Служанка для темного повелителя - Анастасия Максименко

А вот девица для шестого ординара на вакантное местечко Аглаи отправилась временно во дворец под крылышко Орджака. Теперь пора бы и жатву для смертоносного братца исполнять. От посоха тянулась бледная алая нить, за нитью князь и последовал.

Оказавшись посреди мрачного помещения, напоминающего обстановкой каземат, где содержали как минимум самых опасных преступников, Файрокс хекнул. Его взгляд скользнул по единственному окошку с крепкой толстой решеткой. И переместился к единственной односпальной постели на грубом металлическом каркасе у замызганной темной стены, где, свернувшись калачиком, лежала хрупкая девушка в застиранной робе.

В помещении абсолютная мертвая тишина, чего не скажешь о том, что касалось его слуха за пределами этой, мягко говоря, унылой, пропитанной застарелым страхом, отчаяньем и кровавыми слезами комнаты: за пределами надрывно кричали, истерично плакали и хохотали.

― Гм. Неожиданно.

Девушка на постели не испугалась, не дернулась, только завозилась, осторожно переворачиваясь. Он знал: она испытывала сильную тупую боль в каждой клетке своего тела, сильнее — в желудке, и, несмотря на это, аккуратно села, подняв худое изможденное бледное лицо с устрашающими синяками под потухшими, когда-то голубыми, а теперь выцветшими глазами.

Внутри жнеца что-то дрогнуло. Что же с этой девочкой сделали?

― Тебя пытали?

Сухие потрескавшиеся губы дрогнули.

― А вы как думаете? ― очень тихо и сипло.

― Я много чего думаю. Твой внешний вид меня удручает. За что тебя так?

Худые плечи равнодушно приподнялись и опустились.

Он подошел к ней ближе, опустился на корточки, изучая безэмоциональное лицо. Ни капли страха, смущения, смятения, ничего, только бесконечная усталость.

― Кто вы?

― Я пришел за тобой.

― М, понятно, ― тотальное равнодушие. ― Мне собирать вещи? Правда, ― тихий смешок, ― у меня ничего и нет.

― Что это за место? Тюрьма строгого режима?

― Хуже, ― губы растянулись в улыбке и треснули, проступила капелька крови. ― Психиатрическая лечебница.

Мессор удивился. Он бывал в психушках, но такого ещё не видел.

― Как твоё имя?

― Варя. Варвара.

― Варвара. Давно ты здесь?

― Давно. Несколько лет.

― Кто это с тобой сделал? Кто тебя здесь запер?

― Врачи.

― Точнее.

― Родители.

― Почему?

― Я… видела всякое, с детства, у них лопнуло терпение, и вот я здесь.

― Перестала видеть?

Отрицательное мотание головой.

― И что ты видела?

― Я и вижу. Вас, например.

Файрокс вопросительно дернул бровью. Девушка тяжко вздохнула и, лизнув нижнюю губу, слизывая и капельку крови, коротко пояснила:

― Тени. Я вижу тени нереальных существ. Например, от стены за вами, там тянутся огромные крылья, из-за вашей спины, а на голове у вас рога, а ещё когти.

― Вот как. Любопытно. Что ты ещё видела?

― Разное. Людей без глаз. Людей без сердца. Оно не билось. Есть несколько врачей, они не люди, это точно.

― Я тебя понял. Пойдешь со мной? Не скажу, что там, куда я тебя хочу привести, лучше, но ты будешь в безопасности, обещаю. И свободна.

Зрачки его собеседницы на мгновение загорелись.

― Пойду.

― И ты даже не спросишь, куда? ― насмешливо.

― Куда? ― равнодушно.

― В бездну. По-вашему — ад. К моему брату, а именно — Смерти, на попечение, хочу выменять тебя на то, что принадлежит мне. Страшно? Хочешь передумать?

На него взглянули как на несмышленого ребенка.

― Вы всегда говорите только правду, так?

― Стараюсь.

― Это здорово, лучше так, чем лживые сладкие речи. А ваша собственность — она столь дорогая, что стоит целой души?

― Увы, конкретно эта, — да, она моя будущая жена.

― О, ей повезло, ― легкая ирония.

― Согласен, ― важный кивок и тихий последующий смешок. ― Мне проще было бы заключить с тобой сделку, твоё согласие в обмен на наказание для всех, кто сделал тебе плохо, кто сделал тебя такой и лишил твою душу покоя, но я не могу, ты предназначаешься не мне, моему брату, но я сделаю это для тебя бесплатно.

― Даже если я вдруг откажусь?

Мессор усмехнулся. Драйроксу с этой девушкой будет ну очень несладко, и кто за кем ещё станет приглядывать, вопрос.

― Да.

― И мои родители?

― И твои родители. Не хочешь? Жалеешь их?

― Не знаю… в первую очередь я бы хотела посмотреть, как они живут.

― Без проблем, я тебе покажу, ― жнец встал и протянул девушке руку, та удивленно глянула на него и несмело вложила свои пальцы. Облегченный протяжный стон, ведь боль, терзающая её столь долгое время, прошла, невольно она сильнее вцепилась в ладонь жнеца. Он коротко улыбнулся Варваре, приобнял за плечи и открыл переход прямо к её матери.

Варя думала, они переместятся в её дом, квартиру, где она выросла, но они внезапно оказались на кладбище, прямо напротив гранитного памятника, на изображении легко угадывалась… она сама. А прямо на могиле, комкая землю, рыдала её постаревшая мать, за чьей спиной стоял хмурый, сильно похудевший отец.

― Они меня похоронили? Как так?

Мессор к чему-то прислушался, а затем спокойно ответил:

― В клинике им ещё в том году сказали, что ты умерла и тебя предали огню, твоим родным выдали урну, как ты понимаешь, не твою. Гроб пустой, здесь только чужой пепел. Они очень жалеют о своём поступке в отношении тебя. Корят себя.

― Что? Но зачем это всё псих-клинике?

― Вариант только один: чтобы пустить тебя на опыты. У тебя всё болит, над тобой проводят запрещенные незаконные эксперименты и тестируют таблетки, у тебя болит желудок? Он уже просто не справляется с этой дрянью, чем тебя пичкают, ещё немного, и ты сама бы отбыла из этого мира.

― Куда? ― пораженно моргнула девушка.

― Либо в небытие на покой, либо в мир, откуда я и куда тебя, собственно, заберу.

― Ужас! А я… могу с ними хотя бы попрощаться?

― Извини, нет.

Варя кивнула с понимаем.

― Тогда хотя бы не наказывать. Пожалуйста!

Он позволил себе клыкастую ухмылку.

― Хорошо, не накажу. Идем, время вышло.

Файрокс был очень доволен находкой, прекрасная душа для его братца.

Глава 41

Вместе с Варварой Файрокс появился в лавке Аглаи, тем самым испугав до усрачки её домочадцев.

― Господин, ― пискнула Гилара, Трактор на её шее нервно подрагивал хвостом. ― А…