Личная помощница для монстра - Анна Григорьевна Владимирова

Я вырубился вскоре после Насти, но уже через час проснулся отдохнувшим. Чего не сказать о Насте. Она дышала так тихо, что мне пришлось прислушаться, чтобы убедиться в ее нормальном состоянии. Я ее вымотал, а вот она меня восстановила полностью…

Не говорят, значит, об антидотах? Как интересно…

Я поднялся, прикрыл двери спальни и направился в душ.

Можно ли считать Настю своей? Хотелось бы, но я не уверен. Мне нельзя говорить ей правду. И не взять согласие на эффекты, что она на меня оказывает. Мне придется просто пользоваться ей и надеяться, что не причиню вреда и смогу дать не меньше взамен.

Беда в том, что с Настей меньше всего хотелось быть каким-то не таким. А монстром, который бездушно выполняет заказы на разрушение чужих жизней, — и подавно. Подумав, я взял мобильник, вышел в кухню и включил кофеварку. Номер Страхова нашелся быстро. Я действительно нарушил с ним все мыслимые правила.

Черная струя кофе медленно текла в чашку, сгущая ощущение глубокой ночи вокруг.

Я не хотел быть монстром…

Не сейчас.

«Илья Степанович, доброй ночи. Нужно увидеться», — отправил я Страхову сообщение, и грудь придавило по ощущениям каменной плитой.

«Василий? Какими судьбами? Давно тебя не слышал, и тут…»

«Я был заграницей по срочным делам. Проблемы возникли. Так что насчет встречи?»

«Хорошо. Давай завтра днем? У меня куча новостей, кстати. Рад буду тебя снова увидеть!»

«Взаимно».

Чтобы проветрить голову и расслабиться, я вышел на улицу, и гулял по городу до самого рассвета, оставив Насте сообщение, чтобы она написала мне, как проснется. Но, вернувшись домой, я застал тишину. Сначала испугался, что моя пони сбежала, но напрасно. Настя спала как убитая. Я сел рядом и смотрел на нее, то и дело стягивая улыбку, расползавшуюся по лицу.

Настя мне нравилась. Очень. Когда ты — не простой человек, то во всем ищешь подвох и задаешься бесконечными вопросами, а почему я вдруг чувствую все это? Я не привык просто принимать что-то, что со мной происходит. Я боюсь привыкать к тому, что мне вдруг стало так хорошо. А если это просто паразитирование на человеке, которому не повезло стать для меня громоотводом?

Тем временем спальня потихоньку заполнилась мягким утренним светом, и Настя заворочалась. Когда она приподняла голову от подушки, я уже не смог стянуть улыбку.

— Что ты делаешь? — прохрипела она, открыв один глаз. — Смотришь на меня? О, Боже…

— Да, смотрю… и сам себе завидую.

Она прыснула.

— Так уже сто лет никто не говорит, Радислав… Почему ты не спишь?

— Выспался. А ты?

— Я бы проспала еще пару суток, но пора вставать, — и она поднесла запястье с часами к лицу. — Да, точно…

— Как себя чувствуешь?

— Как разбитое корыто.

— Выглядишь ты в разы лучше, поверь, — улыбался я. — В ванной — все, что тебе нужно. Я — на кухне делаю тебе кофе и завтрак.

Я поднялся и вышел из спальни, и будто солнце мое зашло за тучи, и на душе стало мрачно от предчувствия…

* * *

«Ну что?! — написывала мне Ангелина с утра. — У тебя все хорошо? Ты счастлива?»

«Да. И да».

Сама же я чистила зубы и раздумывала, откуда у Радислава с утра полный набор для случайной женщины возник? И полотенце, и зубная щетка, и пижама телесного цвета с рубашкой и штанами, и тапочки! Ну просто «олл инклюзив»! Я привела себя в порядок и вошла в кухню с этим вопросом.

— У меня во дворе круглосуточный супермаркет, — спокойно объяснил Радислав, бросив на меня взгляд из-за плеча. — Хорошенькая пижамка. Тебе нравится?

— Очень, спасибо, — улыбнулась я. — Не пони, конечно… Когда ты только успел сходить в супермаркет?

— Рано утром, — ответил он, не оборачиваясь.

— Ты будто не здесь, — заметила я. — Что-то случилось?

Радислав обернулся и наградил меня напряженным взглядом.

— Ты удивительно меня чувствуешь, — заметил будто досадливо.

— В этом нет ничего удивительного, — возразила я разочаровано, — у тебя разве что на лбу не написано.

— Есть одно дело, но я не могу тебе о нем рассказывать, — начало он. — Оно содержит тайну, которая мне не принадлежит. Но я бы очень хотел с тобой поделиться…

— Ладно. Жаль, что не можешь.

— Мне тоже.

Мы позавтракали в тишине, и я снова почувствовала себя тут не в своей тарелке. Наверное, на этом между нами и все. Радислав уже в своих мыслях, а я тут пытаюсь изобразить из всего этого радостное утро после романтической ночи. Его забота просто сбила с толку в первые минуты, но пора и честь знать.

— Слушай, я поеду, — поднялась я. — Успею заскочить домой перед… не знаю пока, перед чем…

— Никуда ты не поедешь, — спокойно возразил он и поставил передо мной еще одну чашку с кофе. — И я бы хотел, чтобы ты вообще переехала ко мне. Но… подскажи, в какой момент мне это лучше предложить?

— Ты будто порешь горячку, — растерялась я. — Я не обиделась. И достаточно взрослая, чтобы не претендовать на твою постель регулярно…

— Я хочу с тобой отношений. — Он уселся напротив и взялся за свою чашку. — А ты хочешь бежать по какой-то причине. Интересно ее узнать.

— Я полагала, что сегодняшняя ночь — просто ночь, — осторожно объяснила я.

— Для меня — не просто, — устало возразил он. — Что-то мне подсказывает, что для тебя это тоже не просто. Ну, или мне хочется на это рассчитывать. Но ты не похожа на женщину, которая с легкостью устраивает себе такие ночи. Короче. Я слишком стар, чтобы ходить вокруг да около. Я тебя хочу.

— Мы не сможем работать вместе. И ты не стар, — усмехнулась я.

— Я не хочу с тобой работать. Я хочу с тобой спать. Заниматься сексом. Приезжать к тебе домой.

— То есть, работа на тебя теперь стала лишь предлогом? Невозможно поверить. Ты столько времени расписывал мне мои обязанности!

— Я просто очень тебя хотел. Надеюсь, ты это оценишь.

— Не думаешь, что как-то быстро?..

— Я могу повторить это все попозже. Через неделю, скажем. Или месяц? Два?

— Ты очень странный, — усмехнулась я озадачено.

— Нет, просто мне хочется сказать тебе хоть какую-то правду сейчас.

— Так мало правды для меня?

— Да, мало.

— Не лучшая строчка в твоем резюме.

— Но я верный.

— Это весомый аргумент.

— Я просто не хочу, чтобы ты считала эту ночь мимолетным увлечением. И думала, что тебе стоит сбежать.

— И это я тебя хорошо чувствую? — Я подперла голову рукой и мягко ему улыбнулась.

— Это — мой особый навык, — продолжал он серьезно. — Чувствовать других людей.