Здрасте, я — ваше счастье - Наталья Юнина

— Ну, если хотите распрощаться со своей нижней достопримечательностью, тогда уважу. Так что, организуем свадьбу?

— Мечтай. Организуй мне кофе. И побыстрее.

Я сбегаю в ванную словно преступница. Умываюсь ледяной водой, но это не особо помогает прийти в себя. Провожу пальцами по губам.

Приснившееся серьезно вывело меня из колеи. Задаю себе честный вопрос: если бы не гадалка и не имя, оканчивающее на «ат», обратила бы я внимание на Арестова? Ответ мне не нравится. Глупо отрицать очевидные вещи. Только отбитая на голову девица не признает, что он неприлично красивый мужчина. Я хоть и отбитая, но не настолько. Вот только ненормальная даст себя поцеловать тому, кто считает ее шлюхой.

Зачем я вообще напилась? Как вспомню, что несла, по сути, незнакомой женщине, становится стыдно. Я надеваю не первой свежести блузку вместе с пострадавшей юбкой и спускаюсь на кухню вместе с Арестовым.

Я надеялась, что не увижу хотя бы сейчас Валерию. Так себе — смотреть в глаза человеку, который в курсе, что моя мать алкоголичка, лишенная родительских прав. Об этом позоре не знает никто. И что я делаю? Напиваюсь, как моя ныне покойная мать. Ну, давай повтори ее судьбу.

Опускаю взгляд в пол, как только Валерия, стоящая у плиты, поворачивается к нам. С какой вероятностью она могла забыть о чем мы тут трещали? С нулевой.

— Как дела, дети мои? Судя по Катиной юбке, вы-таки тонули в пучине страсти? — О Господи.

— И не надейся, мама. Все всплыли.

— Это не то, что вы думаете, Валерия. Просто молния на юбке не поддавалась и пришлось ее порвать, чтобы вылезти из нее.

— Только и всего? Ну ладно, я всем сварила бульон. Нам после пьянки и тебе болезному будет хорошо. Кстати, пока вы спали, я поставила под кровать стакан с водой и ветку, — Боже, это то, о чем я думаю?!

— Мама, что ты несешь?

— Ну, ветку на стакан с водой положила под кровать. Типа мост, чтобы суженый ряженый нашел путь к Кате. Катерина, тебе приснился будущий муж? — Господи!

— Да.

— Ну и как? Красивый?

— Очень.

— Ну и замечательно.

Не хочу об этом думать. Это чушь собачья! Искаженное восприятие на фоне алкоголя.

— Извините, я вспомнила, что мне надо кошку отвести к ветеринару. Я пойду. Простите.

Еще никогда я так быстро ниоткуда не сбегала. Даже тогда, когда стырила штаны Арестова. Домой попадаю в полном раздрае. Единственное, что вдохновляет — покупка машины.

* * *

Благо, что о позорной ночи Арестов мне не напоминал. Наши отношения на работе выглядят вполне сносными, если не брать в расчет все его придирки.

— У тебя есть четыре часа, чтобы купить приличное платье и сходить в салон. Скинь мне потом адрес, я заеду за тобой.

— А мы куда?

— На одну важную для меня пирушку. Присядь, — хлопает рядом с собой на стул. — Запоминай.

Он открывает папку и указывает на фотографию. Представляет мне мужчину, а затем произносит:

— Очаруй его.

— В смысле? Это как? — он что, собирается под кого-то меня подложить?!

— Включи свою вот эту очаровательную припизданутость на максималку.

— Я не понимаю, что я должна делать. Флиртовать?

— Боже упаси. Я сказал очаровать, а не отвадить. Будь собой. Ну той своей ненормальной частью.

— Я борюсь с этой темной стороной своей натуры.

— У меня для тебя плохая новость: она побеждает. Все. Остальное решим на месте по ходу дела. Не зацикливайся. И не делай слишком яркий макияж.

— Почему? Я же должна очаровать.

— Очаровать, а не совращать. Ты и так красивая, — вау. Это что такое? Метеорит упал, что ли? — В смысле сойдешь. Все, иди. Не забудь скинуть СМС с адресом.

Гулять, так гулять. Не знаю почему, но безумно хочется быть такой красивой, чтобы он слюной подавился. Ну и чтобы закипел, разумеется, от злости. Про причины такого поведения даже думать не хочу. Я в него не влюблена. Он мне даже не нравится. Категорически не нравится. Наверное. Не наверное, а точно!

Стоит мне только сесть на заднее сиденье в машину, как Арестов отлипает от своего телефона. Смотрит на меня максимально странно. Недоволен. Ну, так и планировалось. Это ты еще платье не видел.

— Я просил, не краситься сильно.

— Так я и не сильно.

— У тебя глаза видны из космоса.

— Спасибо за комплимент, но, если честно, ваши ресницы неприлично длинные для мужчины. Думаю, видны как раз они, а не мои глаза.

— Снова не пойму, ты обосрала или похвалила?

— Позавидовала.

Арестов ничего не отвечает, молча отворачивается и утыкается взглядом в смартфон. Всю дорогу мы едем молча. И как только мы оказываемся на месте, и я снимаю пальто, придираст нарушает молчание своим тяжелым дыханием.

Он осматривает меня с ног до головы и, кажется, сейчас я счастлива. Я красива как никогда. Черное облегающее платье чуть ниже колена подчеркивает мои очень даже привлекательные нижние девяносто, равно как и верхние. Пуговицы, идущие сверху от груди, плавно переходящие в бок, почему-то делают мою фигуру еще сексуальнее. Платье действительно приличное. Небольшой вырез сбоку не в счет. Хорошо. Мне безумно хорошо от такого, как сейчас бесится Кирилл. Я чокнутая.

— У тебя какие-то проблемы, Катя?

— Да. Много каких. Хотите их решить?

— Хочу сводить тебя к окулисту. Пойдешь?

— На зрение вроде бы не жаловалась, а что такое?

— Да вот думаю, ты действительно плохо видишь? Я сказал приличное платье.

— Так оно офигеть какое приличное. Вы цену его видели?

— Нет.

— А придется увидеть. Платите-то вы. Вот там ого-го какая приличная цена. Поверьте мне на слово.

— Ты зачем это делаешь?

— Что? Вы сами говорили в первый день, чтобы юбка была узкой? Платье узкое. Все, как вы просили.

— Я говорил это, чтобы тебе было неприятно.

— Ну так считайте, что вы сделали мне неприятно именно сейчас. Хотя, мне кажется, что неприятно именно вам. Как жизнь интересно складывается. Правильно говорят: бойтесь своих желаний.

Я бы непременно придумала что-нибудь еще, чтобы раздразнить Арестова, но он резко хватает меня за запястье и куда-то ведет. Только, когда он толкает меня в туалет,