Личная помощница для монстра - Анна Григорьевна Владимирова

— Голова болит. — И она вскинула руку к шишке.

Я вскинул ее на руки и вынес из палаты. И столкнулся с Олегом у двери.

— Что такое? — насторожился он.

— Она упала с кровати, — холодно сообщил я и направился по коридору.

— Как? Что с ней? — ринулся он следом. — Она спала, и я вышел всего на пару минут.

С парой минут он, конечно, сильно наврал.

— Не вините себя, — отмахнулся я. — Вы не виноваты. Но я проведу небольшое обследование, чтобы убедиться, что с ней все в порядке.

— Ладно…

Что-то в этих двоих мне не нравилось. Либо с мамой Насти была какая-то беда. Либо с ними обоими — дядей и племянницей. И эта тьма, которую я ощущал в Олеге, теперь казалась мне гораздо большей, чем просто мыслями о том, чтобы расстаться с девочкой и отдать на усыновление.

— Скажите, а вы были близки с Настей, пока ее мать была жива? — поинтересовался я, пока девочку обследовали на томографе.

— А почему вы спрашиваете? — насторожился он.

— Просто переживаю за вас и вашу ситуацию, — посмотрел я на него. — Настя не позвала вас, когда ударилась. Она тихо плакала у кровати. И сложилось ощущение, что она еще не привыкла, что у нее есть вы…

— Да, вы правы, мы редко виделись, — сосредоточенно кивнул он и грустно усмехнулся. — Я вообще никогда не думал о детях. И все это неожиданно…

— А что думаете насчет вашего будущего?

— Буду выкручиваться. Настя будет проводить день с няней, вечерами — со мной… Пока так.

— Но, вы же понимаете, что ей нужна семья…

— Конечно, — мотнул он головой раздосадовано. — Вы хотите знать, не планирую ли я ее пристроить в детдом?

— У меня нет намерения оценивать ваши решения, — заверил я спокойно.

— Не думаю, что вы меня за это похвалите, — усмехнулся он устало. — Нет, я поборюсь за нее. Не представляю, как прощу себе, если брошу племянницу одну. Я не прощу…

Разговор с ним не оставил мне сомнений — он действительно в раздрае. Мечется между тем, что лучше для него самого и для ребенка. Не позавидуешь.

— Так, как Настя? — тревожно уточнил он, когда я вышел из кабинета.

— Нормально все. Ничего опасного, — заверил его я. — Сейчас ее вам вернут. Есть еще какие-то вопросы у вас?

— Можно же нам остаться еще на какое-то время? Может, на пару дней.

— Конечно.

— Спасибо.

— Не стоит благодарности, потому что это будет стоить вам денег.

— Деньги как раз не проблема.

— Ладно. Держитесь.

И я направился в кабинет.

* * *

Радислав пришел около восьми, когда я уже приняла душ, влезла в пижаму с пони и проголодалась настолько, что даже стесняться не было сил. А когда перед нами с Ангелиной возникли вожделенные роллы, беззастенчиво запихала один в рот и принялась расставлять стаканы для безалкогольного вина.

— Вообще, она у нас настоящая леди, просто костюм пони творит с ней чудеса… или проклятье какое-то насылает, — комментировала мои действия Ангелина.

— Фто? — возмутилась я с набитым ртом.

— Нифифо, — передразнила она меня. — Дай мне, пожалуйста.

Радислав улыбался.

— Простите, что запоздал с обещанным ужином. Маленькая Настя упала с кровати и ударилась головой…

— Черт, — вырвалось у меня. — Как так? И что с ней?

— Ничего страшного, легкое сотрясение.

— Капец, — поддержала Ангелина. — Куда он смотрел?

— Слушай, не всегда можно уследить, — возразила я. — Отвернулся, а она шлепнулась. С детьми все может быть.

— Да все равно, он не справляется, — категорично заявила она. — С ним она в опасности…

— Ангелин, он — лучше, чем детдом или незнакомая семья, — эмоционально возразила я. — Он старается.

Радислав задумчиво молчал, устало глядя на нас.

— Все хорошо? — осторожно поинтересовалась я.

— Да, пойдет, — улыбнулся он грустно. — Устал.

— Ты не говорил с Прохоровым?

— Нет.

— Ладно. — И я направилась к нему с тарелкой. — Держи. Вина?

— Да, пожалуйста.

— А чего вы сами не поужинали? — вставила Ангелина. — Я думала, захотите романтик, свечи, прогулки… или что там у вас сейчас популярно?

— В том и дело, что я не знал, что у нас популярно. А Насте понравилась идея ламповых посиделок в палате с роллами.

— Да, она сказала, что вы прочитали ее мысли. До вашего прихода она уговаривала меня саботировать ваш романтик и именно так и провести вечер.

— Вот видишь, я висел на волоске, — улыбнулся он шире и перевел взгляд на меня. Я смущенно стянула улыбку и направилась за вином.

— Что будем смотреть?

— Я нашла фантастический фильм, недавно вышел, — оживилась Ангелина. Но, видя, что я пристраиваюсь с ней рядом на подушку, возмутилась: — Иди хоть сядь с ним на один диван! Блин, всему учить!

И она выпихала меня с кровати.

— Ладно-ладно!

— Вы хоть детей сами сможете завести? — проворчала она.

— Эй, полегче! — возмутилась я, замирая с недонесенной до дивана попой.

— Поняла. Я всегда рядом, — заключила коза и победно махнула пультом от телека.

— Боюсь, мне тебя хватит на эту жизнь, — парировала я и перевела взгляд на Радислава.

Он посмотрел на меня с улыбкой и поднял свой импровизированный бокал:

— За детей.

Мы коснулись боками наших стаканчиков и принялись за ужин.

— Ты сегодня в клинике ночуешь? — спросил Радислав.

— Думаю, да. Костюмчик у меня на завтра есть… Ехать домой не хочется.

— Езжай домой к нему, — послышалось сдавленное от кровати.

Но на мой гневный взгляд Ангелина и ухом не повела, делая вид, что поглощена кино.

— А ты?

— А я думаю воспользоваться предложением Ангелины, — вдруг перевел на меня взгляд Радислав. — Поедешь ко мне?

У меня пересохло в горле от того, как он на меня смотрел.

— Вали, Настя! — донеслось до меня прежде, чем в кино вдруг увеличился звук. — Я не дам тебе тут поспа-а-а-ать… Представляешь, как я выспалась за эти дни в кровати?

— Черт! — фыркнула я. — Ладно. Поеду. Сейчас переоденусь только.

— Давай, — одобрительно кивнул мне Радислав.

Я смотрела на себя в зеркале ванной, пока стягивала пижаму, и задавалась вопросом — что я делаю? Черт, но он так соблазнительно смотрит, что… Наверное, я устала сопротивляться и предпочла послать все к чертям.

— Самое странное свидание, которое у меня когда-либо было, — смущенно заявила я в лифте.

— Запоминающееся, да, — согласно улыбнулся он. — Спасибо, что согласилась.

— Это было единственным выходом, — усмехнулась я.

— Да, мы, похоже, сговорились с Ангелиной.

— Вообще, я заметила, что у тебя возникает особая связь с твоими пациентами. Не думала, что врачи вообще способны на привязанности.

— Я привязался только к тебе.

— Ты не хочешь признавать привязанности…

— Быть может. Это пугает.

— Не думаю,