Измена. Право на любовь - Катя Лебедева

Но это новые знакомства, новые люди, новые впечатления. Может быть, это то, что мне нужно и судьба дает знаки, которые я пытаюсь сейчас игнорировать? Не знаю.

— Поймите, это очень хороший шанс и себя миру показать, и узнать что-то новое. Не знаю, что у вас случилось, но вижу, что вам тоже нужна эта перезагрузка, поэтому подумайте. Просто подумайте и примите решение, нужное для себя.

— Хорошо, я вам обещаю, что подумаю над вашими предложениями, а сейчас мне действительно пора.

— Удачи, дорогая, буду очень ждать от вас звонка.

Мы прощаемся с женщиной, и я выхожу из школы, вдыхаю свежий прохладный воздух и понимаю, что, кажется, я уже приняла решение, но сообщу о нем все же завтра.

Глава 31

Соня

— Соня, потрудись объяснить, что это сегодня было? — ворвавшись домой прямо с порога, начинает кричать муж, а мне как-то уже все равно на его крики.

После того, как вернулась из студии, слишком много думала над словами Люции Леонидовны. Она предложила отличный вариант, которым надо пользоваться, но все равно что-то внутри меня противится позвонить ей и сказать: «Да. Согласна», и сейчас, слыша ор Макса, я понимаю, почему не могу этого сделать.

Мне страшно, что если соглашусь, могу потерять его окончательно. Да, мы и так уже, по сути, не вместе, далеки друг от друга, у него пускай и была, но все же своя жизнь, отдельная от меня, которой мне бы хотелось, чтобы не было никогда, но увы, это прошлое, его не изменить, его не вернуть и не исправить.

Только ведь лишь от нас зависит, каким будут наше настоящее и будущее, и, если я соглашусь уехать, это отвернет нас окончательно друг от друга.

Я все это прекрасно понимаю и в то же время задаюсь вопросом: а нужно ли вообще что-то сохранять? Нужно ли бороться? Нужно ли давать шанс? Может быть, пора просто поставить жирную точку?

— Макс, пожалуйста, давай без криков. Я очень устала и хотела бы отдохнуть, а не трепать себе нервы на ночь, глядя, — устало вздохнув, отвечаю ему, чем, кажется, очень сильно удивляю.

— Я тебя надолго не задержу, только ответь мне на вопросы: что это сегодня было, и какого черта все это происходило, и можешь идти отдыхать, — вижу, что хотел сказать иначе, быть более грубым и жестким, но все же взял себя в руки, за что ему искренне благодарна.

Я не настроена сегодня ни ругаться, ни скандалить ничего. Мне нужно принять важное для себя решение, а он подталкивает меня к необдуманным решениям, к эмоциональным, которые потом могут иметь не самые приятные последствия для нас обоих.

— О чем ты конкретно говоришь, что именно тебя беспокоит, и о чем ты хотел узнать? Сегодня много чего произошло. Мне нужна конкретика, — подпирая голову рукой, спрашиваю у него, сильнее поджимая ноги к себе, сидя на диване.

— О чем? Ладно, я уточню. Первое, почему ты весь день сбрасываешь мои звонки и не отвечаешь на сообщения, и второе, зачем ты ездила в студию без моего разрешения?

— Хм, — прочистив горло, смотрю на него, а самой, смеяться хочется, но сдерживаюсь. — Ну, по первому вопросу мне не хотелось сегодня с тобой разговаривать. Мне нужно было время тишины, спокойствия, для того, чтобы обдумать все, что между нами происходит, и принять хоть какое-то решение.

— Соня, не выводи меня. О каком принятии решения идет речь? Мы ничего менять не будем. Мы как были семьей, так ею и останемся.

— Макс, ну мы ведь с тобой оба взрослые люди и понимаем, что подобное не проходит бесследно. Поэтому давай оставим этот вопрос пока. Твои желания я услышала, но у меня ведь есть и свои.

Муж снова начинает тяжело дышать, я вижу, как злость закипает в нем. Она буквально бурлит. Еще немного и начнет выплескиваться наружу, а ведь это ответ только на один из двух вопросов, причем самый безобидный. Кажется, что, когда отвечу на последний начнется катастрофа.

И пусть начинается.

Нам уже пора обо всем поговорить, и если я ему все расскажу сейчас, то мы точно сдвинемся с мертвой точки, и кто знает, может быть, поняв, что я могу ускользнуть в любую секунду, он изменится и вернется прежний Макс, и нас еще можно будет спасти.

Да, это глупая мечта, я понимаю, что надо бежать, уходить, но мы слишком долго вместе. Пятнадцать лет, целых пятнадцать. Это не пять. Это, это добрая часть жизни.

— Максим, прежде чем я начну отвечать тебе на второй вопрос, пообещай мне, что ты не будешь меня перебивать, выслушаешь до конца, и мы поговорим об этом позже, когда ты успокоишься и сможешь здраво рассуждать. Договорились?

— И что же ты такого мне собралась сказать, что мне нужно будет успокаиваться? — спрашивает это, а я укоризненно смотрю на него за неуместные формулировки. — Ладно, хорошо, обещаю... По возможности сдерживаться.

— Я сегодня была в студии, и Люция Леонидовна сделала мне пару заманчивых предложений. Первое заключается в увеличении количества мастер классов в неделю, — делаю паузу, потому что, если продолжу, он точно сорвется, а мне нужно, чтобы у него была относительно ясная голова.

Поэтому жду, когда он проругается без слов одними губами и продолжаю.

— Второе предложение заключается в том, что через месяц, — муж уже было поднимает руку, догадавшись, о чем пойдет речь, но вовремя вспоминает свое обещание, — в столице будет проходить конференция. Месячная. И она предложила мне представлять наш город, нашу студию.

— Ты никуда не поедешь, можешь забыть об этом, — резко выпаливает это даже ни секунды не задумавшись, едва я заканчиваю говорить.

Да, он сохранил спокойствие, как и обещал, вот только в этих словах столько не выплеснутой агрессии, что они хуже любого крика и скандала.

Я согласилась, Максим. Согласилась, — безбожно вру, но я ведь действительно этого хочу. Я действительно готова это сделать. Просто скажу о своем решении Люции завтра.

Сейчас я хочу позлить его показать, что не все решает он, что у меня тоже есть свое мнение, и с ним нужно считаться.

— Мне кажется, ты меня не поняла. То, что ты согласилась. Не имеет никакого значения. Я сказал, ты никуда не поедешь. Сегодня, максимум завтра, ты позвонишь ей и скажешь, что планы поменялись, что ты передумала, и пусть она ищет другого человека на эту командировку. Ты остаешься дома!

— Это не тебе решать! — вот сейчас повышаю голос уже я, причем очень сильно, на