Йога, тыква, два хвоста - Наталья Викторовна Маслова

Котёнок замер. Жалобная маска мгновенно сползла с его мордочки, сменившись настороженной, не по-детски умной маской. Дрожь прекратилась. Он аккуратно сел, подобрал под себя лапки и уставился на меня. И заговорил. Голосом нежным, мелодичным, но абсолютно чужим и не принадлежащим этому телу.

— Меня зовут Ивелл. Я — фамильяр. Мой хозяин… просит передать вам кое-что. И предупредить.

Трюфель зарычал, низко, по-звериному, в его звуке слышалось древнее предостережение.

— Предупредить о чём? — сузила я глаза, пальцы сжимая амулет так, что костяшки побелели.

— О том, что игра ведётся не за ваше место при дворе, леди Дарья, — сказал котёнок, и его голос вдруг постарел, стал печальным и усталым. — Идёт игра за сам трон. А вы… вы просто удобная фигура на доске. Как и магистр Дэйр. Как и даже сама Зиноррия. Никто из вас не видит всей картины целиком.

Он сделал паузу, давая словам просочиться в сознание, осесть тяжёлым грузом.

— Мой хозяин знает, чьё это кольцо. И знает, почему оно оказалось у вас. Он предлагает встречу. Без ловушек. На нейтральной территории. Выслушайте его. Это, возможно, ваш единственный шанс понять правила, прежде чем вас сотрут в порошок жернова большой политики.

— И кто твой хозяин? — выдавила я, чувствуя, как пол уплывает из-под ног, а мир теряет чёткие очертания.

Котёнок-Ивелл мягко покачал головой.

— Он назовёт себя сам. Если вы согласитесь. Сегодня. В полночь. В Заброшенной Оранжерее дворцового сада. Приходите одной. Ну… с вашим фамильяром, разумеется, — в голосе послышалась лёгкая усмешка. — Он, я вижу, не из робкого десятка.

Сказав это, Ивелл встал, грациозно потянулся, будто сбрасывая невидимые оковы, и… начал таять. Его очертания поплыли, стали прозрачными, как дымка. Через мгновение на полу осталась лишь небольшая лужица дождевой воды да сладковатый, призрачный запах магнолии — горький и обманчивый.

В комнате воцарилась гробовая, давящая тишина. Даже Трюфель онемел, уставившись на то место, где только что сидел хвостатый посланец.

Я медленно, будто против воли, опустилась в кресло. Холодное серебро кольца впивалось в ладонь. Все тщательно выстроенные планы на день — изучение книги, анализ списка, размышления о Дэйре — рухнули в одно мгновение, рассыпались прахом. Теперь передо мной был только один, оглушительный выбор: продолжать блуждать в тумане, полагаясь на сомнительного союзника и собственную интуицию, или сознательно шагнуть в явную, но так маняще пахнущую правдой ловушку.

Трюфель мягко подошёл и положил пушистую лапу мне на колено. Его взгляд был серьёзен и вопрошающ, без тени обычного снисходительного юмора.

— Ну что, друг, — прошептала я, машинально почёсывая его за ухом. — Похоже, мы только что в полной мере стали жертвами кошачьего очарования. В самом прямом смысле. И теперь нам предстоит решить… Идти ли на свидание с тайной, которую так навязчиво нам подсунули.

Он ответил глухим, вибрирующим мурлыканьем. И в этом звуке я услышала не страх, а ту самую безрассудную, авантюрную нотку. Тот вызов, на который откликалось что-то глубокое и непокорное внутри, заглушая голос осторожности. Страх был, да. Но его уже перекрывало жгучее, неудержимое любопытство и злость — злость на то, что мной, как пешкой, решили просто поиграть.

Заброшенная Оранжерея. Полночь. Нейтральная территория.

Похоже, самый интересный и опасный день только начинался. И до полуночи нужно было успеть очень многое.

Глава 19

Тишина бывает обманом

День прошёл в странном, напряжённом ожидании. Я не стала никуда ходить. Не стала искать книгу по геральдике и не послала сигнал Дэйру. Вместо этого я привела в порядок дом и провела полноценное занятие йогой. На этот раз не для ясности ума, а для физической подготовки. Приготовила всё, что могло пригодиться.

Трюфель, словно понимая серьёзность момента, не отлучался от меня ни на шаг. Он деловито обходил комнаты, обнюхивая углы, проверяя связи защитных чар. Иногда котик останавливался и прислушивался к чему-то за стенами дома, но каждый раз лишь мотал головой, как бы говоря: «Пока тихо. Слишком тихо».

— Корнелия, — попросила я, осматривая свой скромный арсенал, — что ты знаешь о Заброшенной Оранжерее?

Помело задумчиво покачало рукоятью.

— Сад знаю хорошо. А вот Оранжерея… Это старое здание из стекла и кованого железа. Построил её дед нынешнего короля для своей супруги, которая любила экзотические цветы. После её смерти оранжерею забросили. Говорят, там до сих пор цветут её любимые магнолии, сами по себе, без ухода. И… там сильная природная магия. Место действительно нейтральное. Даже королевская стража обходит его стороной. Слишком много старых, крайне сложных защитных чар.

Магнолии. Сладковатый, призрачный запах, оставшийся после исчезновения Ивелла. Это не было случайностью.

— Значит, его хозяин выбрал это место не просто так. Оно либо даёт ему преимущество, либо… он хочет показать, что разбирается в символах.

— Или и то, и другое, — чуть ворчливо пробурчал Трюфель, внезапно оказавшись на столе и умывая лапу с видом полного безразличия, которое не обмануло бы даже младенца. — Котёнок пах магнолией. Место полно магнолий. Это послание: «Я контролирую ситуацию от начала до конца».

Я вздохнула. Он был прав, но отступать было поздно. Решение было принято ещё утром, в тот момент, когда любопытство пересилило страх.

— Тогда нам нужен свой контроль, — сказала я твёрдо. — Корнелия, ты сможешь наблюдать снаружи? Не входить, просто быть начеку.

— С расстояния — да, — помело выпрямилась, прутья её задрожали от предвкушения возможной заварушки. — Но есть один важный нюанс. Если там сильные обереги или искажения, я могу потерять связь.

— Это риск, но мне нужны глаза снаружи. Трюфель пойдёт со мной.

Кот хмыкнул, но в его позе читалась готовность. Он знал, что это его работа.

Я переоделась в тёмное, удобное платье из плотной ткани. Вовсе не для красоты, а для того, чтобы не шуршать и не цепляться. Спрятала в складках и карманах всё необходимое: амулет, флакон Дэйра, щепотку соли, пару простых, но действенных травяных бомбочек, приготовленных ещё в спокойные дни. На запястье повязала простой кожаный шнурок с бусиной из оранжево-красного янтаря — подарок принцессы Мирадии для дополнительной защиты.

Когда за окном совсем стемнело, а звёзды скрылись за набежавшими тучами, дала последние наставления.

— Если я не вернусь к рассвету, — сказала я, глядя на мерцающие прутья