Брак графини ван дер Вейн - Даниэль Брэйн

И лучше не закрывать глаза лишний раз.

Все кончено, все прошло, а мне оставалось надеяться, что я смогу выторговать себе у судьбы немного удачи в обмен на слезы, которые текли и текли из моих глаз…

Глава 17

– Милая госпожа?

Я вздрогнула и открыла глаза. Мерзавка, как ни в чем не бывало!..

– Я заслужила наказание, милая госпожа.

Если я покажу ей свой гнев, потеряю преимущество. Лучше сделать вид, что я все поняла абсолютно не так.

– Почему ты закрыла меня, Тина?

– Закрыла и ушла, милая госпожа, и все знали, что ключи от вашей комнаты есть у меня и у ее сиятельства.

Я с трудом сдержала изумление. Вот это да! Так врать не умели даже самые отпетые уголовники – правда что, те были в разы умнее. Кто-то же отпер дверь, чтобы пригласить доктора, чтобы принести мне ужин, но в голове Тины, видимо, такие сложные стратегии никак не укладывались. Раз так, то моя тактика самая правильная.

– Чем я могу тебя отблагодарить?

Потому что если я верно все поняла, ты сейчас с показным умилением попросишь у меня что-то значимое. Возможно, дорогое.

– Служить вам – высшая милость для меня, милая госпожа, – пальцы-лоб. Это в подтверждение искренности? Но меня нельзя обмануть так просто. Тина, ты же мне нагло врешь, неужели и вправду считаешь, что я поверю?

Что-то в комнате было не так, что именно – понять я не могла.

– Ты не пришла меня раздеть. Мне пришлось спать на твоей кушетке, – я обличающе ткнула в Тину пальцем, а потом посмотрела на свое жесткое ложе. Ночью было тепло, это мое счастье, никто даже не позаботился обо мне, как в тюрьме: пайку дали – и ладно. – Из-за этого у меня все болит, приготовь мне ванну!

Тина поклонилась и вышла, а я осматривалась. Что-то не так, что-то… запах. Пахло… лошадьми? Конюшней? Откуда?

Запах перепутать я не могла. Я не жаловала подобные развлечения, но обычно в тех резорт-отелях, где я проводила отпуск на родине, имелись небольшие конюшни – спорт так же подвержен моде, как и прочее. Теннис – в девяностых, потом горные лыжи, теперь конный спорт. Здесь запах был даже крепче – более въедливый. Откуда он шел?

Я подошла к кровати с колотящимся сердцем. Значит, пока я спала, пока я была беззащитна и ничего не ведала, ко мне заявился еще один гость, хотя, может быть, тот же самый. В любом случае, подобный поступок говорил однозначно: они – принц Арье, принцесса Федерика – приняли мои условия, а еще – что они сильнее.

Кто бы сомневался в этом, подумала я, быстро поднимая одеяло и снова накрывая им одежду. Какого-то мальчишки-конюха, не иначе, но почему Тина не обратила внимание на запах? Привыкла? Я ведь не обращала внимание на бензин или даже чьи-то духи, отмечала просто, что пахнет, но ничего необычного.

Ничего. А то, что ночью меня навестили снова, значит, что мне пора. Пора одеваться, пора решать что-то с Тиной.

– Тина!

Она уже спешила в мою комнату со свежими простынями, и, не дожидаясь, пока она зайдет, я протолкнула ее внутрь и затем сама закрыла дверь.

– Тина, ты сейчас незаметно уйдешь из дома и запрешь меня еще раз. Поняла?

Она кивнула. Не спросит, что я задумала?

– Уйдешь на несколько дней. Проведи их с семьей, я тебя отпускаю.

– Ее сиятельство наказала мне опекать вас, милая госпожа, – тихо возразила Тина. – Я и так вчера своевольничала. Но я думала, что так будет лучше. Когда пришла королевская стража, когда она увела ее сиятельство, я сказала себе – будет лучше, если во всем потом обвинят меня. И я ушла.

Она положила простыни и, казалось, была в замешательстве, и я тоже.

– Ее сиятельство могла отдать кому-то ключ от моей комнаты?

– Разумеется, милая госпожа, но зачем бы ей это?

– Например, если придет доктор, – схитрила я. Интересно, что Тина даже не удивилась такому варианту. «Разумеется». Кажется, ее сиятельство была весьма… своеобразной женщиной. И мнение Тины о ней было очень показательным. – Вчера наш дом обходили десятой дорогой. Или он совсем не придет? Ведь моя мать теперь как преступница. – Тина опустила голову. Ничего не скажет, не выдаст себя? – Видишь, – я указала на стол с остатками ужина, – мне приносили еду. И только. Служанка, глухая и немая.

– Кристабель, – прошептала Тина.

– Возможно. – Мать Йоланды передала ей ключ? Но я видела, как Тина закрывала дверь, когда пришел доктор, и ошибиться я не могла. Что мне делать, ведь меня должна подменить другая девушка? – Тина, я передам тебе одну вещь. – Деваться мне некуда. Пойду на очередной риск. – Ты будешь дома? Где ты живешь?

– На улице Молочников, милая госпожа.

– Ты будешь там неотлучно до тех пор, пока к тебе не придет человек в синей шляпе. Чтобы он убедился, что ты от меня, отдашь ему вот это, – я поспешно подошла к шкатулке и сунула Тине первую попавшуюся брошь. – Если он не явится… в течение недели, значит, все изменилось, и тогда ты сможешь оставить брошь себе.

Глаза Тины алчно засветились. Брошь была не из дешевых, как и все мои украшения, и моя уловка, кажется, сработала.

– Если же он придет и застанет тебя дома, то заплатит тебе сумму, равную ее стоимости.

С людьми, которых можно купить, легко и приятно. Проблема только в одном – кто-то всегда может заплатить им больше. Но Тина не раскусила мой блеф, и этого мне было достаточно. Она не задавала вопросов, не интересовалась, какие у меня есть дела – может быть, потому, что моя мать была арестована, а может, сочла, что это и связано с ее арестом, но в любом случае решила, что это не ее головная боль. Что, возможно, было не следствием, а причиной: вполне может быть, что она изначально считала – дела госпожи ее не касаются. Не самая плохая позиция для прислуги.

– Пришлешь ко мне Кристабель. И спеши. Этот человек может явиться в любое время. Торопись же.

Брошку мне было не жаль, и я уповала на жадность Тины. Если она не упустила