспать весь этот шум, — заметил Хок. — Она пошла вниз по течению умыться. Надеюсь, она делает это быстро, иначе заработает гипотермию.

Я вчера заходил в реку по колено и знал, что он не преувеличивает. Начало весны — вода не просто холодная, она ледяная. Но мне тоже хотелось освежиться, так что я уточнил направление и пошел в другую сторону. Я не решился заходить глубоко, но использовал запасной носок как мочалку и привел себя в порядок.

Когда я вернулся в лагерь, Чарли уже была там. Она подвинулась на бревне, освобождая мне место, и протянула горсть розовых ягод лилли-пилли со словами:

— Завтрак.

Не кофе, но и