Тайна блаженной Катрин - Светлана Щуко

На кухне творился настоящий бедлам: валялись перевёрнутые стулья, разбитая посуда, еда.

Я окинула взглядом разгромленное помещение, подсознательно боясь увидеть следы крови, ярко представив, что тут могло твориться днём. Но, к моему огромному облегчению, крови не было, и я, выдохнув, активно принялась за уборку.

Помимо бардака, грязь была ужасная. Кухонный дубовый стол пришлось скоблить ножом, периодически поливая его кипятком. Кухонную утварь отчистила песком. Вылила помои, отмыла полы, прокипятила в щёлоке все кухонные полотенца. При уборке наткнулась на банку с крысиным ядом. Осмотрев все продукты, куда его могла подмешать злобная повариха, решила выбросить практически всё, кроме неначатого мешка муки, яиц и закупоренной бутылки подсолнечного масла. Сырое мясо хорошо промыла, а окорок замочила в воде. Как говорится, бережёного бог бережёт.

Окинув удовлетворённым взглядом кухню, принялась за приготовление завтрака. Нажарила оладий, сварила яйца, обжарила куски окорока на сковороде.

Ещё сметанки бы, подумала я, жуя пышный оладушек. До рынка было идти недалеко, но ходить последнее время в одиночестве я теперь опасалась и потрогала немного спавшую шишку на голове, ярко напоминающую мне о вчерашнем событии.

Вздохнув, запила оладушек чаем и, подхватив большую кастрюлю с кухонными полотенцами, пошла на задний двор к колодцу.

Задний дворик был небольшим, в нём наблюдалось некоторое запустение, но в целом он был весьма уютным и хорошо организованным. Несколько добротных хозяйственных построек из красного кирпича, где хранились дрова и была каретная с конюшней. Выезд был достаточно дорогой, содержание конюха и лошади обходилось в копеечку, и поэтому из-за экономии и ненадобности, как мне сказал аптекарь, конюшня с каретной пустовали.

Колодец был посередине дворика с большой скамьёй и с двумя объёмными медными тазами, в которых, видимо, стирали и кипятили бельё.

Дома, расположенные рядом с нашим, были построены очень близко друг к другу. С одной стороны их разделяла каретная, а с другой — ограда, украшенная плетистыми розами. Между двориками находились каменные ограждения, и увидеть, что происходит в соседнем, не представлялось возможным.

Переполоскав полотенца и повесив их сохнуть на верёвку, натянутую между домом и конюшней, я присела на скамью, подставив лицо утреннему солнышку, и с наслаждением вдохнула витающий в воздухе запах роз.

Внезапно раздавшийся шёпот, донёсшийся из-за ограды с розами, вывел меня из блаженного оцепенения. Я прислушалась: говорили двое, мужчина и женщина.

— Да не дочь она аптекаря, месье, который её вытащил из горящего трактира толстухи Бено, называл её Катрин.

— Может, ты что-то путаешь? — с сомнением спросил мужской голос, показавшийся мне знакомым.

— Я там лично была и слышала, можешь даже у девочек моих спросить, они со мной были. Говорю тебе, не Жанна она, а какая-то Катрин.

- Катрин, значит, очень интересно, что разузнаешь ещё, дай мне знать, — послышался звук монет.

- Не знаю, пригодится тебе информация или нет, но вот что ещё: слуга барона де Сансе, который мне оставил Марго на попечение, сказал, что если у неё родится мальчик, я должна сразу же его оповестить, и этот же слуга вчера привёз Марго письмо от барона, прочитав его, она и кинулась под лошадь как полоумная.

- Письмо у тебя?

- Конечно, у меня. Повисла пауза.

- Ну, мамаша Карно, любишь же ты деньги, — мужской голос тихо засмеялся и, видимо, отсчитал монеты, по характерному звуку можно было определить, что их было три.

Женщина фыркнула. — Можно подумать, ты их не любишь, Шут. Мне вот интересно, а зачем вам так сдалась эта дочка аптекаря?

— Много вопросов задаёшь, толстуха, папаше это не понравится.

— Да и правда, что это я, какое мне дело до всего этого. — вкрадчивым голосом ответила женщина. — Тогда до встречи, месье Шут. — послышался удаляющийся стук каблуков по мостовой.

— С этой бабищей надо держать ухо востро, эта и мать родную продаст за луидор, — пробурчал затихающий голос мужчины, отдаляющейся от изгороди.

10

Как только шаги затихли, я отмерла и вдохнула поглубже, так как всё это время сидела, стараясь не дышать. Первым моим порывом было, как только я услышала имя своего мужа, кинуться собирать свои вещи и бежать отсюда куда глаза глядят, но, поразмышляв и успокоившись, решила сначала переговорить с Марго и узнать, как она связана с бароном и что было в том письме, из-за чего бедная девочка решила покончить жизнь самоубийством под копытами мчавшихся лошадей.

В доме стояла тишина, я подошла к двери и, слегка приоткрыв, заглянула в гостевую комнату. Марго спала. Неожиданно звякнул колокольчик на входе в аптеку.

— Вот я растяпа, забыла закрыть дверь на замок. И кого интересно в такую рань принесло?

— Аптекарь, шельма, где ты? — прокричал грубый мужской голос, нарушая тишину сонного дома. — Аптекарь, мать твою! — заорал нетерпеливо мужчина.

— Доброе утро, сударь! Мы ещё закрыты. Но я могу вас обслужить, если у вас что-то срочное. — Я быстро прошла к высокому прилавку, наспех поправляя волосы. Мой вид оставлял желать лучшего: накинутое платье на ночную сорочку без корсета, босые ноги.

Увидев меня, молодой мужчина улыбнулся, окинув меня заинтересованным взглядом, и вальяжно облокотился на столешницу прилавка.

— Кто такая? Я тебя раньше тут не видел.

-Вас, месье, — ответила ему я.

— Что? — спросил он удивлённо, глаза его прищурились, и он уже более внимательно присмотрелся ко мне.

— Вас, месье, я тоже вижу впервые. Хотелось бы знать, с кем имею честь разговаривать, — ответила я ехидно. Всегда терпеть не могла хамов. Мужчина явно был дворянского происхождения и по внешнему виду был достаточно богат.

Мужчина поднял одну бровь и, засмеявшись, сделал шаг назад и, сняв шляпу, поклонился.

— Позвольте представиться, мадмуазель, виконт де Блуа к вашим услугам.

— Мадам Гюлен, — я сделала в ответ реверанс.

— Мадам? Так вы дочь месье Гюлена? — изумлённый, он подошёл ко мне и, взяв мою руку в свою, поцеловал тыльную сторону моей ладони. Граф Арман де Сансе вчера на балу в Версале упоминал о вас и отзывался как о весьма умелом врачевателе. Право, не ожидал, что вы так молоды, мадам.- Мужчина говорил искренне, и его слова были наполнены уважения.

— Благодарю вас, виконт, так что же вы хотели? — я улыбнулась и аккуратно